Сильное звено

Мария Киселева: “Несмотря на волнение, мы с мужем на родах довольно весело проводили время”

14 декабря 2005 в 00:00, просмотров: 201

Cпортивный журналист. Ведущая телешоу “Слабое звено”. Очень красивая женщина. В конце концов, трехкратная олимпийская чемпионка по синхронному плаванию. Все это — о Марии Киселевой. Сейчас она — заботливая мама. С мыслью о дочке Даше, которая появилась на свет в августе, Мария засыпает и просыпается. Когда мы с Машей договаривались об интервью, она предложила встретиться в парке, который расположен рядом с редакцией “МК”: “Времени катастрофически не хватает. Так что, если вы не против, можем побеседовать, пока я гуляю с дочерью”.

Рожать больно, но терпимо

— Каково чувствовать себя мамой?

— Это безумное счастье. Дашенька настолько долгожданный ребенок, настолько любимый. Какое тут еще может быть ощущение, кроме восторга? Мы очень быстро растем. Я до сих пор пребываю в состоянии эйфории.

— О ком вы мечтали? Хотели, чтобы был мальчик или девочка?

— Главное, чтобы ребенок был здоровым. Все остальное неважно. Так что мне было абсолютно непринципиально.

— Ну и как со здоровьем? Сколько у нас при рождении было килограммов и сантиметров?

— 3 килограмма 410 граммов. А рост у нас 51 сантиметр. Самый что ни на есть стандартный вариант. Это меня не может не радовать.

— Прогулки — это только ваша забота?

— В выходные мой муж Володя всегда с нами. Еще нам помогают бабушка и дедушка. Если дефицит времени, то родители берут все на себя.

— Какие мысли вас посещают здесь? Поговорить не с кем. Почти два с половиной часа в одиночестве. Не скучно?

— С чего вы это взяли? Пока Даша не спит, я постоянно с ней разговариваю. Жаль, что пока она не может мне отвечать. И поверьте мне на слово, время быстро пролетает. Если ребенок засыпает, то читаю. В этом парке так красиво. Кругом так много деревьев, тишина. Здесь моя душа отдыхает.

— Как вы перешли к тихой семейной жизни? Еще вчера сидели на сборах. За плечами — три Олимпиады, соревнования, турниры. Как осуществился такой резкий вираж?

— Накопилась дикая усталость. И я никогда так не отдыхала, как в последние два месяца беременности. Ведь остальное время продолжала работать на телевидении. Мне даже было непривычно пребывать в таком состоянии. С одной стороны, это такой кайф, с другой — волнующее ожидание.

— Муж вас оберегал во время беременности? Присутствовал при родах?

— Он все время был рядом. Заботился обо мне. Многие женщины говорят, что, мол, хотели бы всю жизнь ходить беременными. В это время самое идеальное отношение мужа. Он носит тебя на руках, дарит цветы. А у нас все это происходит и в обычной жизни. Володя всегда внимателен. Особых контрастов не было, но, конечно, чувства были обострены. Если я не подходила долго к телефону, то у него начиналась паника. Что касается родов, то мы совсем не планировали, что супруг будет рядом. Мы просто поехали в роддом вместе, и он остался со мной. Скажу, что, несмотря на волнение, мы довольно весело проводили время. Шутили, смеялись вместе с врачами. Ну а в нужный момент Володя вышел из палаты и вернулся уже в качестве отца.

— Мужчин, в частности меня, всегда интересовал вопрос, а каково это — рожать? Насколько больно физически?

— Это терпимо. Конечно, больно, но вынести можно. Я старалась не думать о физических ощущениях. Хотела одного: чтобы ребенок родился здоровым. В этот момент меньше всего переживала за себя.

— Уже определились с будущим ребенка? Пойдет ли она по стопам мамы и станет заниматься синхронным плаванием?

— Постараюсь ей всегда помочь советом, быть для нее другом и наставником. А чтобы сейчас думать о какой-то конкретной направленности? Такого нет. Будем максимально развивать ребенка и давать ей заниматься всем, чтобы она сама выбрала, что ей по душе. Музыка, театр, спорт, танцы… Посмотрим, где у нее будет лучше получаться. И сделаем акцент именно на это.

В детстве боялась воды

— Точно знаю, что в детстве вы безумно боялись воды. И как же тогда стали заниматься водным видом спорта?

— На самом деле это достаточно стандартная ситуация. Многие детишки пугаются сначала воды. Меня и отвели в бассейн, чтобы пропал страх, чтобы ребенок рос здоровым. Вопрос не стоял так, что должна стать великой спортсменкой. Просто дочь занята, при деле, и это уже хорошо. К тому же развивается физически. Такая вот история.

— Бедных девочек ради спортивной формы часто лишали сладкого. Как вы обходились без конфет и печенья?

