Детки за бабки

“Благое” дело пенсионерки на поверку оказалось уголовным

29 декабря 2005 в 00:00, просмотров: 1077

Это уголовное дело было максимально засекречено. Московская пенсионерка продает новорожденных младенцев! И не где-нибудь, а в самом уважаемом и крупном российском Научном центре акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН. Детей покупают, как с прилавка, прямо с родильного стола! Четверых — меньше чем за один год...

Прокуратура Юго-Западного округа столицы совместно с сотрудниками Департамента угрозыска МВД блестяще провела следствие и восстановила всю цепочку событий буквально по крупицам. А приговор, который на днях вынес Гагаринский суд Москвы, многим показался неоправданно мягким — всего-навсего штраф в 350 тысяч рублей.

Какова судьба “живого товара” и в чем обвиняют его поставщицу, выяснила корреспондент “МК” в своем эксклюзивном расследовании.


Одни рожают детей и бросают на произвол судьбы, точнее, нашего не слишком ласкового государства. Другие годами мечтают о ребенке, но — увы! — так и остаются бездетными. Людмила Вержбицкая, 58-летняя пенсионерка, покупала младенцев у первых и продавала вторым. Кто-то из посвященных в это дело считает его преступлением века, кто-то — благородной заботой о детях.

Столкновения с Уголовным кодексом у Вержбицкой начались давно, хотя работала она в области самой что ни на есть мирной и гуманной — была акушером-гинекологом. В советское время ее дважды судили за криминальные аборты. Но оба раза Людмила Александровна отделывалась легким испугом: попадала под амнистию, приуроченную к всесоюзным праздникам. А по-настоящему попалась, как это часто бывает, на ерунде — подделала судебную повестку, что являлась туда не в качестве обвиняемой, а в качестве свидетеля, хотела, чтоб на работе оплатили пропущенный день. За подделку документа отмотала три года на зоне и еще пять лет была лишена права заниматься медицинской практикой.

— Это женщина хитрая, умная, очень хороший психолог, — так описывает ее один из оперативников. — Кстати, у нее прекрасные характеристики от бывших коллег: “Отличный врач, чуткий и отзывчивый человек”.

За долгие годы работы у общительной, обаятельной Вержбицкой появилось много знакомых как среди врачей, так и среди пациентов. Один из коллег, ныне покойный руководитель отделения ЭКО (экстракорпорального оплодотворения) в Научном центре акушерства, гинекологии и перинатологии и пригласил ее шесть лет назад сотрудничать с ним — подбирать суррогатных матерей для бесплодных пар. Ей, обладающей незаурядным даром убеждения, не составляло особого труда находить женщин, которые за деньги соглашались вынашивать чужих детей. У нее был большой опыт: ведь это только на словах просто все устроить. А в жизни получается все сложнее: однажды, например, она по просьбе жены познакомила мужа с суррогатной матерью, выносившей паре дочку, а он взял и ушел к ней, бросив официальную супругу.

Молодые сотрудники Центра были уверены: Людмила Александровна работает здесь давным-давно. На самом деле официально она там даже не числилась.

Оперативники вышли на Вержбицкую в 2004 году, когда неожиданно пришло сообщение из правоохранительных органов Германии: супружеская пара из городка Герстунген съездила ненадолго в Россию и вернулась с грудничком на руках. Тревогу забили дотошные соседи: как это так, беременная не ходила, и вдруг ребенок? Выяснилось, что состоятельные немцы, владельцы нескольких фабрик, приезжали в Россию лечиться от бесплодия и готовились в Центре к участию в программе “Суррогатное материнство”, которая в Германии запрещена. Однако по возвращении справки ни о родах, ни об усыновлении у новоиспеченных родителей не оказалось. Спецслужбы озадачились: что это значит — ребенка украли, купили?

