Инвалид-колесочник

“Рязанский Маресьев” покорил вершины мотоспорта

17 октября 2005 в 00:00, просмотров: 244

Шестерка мотоциклов не удержалась в вираже. Машины, рвущие воздух, упали как домино. Между спицами колеса одного из мотоциклов застряла нога гонщика. Сам пилот отлетел далеко в сторону, а нога осталась в колесе. Зрители ахнули: “У мужика ногу оторвало!” А “пострадавший” вскочил, выдернул из колеса конечность, нацепил сапог и помчался по трассе дальше.

После заезда тот же чудак взял молоток и, не снимая с ноги обувки, на глазах у зрителей взял и прибил начавшую отрываться подошву огромным гвоздем.

“Железный этот парень, что ли?” — переговаривались недоуменно на трибунах.

А у гонщика действительно был железный характер… и нога. В 32 года в результате аварии он потерял левую ногу. Выданный заводской протез тут же развинтил, раскрутил, переоборудовал под “гоночный” кирзач. Усовершенствовал и мотоцикл: переключение скоростей приспособил под правую, здоровую ногу. Ему бы инвалидность оформить, а он с “костяной” ногой — на мотокросс! Врачи было наложили запрет, да за гонщика вступился летчик Алексей Маресьев.

Долгие годы, готовя учеников, Алексей Морозов оставался “играющим тренером”, завоевав более тридцати медалей всесоюзных чемпионатов и первенств. В гостях у Бати, легендарного рязанского Маресьева, побывал репортер “МК”.


— Первый раз сел на мотоцикл в 19 лет, как раз после войны, в 46-м, — рассказывает Алексей Григорьевич. — Брат привез из Германии трофейный мопедик. Покатил по шоссе, скорость почувствовал, понял — мое! Стал деньги с получки откладывать и за 150 рублей, по тем временам деньги немалые, купил у бывшего офицера подержанный английский мотоцикл “Триумф”. Как-то понадобилась к трофею запасная деталь, а где взять? Друзья посоветовали обратиться в ДОСААФ. Тренер, увидев меня, закричал: “Явился, кто меня на дорогах все время обгоняет!” Выудив со стеллажа нужную деталь, он с ходу выпалил: “Мне гонщик нужен, за команду выступить!” Гоняться нужно было уже на следующий день… Выдали мне 250-килограммовый “танк” — мотоцикл “М-72” . А во мне весу-то было всего 58 кг, попробуй удержи стальную махину. Но азарт! Согласился.

Гонки проходили на ипподроме. Спортсменов запускали на трассу по одному — засекали время. Новичок Морозов ушел последним, когда трасса была уже разбитой. Отмотав положенное количество кругов, Алексей притормозил у бортика. Судья удивленно произнес: “Лучшее время”. Тут же подскочил тренер: “Да у тебя, брат, спортивный характер!” Через месяц повезли новоиспеченного гонщика на соревнования в Воронеж, где он занял второе место. И понеслась у Морозова жизнь “в виражах”.

Титановая нога

А в 59-м на трассе в Душанбе титулованный гонщик попал в аварию. Горе-водитель заехал на песчаный склон на “Москвиче”, да и увяз там. Попросил водителя грузовика вытащить его из песка, а тут как раз старт мотогонщикам дали.

— Я шел первым, выскочил из-за поворота, впереди — дерево и машина грузовая… Бросил мотоцикл между ними. Успел в воздухе сгруппироваться, но нога попала на бампер, ее железом пережевало, перемололо всю. Помню, солдаты подбежали, перетянули ремнями ногу, чтобы остановить кровотечение. Погрузили меня в грузовик. Очнулся уже в кузове, смотрю, стопа висит на одном сухожилии. У меня всегда с собой был острый нож. Достал его, стал пилить… Вместе с гонщиками ринулся меня сопровождать в больницу один из болельщиков. Увидел он, как я бросил перепиленную стопу, в ужасе на всем ходу взял и спрыгнул из грузовика, ногу сломал. Потом вместе с ним в одной палате с гипсом и лежали. Боль была адская, а смеялись оба взахлеб, вспоминая его побег.

Глядя на свою забинтованную укороченную конечность, Алексей допытывался у хирурга: “Гонять на мотоцикле смогу?” В ответ слышал: “О спорте забудь. Если и будешь ходить на протезе прямо, то только с палочкой”. 13 дней отлежал Морозов в больнице и выписался. А на 15-й день приехал на перевязку… за рулем мотоцикла с коляской. Из всех больничных окон высунулись зрители. Врачи крутили пальцем у виска.

А Морозов не стал ждать полгода, пока культя “усохнет-усядет”, чтобы подобрать протез. Начал обрубок парить днями-ночами. И через 2 месяца надел фабричную “костяную” ногу. Искусственная конечность показалась Алексею тяжеловатой, он ее раскрутил по винтику. Пошел к знакомым ребятам на завод, снял мерки, точил, строгал, сверлил. В результате сконструировал облегченную титановую ногу. Упаковал ее в кирзовый сапог — и на тренировку.

