Таланты без поклонников

Авторским школам не достанутся президентские гранты

12 декабря 2005 в 00:00, просмотров: 443

Известный русский поэт писал: “Учитель, воспитай ученика, чтоб было у кого потом учиться…” В этих словах — весь смысл педагогики. Ведь обучение — дело сугубо индивидуальное. Знания передаются “из рук в руки”, и в этом процессе всегда участвуют двое.

К сожалению, советская школа ориентировалась не на личность, а на коллектив. Брали, как говорится, числом, а не умением. Считалось, что следует воспитать всех по одним и тем же меркам. Шаг в сторону — расстрел. В смысле — строгий выговор учителю с занесением в личное дело. А это уже пятно на всю жизнь…

Разумеется, на общем сером фоне выделялись спецшколы, где углубленно давали один или даже несколько предметов. Самыми популярными были, конечно, языковые, особенно английские, но неплохо котировались и физико-математические, а также биологические и химические. Они открывали дорогу в самые престижные столичные вузы. Но все же их было мало. Кроме того, туда зачастую принимали не самых талантливых, а самых блатных.

В 1990-е годы наконец-то разрешили учить не всех, а каждого. В Москве, Петербурге, других крупных городах как грибы после дождя стали появляться авторские школы. Преподавание в них велось по методикам, разработанным самими “отцами-основателями” — педагогами-новаторами.

Возьмем, к примеру, обучение по личным планам, которое практикуют в Московской школе самоопределения. Главное в образовании, по мнению ее директора, не сумма полученных знаний, большая часть которых все равно забудется, а возможность личностного развития ребенка.

В этой школе дисциплины делятся на три группы: обязательные, спецкурсы и интенсивы. В первую входят труд, литература, математика, история, обществоведение, физкультура. Спецкурсы — творческие и учебные мастерские — выбирают сами ученики: мировая литература, история искусств, религиоведение, психология, право, актерское мастерство, кино- и театральная критика, анатомия и медицина. Набор у каждого школяра получается свой, но общее количество уроков в неделю должно быть не менее 25. Расписание занятий у ребят из одного класса часто не совпадает: пока одни зубрят историю искусств, другие занимаются психологией. Зато каждый ученик получает прекрасную возможность для индивидуального развития.

Еще одна оригинальная методика — сверхинтенсивное обучение. Оно полезно в тех случаях, когда требуется за короткое время — скажем, перед экзаменом — повторить весь пройденный материал. Не секрет, что многие предметы даются в школе скучно и запутанно, дети с трудом их осваивают (а то и вовсе “проходят мимо”).

Скажем, математику осиливают не более половины ребят. Это подтверждают результаты Единого госэкзамена. В 2005 году по алгебре почти 22% выпускников получили баллы ниже уровня школьной “тройки”. Объективно было доказано, что пятая часть старшеклассников не может выучить алгебру даже в минимальном объеме. Похожая картина была и по другим предметам — химии, физике, русскому языку…

Однако сдавать экзамены предстоит всем. Вот тут-то и пригодится интенсив. Автор методики отказался от традиционного “линейного” обучения, когда темы следуют строго одна за другой. Он берет самый сложный раздел учебника и начинает объяснение с него. Вокруг центра строится остальное. Если ученик помнит главное, считает педагог, то частности восстановит. Новатор сравнивает учебу с разглядыванием картины: если разбить полотно на кусочки и брать их по отдельности, то неизвестно, получится ли представление об изображении. Но именно так сегодня преподают в школе. А если вначале дать общее объяснение, то кусочки легко встанут на место и мозаика сложится. После такого обучения сдать ЕГЭ — не проблема…

К сожалению, авторская методика плохо переносится на массовую школу. Ведь надо сначала обучить учителей, которые затем внедрят ее в своих учебных заведениях. Для такой трансляции нужны время и деньги. А у педагогов-новаторов их нет — необходимо заниматься со своими учениками, да еще зарабатывать на жизнь…

Вот тут-то и пригодились бы президентские гранты. Согласно национальному проекту развития образования, в 2006 и 2007 годах по 100 тысяч рублей получат лучшие учителя (10 тысяч в год) и по 1 миллиону — лучшие школы (3000 в год). Для выбора самых достойных собираются провести конкурс. Отбор претендентов пройдет в несколько этапов. В Москве, к примеру, сначала на уровне района, потом — округа и лишь затем — города. Это должно обеспечить объективность конкурса.

Казалось бы, педагоги-новаторы давно известны, их школы — тоже. К чему устраивать бюрократическую процедуру? Ведь не факт, что авторы передовых методик попадут в финал. Настоящий учитель, как известно, сосредоточен на своем любимом деле, вряд ли он захочет тратить время на справки для комиссий.

Однако, в соответствии с советскими принципами равенства, все школы (как авторские, так и обычные районные) причесали под одну гребенку. Условия состязания, мол, одни для всех... К чему это приведет? Скорее всего к тому, что педагоги-новаторы и их учебные заведения останутся без грантов. Деньги, как всегда, достанутся “крепким середнячкам”. Не самым умным или талантливым, а самым прилежным и послушным — тем, кто вовремя подсуетится, соберет справки и найдет “правильный” подход к методистам окружных управлений образования.

Кстати, гранты, как подсчитали специалисты, достанутся лишь одному московскому учителю из 150. Один счастливчик на три школы... Среди учебных заведений соотношение — 1 на 23 (в России — примерно 65 тысяч школ). Значит, в столице грант получат примерно 70 учебных заведений. Для такого мегаполиса, как Москва, капля в море… Впрочем, шанс, как говорят, есть у всех. Даже у авторских школ. Жаль только, что очень маленький.





Партнеры