— Терпели, конечно, ведь стояли определенные цели. Но некоторым совсем не нужна диета. Например, Ольга Брусникина (напарница Марии, трехкратная олимпийская чемпионка. — Авт.) могла себе позволить все что хотела — у нее такая комплекция. А перед Афинами и я к ней присоединилась. На сборах у нас в избытке были всевозможные сладости, хотя обычно это только фрукты.

Но случаи бывали разные. Помню, когда мне было лет 12, после соревнований всем захотелось сладкого. Купили пирожных в буфете и идем на цыпочках по коридору. Как назло — тренер навстречу. Тарелка полетела в сторону лестницы, а мы в наказание остались без праздничного банкета.

— Когда вы определили для себя, что станете профессионалом в синхронном плавании?

— Таких периодов в жизни было достаточно много. Даже когда мне было совсем мало лет. Участие в соревнованиях. Победы. Все это стимулировало. Потом становишься старше и уже задумываешься о перспективах. Выступала на чемпионате страны, тогда еще СССР. Волнения, переживания… Но основной толчок произошел в 1992 году, после годичного перерыва.

— По какой причине оставили занятия?

— Мне показалось, что ничего не выйдет. Не попала в юношескую сборную. Для меня это был стресс. И я уехала за границу выступать в шоу. Потом произошел развал страны. Появился шанс пробиться в команду, и решила, что стоит попробовать вернуться. И правда, у меня получилось. Уже через год я выступала в составе первой сборной и выиграла на чемпионате Европы дебютную золотую медаль. В тот момент было однозначно решено, что мое будущее будет связано с профессиональным спортом.

— Как можно выдержать эти безумные нагрузки? Иногда ведь вам в день приходилось проводить в воде по восемь-девять часов.

— Тяжело, спорить не буду. Да, конечно, хотелось иногда все послать к чертовой бабушке, когда совсем нет сил. Но стояли определенные цели, и потом, без всего этого мы никогда бы не ощутили блеск золотых медалей Олимпиады. С 1997 года сборная России никому не проигрывает.

В Афинах ни капли не волновалась

— Сейчас есть желание залезть в бассейн и провести полноценную тренировку?

— Нет. Разве что просто поплавать для себя. Поднять ноги, сделать какое-нибудь упражнение. И это только для того, чтобы чувствовать себя в тонусе. Я рада, что завершила карьеру победой на Олимпиаде. Но нельзя сказать, что теперь я бездельничаю. Время расписано практически как на сборах. Та же работа отнимает много сил и энергии. Спорт меня научил постоянно самосовершенствоваться. Потому и в спортивной редакции ТВ, и в “Слабом звене” никогда не позволяла себе расслабляться.

— Увидел вашу фамилию в списке тех, кто собирается занять должность вице-президента Олимпийского комитета России. Вам это важно?

— Очень сложно уйти раз и навсегда из большого спорта. И я считаю это неправильным. В нас было очень много вложено, и теперь пришло время отдавать. Работа в ОКР станет как бы продолжением карьеры.

— Мы общались с вами сразу после сиднейской Олимпиады. В интервью я написал, что вы обязательно постараетесь выиграть через четыре года еще одно “золото” в Афинах. Тогда вы даже немного обиделись на меня, потому что были уверены, что не останетесь в большом спорте. Но мои слова оказались пророческими. Вы вернулись и опять победили.

— Значит, вы оказались таким дальновидным (смеется). На самом деле замучила страшная ностальгия. Решение вернуться было для нас с Ольгой Брусникиной очень сложным, но взвешенным и продуманным. Мы поняли, что потенциал есть, и не использовать шанс просто глупо. Тем более, что нас поддержала и в нас поверила наш тренер Елена Полянская (заслуженный тренер России). Ни каждый день становишься олимпийской чемпионкой. Было проделано много работы и результат пришел.

— В чем разница “золота” Австралии и триумфа в Греции?

— В Сиднее мы выиграли первое “золото” в нашем виде спорта для России. Шли к этому столько времени. Нас долго не пускали на пьедестал, целый олимпийский сезон приходилось доказывать, что мы лучшие. И когда сделали это, то счастью просто не было предела. Фантастические ощущения. В Афинах же не чувствовалось грандиозности события. Даже зал казался каким-то маленьким. Это подчеркивали многие спортсмены. Первый раз в жизни я перед стартом совсем не волновалась. И тут у нас возникли проблемы с музыкой (во время выступления несколько раз замолкала запись), навалился такой стресс. Когда же, несмотря на все, мы выиграли, опять началась эмоциональная буря.

“Слабого звена” нет в эфире не из-за моей беременности

— С чем сейчас связана ваша работа? Ведь “Слабого звена” пока в эфире нет.

— Тружусь в спортивной редакции Первого канала. Активно готовимся к Олимпиаде в Турине. Что касается шоу, то мы давно в ожидании. Мы делали передачу, когда я была беременна. Потом было решено продолжить в сентябре. Но пока ничего не меняется.

— Сколько разновидностей “Слабого звена” вам удалось посмотреть? Ведь эта передача есть почти в каждой европейской стране. Интересно было понаблюдать за другими ведущими?

