Версия: диверсия

Линкор “Новороссийск” полвека назад потопили диверсанты НАТО

28 октября 2005 в 00:00, просмотров: 739

Поменьше бы нам таких юбилеев... Ровно 50 лет назад в Севастопольской бухте взорвался и затонул линейный корабль “Новороссийск”. Эта катастрофа считается самой крупной за всю историю советского ВМФ. И одной из самых загадочных.

Бывший офицер-артиллерист с “Новороссийска” Октябрь Бар-Бирюков много лет занимается поисками сведений о погибшем линкоре. И исследователю удалось найти человека, который утверждает, что флагман Черноморского флота уничтожила спецгруппа иностранных подводников-диверсантов. Причем слова его звучат весьма убедительно.


Все произошло в полвторого ночи 29 октября 1955 года. “Новороссийск”, стоявший на якорных бочках в Северной бухте Севастополя, вдруг тряхнуло мощнейшим взрывом. Корпус оказался пробит снизу, в днище образовалась дыра размером 15х18 метров, а более 300 моряков сразу были убиты и ранены.

Попытки спасти “Новороссийск” результата не дали. Через 2 часа 45 минут после взрыва бронированная громадина легла на борт и перевернулась. Многие члены команды, находившиеся по боевой тревоге на своих постах, остались погребены во внутренних отсеках, других накрыло широченной кормой линкора. По официальным данным, тогда погибло 657 человек.

Трофей с сюрпризом

Прежде чем стать “Новороссийском”, корабль носил другое имя — “Джулио Чезаре” (“Юлий Цезарь”) и входил в состав военно-морских сил Италии. И именно после того, как линкор получил советское “гражданство”, с ним стали происходить странные вещи.

— После Второй мировой войны страны-победители договорились о разделе итальянского флота, — рассказывает Бар-Бирюков. — Специальная четырехсторонняя комиссия почти два года работала в Риме. Лишь в начале 1949 года, после долгих согласований России удалось добиться получения “Джулио Чезаре”. Этот гигант водоизмещением более 30000 тонн был вооружен десятью орудиями 320-миллиметрового калибра, равных которым у нас не имелось, — “царь-пушки” могли стрелять снарядами в полтонны весом аж на 32 километра. Как выяснилось впоследствии, военное руководство СССР хотело сделать из “итальянца” первый корабль с атомным вооружением (для главного калибра предполагалось изготовить комплект тактических снарядов с атомной начинкой).

На переговорах было решено, что итальянская команда поведет линкор под торговым флагом в Одессу, а советские моряки будут присутствовать на борту лишь в качестве наблюдателей, перенимая опыт управления сложной техникой. Но наша разведка сообщила, что прежние хозяева линкора готовятся во время плавания вывести из строя часть его основных механизмов. Чтобы не допустить этого, пришлось действовать на опережение.

В албанском порту Влера доставленная сюда перегонная команда советских моряков фактически захватила линкор. Матросы и офицеры, поднявшись на борт, разбежались по основным постам корабля и больше оттуда не уходили. Итальянцам было сказано: в вашей помощи мы не нуждаемся и дальше поведем корабль сами. Еще две недели наши потратили, чтобы освоиться на “Цезаре” и проверить его безопасность.

Командование полагало, что “фашисты” могли где-то заложить мины. Пришлось черноморцам обшаривать все закоулки корабля. Даже в топливные цистерны с мазутом спускали водолазов, которые на ощупь проверяли, нет ли там взрывчатки. В итоге не нашли ничего, но неприятности с линкором все-таки случились.

Сначала обнаружили, что итальянцы ухитрились испортить рулевое управление: при некоторых углах поворота руль вдруг переставал действовать. Лишь благодаря искусству капитана 1 ранга Беляева, ведущего корабль, его удалось благополучно провести через Дарданеллы и Босфор. Причину неисправности нашли только два года спустя: в шахту, через которую шли от штурвала тросы, управляющие рулем, итальянцы засунули обыкновенную стремянку, привязав ее к одному из тросов. При определенном положении лестница блокировала работу механизма.

