Кто развел Пугачеву?

Уже который день работа “брачного” офиса Таганского района столицы фактически парализована

17 декабря 2005 в 00:00, просмотров: 789

— Официально сообщаю: Пугачева и Киркоров в Таганском загсе не разводились! Все это откровенная ложь! — заявила “МК” замначальника Московского управления загс Оксана Родионова.


Уже который день работа “брачного” офиса Таганского района столицы фактически парализована. Толпы журналистов осаждают загс с одной целью: выкупить свидетельство о самом громком разводе даже не года, а десятилетия. Репортеры не догадываются, что ищут черную кошку в темной комнате. Звездная пара расторгла свой союз отнюдь не на Таганке!

Еще в ноябре одна из газет написала о выгодной сделке. Дескать, за копию свидетельства о разводе газета якобы выложила работникам Таганского загса пять тысяч долларов. Служители Гименея сразу же организовали собственное расследование.

— Мы решились сказать, что развод был не в Таганском загсе, только после того, как сама звездная пара во всеуслышание сделала заявление, — говорит Родионова. — А до этого вынуждены были молчать, поскольку могли бы разгласить чужую тайну. Теперь пришло время восстановить доброе имя наших сотрудников, — утверждает Родионова. — Работники Таганского загса денег не брали и никаких копий не давали, поскольку развод осуществил другой московский загс. Какой именно — спросите у Пугачевой.

— Оксана Олеговна, но ведь не бывает дыма без огня. Может, кто-то из сотрудников Таганского загса взял копию у своих коллег?

— Исключено. Мы провели расследование и со всей ответственностью заявляем, что этого не было. Кстати, если развод был в одном загсе, другой выдать свидетельство о нем (или копию) не может. Вообще каждый из работников отлично знает, что за разглашение персональных данных, которые по закону являются конфиденциальными, его уволят. Более того, на него могут подать в суд и стопроцентно выиграть дело.

— Такие прецеденты были?

— Ни одного подобного случая в Москве не было как минимум лет двадцать. И дело не в том, что мы покрываем своих работников. Просто не было ни одного факта предоставления сведений о браке, разводе, установлении отцовства или регистрации смерти посторонним людям. Кстати, предоставлять подобную информацию мы имеем право только правоохранительным органам и судам по их официальным запросам. Люди держатся за работу в загсе, которая сегодня считается очень престижной.

— А прежде чем брать людей на работу, вы проверяете, не было ли у них криминального прошлого?

— Специальных запросов в правоохранительные органы не делаем. Но отбор у нас строгий. И, как показывает практика, мы не ошибаемся. Даже мелкие дисциплинарные проступки практически никто из работников не совершает. И в дальнейшем мы не собираемся ужесточать порядки, устанавливать камеры видеонаблюдения, чтобы следить за своими работниками.

— Оксана Олеговна, согласитесь: если человек идет в политику или шоу-бизнес, его жизнь перестает быть частным делом? Может, общественность вправе знать, что происходит у него в семье?

— Это очень тонкий и сложный вопрос. Провозглашена защита персональных данных человека вне зависимости от его статуса и положения. А в Госдуме находится законопроект о персональных данных. Возможно, он внесет какие-то изменения и уточнения в этот вопрос.

Кстати, Управление загс оставляет за собой право обратиться с иском в суд на нечистоплотные газеты.




    Партнеры