Гуд бай, стереотипы

Что делали наши грибники на американском кладбище?

5 декабря 2005 в 00:00, просмотров: 523

В резиденции посла США, знаменитом Спасо-Хаусе, принимали молодых людей разных национальностей. Всех их объединило участие в программе “Российско-американская волонтерская инициатива”. 62 российских и американских волонтера в течение двух месяцев работали в России и США по двум социально значимым направлениям: профилактика ВИЧ/СПИД и сохранение исторического и культурного наследия. Одним из них был Игорь Семенов, 23-летний преподаватель истории Санкт-Петербургского университета.


— Как отнеслись в университете к тому, что педагог среди учебного года уезжает волонтером в США?

— Коллеги поддержали. Сказали, что это важно для развития связей. Действительно, я познакомился со многими людьми из университетов штата Арканзас, этнографами и антропологами. Я проходил стажировку в городе Литл-Роке, в организации, аналогичной нашей охране памятников — Historic Preservation Program. Если сравнивать, то у них лучше развит менеджмент, зато мы прогрессивнее с точки зрения законодательства. Частная собственность в США неприкосновенна, право использования памятника остается за владельцем, у нас — является достоянием всей нации, всего государства.

— Чем конкретно пришлось заниматься на стажировке?

— Мы проводили много полевых исследований, занимались инспекцией состояния современных скульптур в г. Хот-Спрингсе, фиксацией памятников на кладбище, представляющих историко-культурную ценность. Американцы переживают, что у них “мало истории”. Наше государство насчитывает тысячелетие, их истории — немногим более 200 лет. Но это, кстати, нисколько не умаляет достоинств страны. Все относительно. Взять, к примеру, современный Египет с его многотысячелетней историей... Мне понравилось работать на юге США, в дельте Миссисипи. Этот регион считается у них экономически слабо развитым. Но как было приятно общаться с людьми, которые там живут! Они считают, что проблемы “холодной войны” — это проблемы большой политики. На самом деле самый большой разрыв между нами — это большой перелет.

— По душам довелось с янки поговорить?

— Да, засиживались за разговорами до утра. Мы устраивали русский ужин: борщ, “оливье” (они называют это “русский салат”), курица с картошечкой, водочка, которую мы специально привезли с собой. Очень душевно посидели. Что обычно они едят? Понятие “американская южная кухня” — это в первую очередь традиция обжаривать все в масле. Ужасно вредно, и они сами это понимают. Я боялся набрать вес. У них очень популярна курица. Как они там будут обходиться без нее из-за птичьего гриппа?

— Какой вопрос американцы задавали тебе чаще всего?

— О моих впечатлениях. Они хотят знать, что о них думают.

— А что они думают о нас?

— Они не могли поверить, что мы пьем водку с огурцами. Они ее пьют со льдом, а огурцы обычно подаются с гамбургером. Ну и, конечно, они представляли русских как малоулыбчивых людей. Оказалось, что у американцев — очень хорошее чувство юмора. Это разрушило один из моих стереотипов. У них сложный юмор, хороший. На встрече в посольстве США американский волонтер признался, что работа в России избавила его от стереотипа “все русские — заядлые грибники”. Это взаимный процесс. Я им так честно и сказал: “Мы умеем улыбаться, вы умеете шутить”.


СПРАВКА "МК"

“Российско-американская волонтерская инициатива” является результатом договоренностей на высшем уровне, достигнутых в ходе переговоров в сентябре 2003 года в Кэмп-Дэвиде между Путиным и Бушем. Цель программы — привлечь российские и американские некоммерческие организации, государственные структуры, а также молодежь обеих стран к сотрудничеству в общественной сфере путем проведения краткосрочных стажировок в России и США. В нашей стране программа реализуется Российским союзом молодежи. Участники выбираются на конкурсной основе из числа молодых профессионалов с учетом их опыта, знания языка и лидерского потенциала. Это студенты последних курсов вузов, учителя, социологи, врачи, кураторы музеев и архитекторы.




Партнеры