Другой “привет из Италии” имел еще более серьезные последствия. Экс-хозяева вывели из строя систему управления огнем главного калибра. В результате корабль мог лишь беспорядочно разбрасывать исполинские снаряды. Почти 5 лет понадобилось, чтобы разобраться с этой “закавыкой” и устранить неисправность.

Но первые же успешные стрельбы “Новороссийска”, проведенные летом 1955 года, стали приговором огромному кораблю.

Диверсант выходит на связь

— По поводу гибели “Новороссийска”, — продолжает исследователь, — существует несколько версий. Официальное заключение комиссии гласит: под днищем линкора взорвалась немецкая донная мина, оставшаяся на дне Северной бухты с военных времен. Но такая мина может сработать лишь при наличии заряженной аккумуляторной батареи. Что же это за чудо-аккумулятор, который способен сохранять заряд под водой в течение многих лет?

Куда более вероятной кажется “диверсионная” причина гибели флагмана. Ведь во время войны и у англичан, и у итальянцев существовали отличные подводно-штурмовые группы: 12-я флотилия Королевского военно-морского флота и 10-я флотилия итальянских ВМС, возглавляемая знаменитым “суперменом” Валерио Боргезе. О существовании прямых доказательств такого теракта долгое время ничего не было известно. Но не так давно ситуация изменилась: обнаружились факты, да еще какие.

Через Интернет меня разыскал Михаил — бывший офицер-черноморец, который теперь живет в США. Он прочитал в газете о моих многолетних поисках информации о линкоре и решил помочь.

В 1997 году Михаила как ветерана войны пригласили в мэрию Чикаго, где отмечалась очередная годовщина окончания Второй мировой. Во время праздничного вечера с ним познакомился некий господин Николо: “Мне сказали, что вы русский моряк... А слышали про корабль “Новороссийск”? Я могу о нем кое-что сообщить...”

Михаил заметил, что Николо носит на пальце массивный золотой перстень в виде водолазного шлема (такая традиция давно существует у западных водолазов-асов). Владелец перстня достал из папки старую фотографию, на которой изображены восемь человек: “Вот это я, а это — один из крупнейших в мире специалистов по подводным диверсиям, руководитель нашей спецгруппы, которая осенью 1955 года выполняла операцию по подрыву “Новороссийска”. Долгие годы мы были связаны обетом молчания, но сейчас я остался единственным живым участником и могу рассказать об этой акции...”

По словам Николо, она готовилась почти год. Их группу из числа бывших диверсантов-подводников доставили к берегам Крыма на судне, выполнявшем рейс в Николаев с грузом пшеницы. В трюме был оборудован специальный “карман” для подводной мини-лодки. Судно по пути специально сделало “крюк” в сторону Севастополя и на границе нейтральных вод сбросило ее с группой Николо. Боевые пловцы устроили базу в Омеге — одной из внешних севастопольских бухт, и оттуда совершили две вылазки на внутренний рейд, доставляя специальные взрывные устройства. Мощные мины были поставлены как раз там, где уже несколько дней кряду стоял, готовясь к параду 7 ноября, “Новороссийск”, — у швартовой бочки №3.

— Но диверсантам чуть было не спутали все карты, — уточняет Бар-Бирюков. — Накануне “дня Х”, 28 октября, линкор совершил незапланированный выход в море. Оставшийся за командира старпом решил проявить инициативу и вывел корабль на учебные стрельбы противоминным калибром. Но паниковали пловцы-подводники недолго — “Новороссийск” вернулся в бухту и встал там, где и прежде, — разница оказалась всего метров 10... И как тут не вспомнить, что взрыв пробил днище как раз в 10 метрах от носового артиллерийского погреба? Эта подвижка корабля спасла от более страшной катастрофы: если бы сдетонировали сотни огромных снарядов, погиб бы не только “Новороссийск”, но и корабли, находившиеся рядом.