— Мотоцикл модернизировал под управление одной ногой: перенес переключение скоростей на правую сторону — под здоровую ногу. И через 7 месяцев после ампутации приехал на мотокросс. Судья уперся: “Инвалида до соревнований не допущу!” Слышу, начальник автомотоклуба шепчет мне: “А ты не слушай “главного”, встань сбоку, все поедут — и ты поезжай!” Старт дали, я и помчался вместе со всеми. Дождь лил как из ведра, трассу всю расквасило, а мне такая погода только на руку, пришел вторым. Результат мне не зачли, потому как официально до соревнований допущен не был.

Целый год под личную ответственность главврача физкультурного диспансера Михаила Смоляра выступал Морозов на протезе на республиканских соревнованиях. Потом кто-то из “доброжелателей” написал донос в Москву. “На ковер” вызвали и Смоляра, и Морозова.

Прежде чем явиться на семинар главврачей физкультурных диспансеров, друзья нашли телефон легендарного летчика, героя “Повести о настоящем человеке” Алексея Маресьева, который после ампутации обеих ног вернулся в авиацию. Маресьев охотно откликнулся на просьбу собрата по несчастью. Пришел на семинар, стал убеждать врачей. Председательствующий — главный травматолог — дрогнул: “Сердце у Морозова здоровое. Пусть катается!”

— После комиссии ехали с Маресьевым на его “Москвиче” по столице, он мне говорил: “Тебе с мотоциклом гораздо труднее управляться, чем мне с самолетом. Мотогонщики прыгают, бывает, на своей машине вверх метров на шесть. Справишься с одной-то ногой?” Я его уверил: “Не подведу!”

17 левых сапог

И не подвел. Стал Морозов мастером спорта по мотоциклетному спорту, а потом и по картингу. Собрал в копилку более тридцати наград разного достоинства. Правда, не раз заставлял хвататься за сердце болельщиков. А все “костяная” нога!

Любители мотогонок из Узбекистана еще долго вспоминали о казусе, случившемся на всесоюзных соревнованиях. Несколько мотоциклов с ревом неслись в вираже, одна машина не удержалась на трассе, образовался завал. Тут-то между спицами переднего колеса одной из машин застряла нога гонщика. Сам пилот отлетел далеко в сторону, а нога осталась в колесе. Зрители ахнули: “У мужика ногу оторвало!”

— Ребята ко мне подбежали, я кричу: “Тащите протез!” — делится “пострадавший”. — С кого-то стянул ремень, кое-как подпоясал разорванные брюки, нацепил сапог с протезом, подтащил мотоцикл и рванул по трассе дальше. Жалко было в те минуты только порванный чехословацкий кожаный костюм. Такой кожанки ни у кого в команде не было.

С искусственной своей ногой Морозов быстро сжился, во время гонки умудрялся выбрасывать ее в нужный момент в сторону — балансировать. Кирзовый сапог на “костяной” ноге быстро изнашивался, отвалившаяся подошва, как язык, шлепала по грязи. Латать обувку приходилось чуть ли не после каждого заезда. В дальнейшем Морозов стал сразу отрывать подошву левого сапога, чтобы опираться в повороте прямо на протез. Каково же было удивление чиновников, списывающих инвентарь, когда они обнаружили на складе 17 левых сапог без подошвы…

Однажды “костяная” нога спасла Морозову жизнь. Дело было в Таджикистане, земля там — сплошные скалы. Вода в камнях пробивает-прорезает незаметные глубокие расщелины. В этот “хитрый” ручей и умудрился провалиться гонщик. Да так, что потерял сознание. Утянула бы гонщика быстрая вода на дно, да зацепился Морозов за скалистый выступ своей неживой ногой. Так и держал его протез на этом свете, пока не нашел его стартовавший рядом друг. Врачи определили сотрясение мозга. Месяц приказали не подходить к мотоциклу, но куда там! Через неделю Морозов уже носился по трассам.

В гараже у гонщика хранится движок, на счету которого 11 медалей всесоюзных чемпионатов! А вот собственный “мотор” Морозова стал давать сбои. Сердце ветерана могла бы спасти операция. В одной из столичных клиник определили и цену — 120 тысяч рублей. Для пенсионера Морозова — сумма неподъемная.

Друзья уверены, что имя Алексея Григорьевича можно смело вносить в Книгу рекордов Гиннесса. Не было такого в мире, чтобы гонщик с одной ногой стал четырехкратным чемпионом страны. “Ты узнай, — дают мне наказ соратники ветерана, — может, там премия какая положена? Может, ее хватит Григорьевичу на операцию?”



Партнеры