— Англия, Германия, Греция, Италия, что-то еще. Да, было довольно забавно. По идее, все девушки должны быть похожи друг на друга. Если не знать хорошо языка, трудно понять, в какой манере они проводят шоу. Но некоторые моменты, конечно, почерпнула для себя.

— Знаю, что вы в жизни добрая, общительная. В “Звене” вам приходится быть этакой стервой. Где-то в Интернете даже вычитал, что один из участников передачи набросился на вас с кулаками.

— Вы второй человек, который мне об этом говорит. Это выдумки журналистов. Ничего подобного никогда не было. Что касается роли строгой леди… Ну, если вы знаете, что в жизни я совсем другая, то, значит, неплохо справляюсь со своей ролью.

— Иногда послушаешь высказывания участников после игры, и волосы дыбом стоят. Какие они злые! Желают неудачи друг другу. Это сценарий или правда участники так заводятся?

— К сожалению, я почти никогда не слышу их интервью. И затрудняюсь ответить. Возможно, это выплеск эмоций.

— Какая передача больше всего запомнилась?

— Это, наверное, специальные проекты. И не только со звездами. Мне очень понравилось, когда играли все финалисты, те, кто не выиграл главный приз, но был этого достоин. Вот это была сильная команда.

Ради гитары и ногтей не жалко

— Вы сильно увлекались акустической гитарой. Как сейчас с этим хобби?

— Гитара, к сожалению, лежит дома, в чехле. Думаю о ней достаточно часто. Хочется достать и вспомнить старые песни. Но когда добираешься до комнаты, начинаются заботы. Дашу уложить спать, домом заняться. Потом хочется просто доползти до дивана и уснуть. Так что гитара остается некой мечтой.

— Вы записывали свой голос?

— Да, у меня есть несколько кассет. Дома баловалась на любительском уровне. Сейчас даже не знаю, где они лежат. Очень давно не слушала. Сделала записи исключительно для памяти. Может быть, придет момент, и они станут раритетом (смеется).

— Как “заразились” шестиструнной?

— Мне просто она дико нравилась. Походы, костер, песни. Здорово, когда в кругу друзей кто-то перебирает струны, все подпевают. Это лучше, чем просто смотреть телевизор или слушать музыку. Нравится, когда знакомый человек исполняет собственное произведение. Я пришла к соседке, которая умела играть, и попросила научить. Мне показали три аккорда, и понеслось.

— А девчонок часто не прельщает гитара из-за того, что ради нее нужно отказаться от маникюра. У вас не было с этим проблем?

— Спокойно могла пожертвовать ногтями ради гитары.

— Кто любимый исполнитель? Или, скажем, кумир?

— Сейчас совершенно не готова разговаривать на эту тему. В последнее время слушаю только детские песенки. Даже в машине у меня детские шлягеры — “Бременские музыканты”, “Песня о мамонтенке”, “От улыбки…” и т.д.

— Что поете Даше на ночь?

— Традиционное — из “Спокойной ночи, малыши!”.

— Муж подпевает?

— Да, он веселый человек. Тем более всю беременность мы слушали эти произведения. Но с гитарой Володя не дружит. В семье у нас только один музыкант.

Супруга встретила на журфаке

— Вы с Владимиром давно знаете друг друга? Где встретились в первый раз?

— Нас познакомили на соревнованиях по плаванию. Вместе выступали за журфак. Тогда все ограничилось получасовым общением, а потом, месяца через два, встретились в университете.

— Трудно было, наверное, жить в разлуке? У вас были бесконечные сборы.

— Что делать, такая доля профессиональных спортсменов. Общались по телефону, посылали друг другу сообщения. Володя поддерживал меня, все понимал. Он же тоже спортсмен, серьезно занимался плаванием. Сейчас, слава Богу, мы почти все время вместе.

— Сейчас чем занимается?

— У него спортивно-маркетинговое агентство. Сейчас Володя, Ольга Брусникина и я занимаемся организацией шоу олимпийских чемпионов по синхронному плаванию. Ожидается нечто грандиозное. Проводим это шоу второй год подряд. Именно на нем мы с Ольгой попрощались со спортом в прошлом году.

— Вы чувствуете себя знаменитой? “Звездная болезнь” не преследует?

— Конечно, есть определенная известность. Это часть моей профессии. Например, в чем попало на улицу не выйдешь. Что касается “звездности”... Такого у меня никогда не было. А зачем? Лучше просто не забывать о своем деле и делать его хорошо.

— А что, поклонники докучают с автографами, когда узнают вас на прогулке?

— У каждого своя реакция, кто-то узнает, улыбнется и пройдет мимо. Кто-то воскликнет: “Ой, смотрите, Киселева идет”. Другой попросит расписаться. Значит, людям не безразлично то, что я делаю.

...Вот так и пролетел наш часовой разговор. Но только попрощавшись, ощутил, что мне ужасно холодно. И подумалось: “Черт побери, никогда мерзнуть не было так приятно!”



Партнеры