Поставив мины и “заведя” их на самый глухой час ночи 29 октября, группа, в которую входил Николо, ушла на своей подлодке в море. А там ее встретил корабль-“транспортер”. Когда раздался взрыв под килем “Новороссийска”, диверсанты были уже далеко.

Услышанное от Михаила подтверждается и сведениями из других источников. Еще в 1955-м один из знакомых офицеров-пограничников рассказал мне, что после взрыва местные жители сообщили “зеленым фуражкам”, что на одном из пляжей видели людей в легких водолазных костюмах. А в разведсводках нашего флота зафиксировано еще одно важное обстоятельство: в те дни в Черном море находилось 5 торговых судов из стран — членов НАТО. Накануне 29 октября все эти “торговцы” как по команде повернули в сторону Турции, но одно из них совершило по пути странный “подворот” к Севастополю...

Любопытный штрих: по всей видимости, подрыв “Новороссийска” выполнили “на коммерческой основе”. К тому времени подразделение итальянских боевых пловцов было официально расформировано, но эти люди не забыли своего прежнего военного ремесла, а вся оснастка оставалась в их распоряжении. Когда у противников СССР возник план уничтожить линкор, они “за соответствующее вознаграждение” легко нашли исполнителей из числа подводников Боргезе.

Сам же итальянский ас вообще мог пойти на эту операцию по идеологическим убеждениям. Валерио Боргезе, которого называли еще Черным Князем, был убежденным антикоммунистом, не раз публично заявлял, что ни в коем случае нельзя допускать, чтобы итальянские боевые корабли плавали под красным флагом, и ради этого можно даже решиться на их уничтожение.

Забывчивая Родина

Октябрь Бар-Бирюков убежден: тайна гибели экс-“Юлия Цезаря” фактически раскрыта. А вот эпопея с возданием должных почестей морякам-черноморцам, проявившим мужество и героизм в ту страшную ночь, до сих пор так и не завершена:

— В 1955-м, по горячим следам, большая часть экипажа линкора была представлена к наградам. В списках значилось 719 человек: все, кто числился на тот момент погибшими, и еще 117 моряков, отличившихся во время спасательных работ. Однако посланные в Москву на утверждение наградные листы пропали. Оказывается, 40 лет эти бумаги пылились в архиве!

Лишь в конце 1990-х совет ветеранов “Новороссийска” добился решения о награждении тех, кто был представлен к орденам и медалям в 1955-м. 5 июля 1999 года президент подписал указ о вручении “новороссийцам” орденов Мужества. Несколько ветеранов, живущих в столице, даже получили ордена из рук Владимира Путина.

Но не все получилось складно. Указ о наградах “новороссийцам” — в лучших “совковых” традициях — вышел под грифом “ДСП” и опубликован был лишь в специальном журнале “Морской сборник”. В результате — ордена лежат в сейфе, а многие из ветеранов и родственников погибших даже не знают, что могут получить эти знаки отличия. Существует и другая проблема. В 1955-м было принято решение представить к наградам всех погибших на “Новороссийске”. Те же списки продублированы и в указе Президента России. Однако его составители не учли, что за прошедшие годы количество жертв взрыва было уточнено и выявлены имена еще полусотни моряков, ушедших на дно с линкором. Увы, о них при подготовке наградных листов забыли. И еще несколько человек из числа утонувших линкоровцев почему-то “испарились” из президентского указа. Бар-Бирюков обнаружил 20 таких фамилий, сравнивая списки погибших и награжденных.

— Когда Путин вручал линкоровцам ордена, — говорит он, — я рассказал ему обо всех этих проблемах. Владимир Владимирович, обернувшись к главкому Куроедову, произнес: “Я не вижу здесь ничего непреодолимого!” Тот, конечно, поддакнул, но, увы, с тех пор “новороссийское” дело так и не сдвинулось с мертвой точки.




Партнеры