Искренность в квадрате

Время в зеркале итогов

25 ноября 2005 в 00:00, просмотров: 650

Эй, москвичи, признавайтесь, кто из вас серьезно готовится к выборам в Мосгордуму и каждый вечер смотрит дебаты по московскому телеканалу?

Я так думаю, что никто. Потому что нормальному человеку слушать это дольше пяти минут невозможно. Зубы начинают болеть.

Дело даже не в том, что выступают в дебатах по большей части косноязычные, малоприятные люди, лишенные всякого обаяния. И не в том, что обещания их — пустые, рассуждения — примитивные, а обличения — пакостные.

Нет, их невозможно слушать по другой причине. Они не искренни. Безнадежно, фатально неискренни.

Они говорят, что надо поднимать пенсии старикам и помогать молодым семьям. Но сразу видно, что старики эти им никуда не упирались, а семью они знают одну — свою, и им чихать на все, кроме себя и собственного благополучия, и говорят они про пенсии и молодежь не потому, что их это действительно волнует до слез, а потому, что так надо говорить.

Все рассчитано. Они знают, что надо говорить, чтобы понравиться избирателям. Чтобы “отбить бабки”, вложенные в партию бизнесом. Чтобы запомниться старшим товарищам, урвать, втиснуться, пристроиться, забить свой колышек на поле власти.

Самые разные мысли плывут в их мозгах. Но только не про московских стариков — скучных, нудных, никому не нужных и плохо пахнущих.

* * *

В московских теледебатах выступают главным образом бесталанные новички. Они еще не умеют маскировать неискренность напускными эмоциями, поэтому здесь она лезет наружу с шокирующей откровенностью.

Опытные политики прячут свои истинные цели под фальшивым негодованием. Вопиют в пустыне, рвут давно порванные тельняшки. Стараются. Но и по ним прекрасно видно, что они неискренни. На самом деле их заботит совсем не то, о чем они распинаются перед телекамерой.

Поначалу им верили, потом возмущались, потом стало смешно, а теперь — безразлично. Ведь по-настоящему трогает только искренность. Артистизм и мастерство исполнения не могут скрыть ее отсутствие.

Видимо, поэтому сейчас так интересны нацболы. Ничего в них нет умного и прозорливого, недоразвитые студенты, отчаянные мальчики-девочки с убогими идеалами. Но они искренни в своих идиотских выходках. И это сразу чувствуется.

* * *

Дефицит искренности. И не только в политике. Везде.

Писатели пишут книги не для того, чтобы выразить себя, сказать что-то важное, что-то такое, что только ты можешь сказать. Нет, они пишут, чтобы заработать деньги. Понравиться самой широкой публике, удовлетворить духовные запросы простейших.

В результате книжные магазины завалены халтурой, слепленной на потребу. Объективно говоря, ее невозможно читать. Так же как невозможно смотреть теледебаты. Но читают. Ведь ничего другого нет. Читают, привыкают, думают, что, наверно, это и есть книги.

Ходят на концерты и думают, что слушают звезд. Смотрят фильмы и думают, что наслаждаются искусством кино.

* * *

Шедевр года — фильм о том, как сначала солдат-срочников дрессировал контуженный прапорщик, а потом их отправили в Афганистан, и все они погибли, но не сдались. Добротная калька с американских боевиков на армейскую тему. Незамысловатая смесь “взводов”, “рядовых райанов” и “цельнометаллических оболочек”.

Воинская форма — наша, советская. Все остальное — оттуда.

Не может наш советский генерал, стоя на трибуне перед строем, предложить тем, кто не хочет исполнять интернациональный долг, остаться на Родине. Наш генерал скажет: “Эт-та что за уежище, еж вашу мать? Как построились? Это что, квадрат, по-вашему? А ну все в казарму обувь чистить”. У нас другая армия, другие реалии, другие солдаты. Другое понимание геройства, долга, патриотизма.

Оно не такое красивое, как в плоских американских боевиках, скроенных на один манер. Но оно есть, и оно искреннее. Настоящее.

Очень жаль, что не нашлось таланта и смелости снять фильм про это наше настоящее. Про вчерашних пионеров и школьников, которых ни о чем не спрашивали и ничему не учили, а швыряли в войну, как котят в прорубь, и они там сами как-то спасались и как-то спасали друзей. Как умели. Как могли.

Но стоит ли пыжиться, делать искренний фильм про наше настоящее, когда есть государственный запрос на типовой армейский боевик, воспитывающий патриотизм в американском духе? Конечно же, надо отвечать на запрос. Тогда все будет. И высокая оценка президента, и всенародное признание.

Патриотизм, правда, не воспитается. Если самые здоровые, полные сил мужики тратят жизнь на охрану магазинов, следят, как бы лишний сырок там не стащили, о каком патриотизме может идти речь? Даже если они посмотрят пять очень правильных фильмов, у них все равно не возникнет желания любить и защищать свой образ жизни.

* * *

Изредка еще вспыхивают искры искреннего. Кто-то вдруг сочинит песенку, берущую за душу. Кто-то издаст чудную, теплую книжку — тоненькую, незаметную, не разрекламированную. У Майи Плисецкой случится юбилей, и можно будет целую неделю любоваться ею — танцующей всю жизнь не из расчета, а ради самого танца.

Искреннего мало, поэтому оно высоко ценится. Если бы в теледебатах кто-то вдруг заговорил искренне, москвичи бы это обязательно оценили.

Только никто ведь не заговорит. Все умные. Построились квадратом и ждут, когда их пошлют в казарму обувь чистить.



Партнеры