СПРАВКА МК:

Согласно статье 51 Семейный кодекс РФ допускает возможность нескольких способов репродуктивной деятельности, в том числе и того, при котором эмбрион переносится в организм суррогатной матери для вынашивания и рождения ребенка с последующей передачей ребенка лицам, его ожидающим. Семейный кодекс РФ предоставляет право любой женщине детородного возраста прибегнуть к суррогатному материнству вне зависимости от того, состоит ли она в браке, может ли она родить ребенка сама или нет.

Лица, состоящие в браке и давшие согласие на имплантацию эмбриона другой женщине в целях его вынашивания, после рождения ребенка могут быть записаны в качестве родителей в книге записей рождения только с согласия женщины, родившей ребенка. При этом судьбу ребенка решает суррогатная мать: ее решение не подлежит оспариванию в суде.

Первый ребенок, рожденный сурмамой, появился на свет 25 июля 1978 года в Англии.

* * *

“Торговая” деятельность Вержбицкой началась полтора года назад.

— Людмила Александровна, помогите ради бога! — прямо на пороге принялась рыдать незнакомая женщина. — Беда у нас: дочка летом в деревне отдыхала, вернулась, три месяца молчала, дрянь такая, а тут на тебе — беременная, говорит! А ей-то 16 всего… Знакомая посоветовала к вам обратиться, сказала, что только вы можете нас спасти!

— Срок какой? — с ходу поняла суть проблемы Вержбицкая.

— В том-то и дело, что аборт делать поздно… Подскажите, кто возьмется за это на 6-м месяце, а?

Как раз в это время Вержбицкая искала суррогатную мать для тех самых немецких бизнесменов. И она решила пойти другим путем.

— Пусть девочка родит — зачем здоровье смолоду калечить! А ребеночка мы пристроим в хорошие руки. Вдобавок еще и деньги получите — думаю, они для вас будут нелишними…

Уговорить отчаявшихся мать и дочь не составило большого труда. Так же, как и немцев, мечтающих о наследнике. Зачем им ждать у моря погоды, когда вот-вот появится готовый младенец?

И школьнице, и немцам Вержбицкая объяснила, что все это можно оформить в рамках программы суррогатного материнства: девочка просто вынашивает ребенка для супругов. На том и порешили. Залетевшая школьница получила 1300 долларов в качестве гонорара, а немецкая чета — свидетельство о рождении своего ребенка и сына. Ну и сама Людмила Александровна, понятно, внакладе не осталась.

Нехитрая схема пришлась Вержбицкой по душе. В начале 2004 года 20-летняя украинка родила ребенка в 18-м московском роддоме. Можно сколько угодно обвинять матерей-кукушек, но иногда жизнь складывается так, что другого выхода просто нет.

— Куда я с ним? — плакала девушка на плече старенькой добросердечной медсестры. — Снимаем одну комнату на пятерых, с утра до вечера на рынке стоять нужно… Придется его оставить, кровиночку мою…

Медсестра гладила несчастную мать по голове, понимая, что все уговоры бесполезны. А потом вдруг вспомнила про Вержбицкую, о которой немало слышала…

…Прямиком из роддома юная украинка с младенцем отправилась на квартиру Людмилы Александровны в Ореховом проезде. Назад вышла уже без малыша, оставив вместе с ним отказную бумагу. А через несколько дней Вержбицкая нашла через Интернет женщину, искавшую суррогатную мать. У них с мужем уже был один ребенок, но очень хотелось второго, а забеременеть повторно никак не получалось. Вот и собирались “рожать” при помощи сурмамы.

Все были довольны: 2 апреля Вержбицкая отдала мальчика новым родителям, а через 5 дней, по версии следствия, получила от них 20 тысяч долларов в обмен на подложные документы, заверенные печатью Центра.

Дальше — больше. Уже в мае Вержбицкую познакомили с молодой жительницей Пензы, беременной вторым ребенком. Из-за безденежья женщина собиралась делать аборт, но Людмила Александровна отговорила ее, убедив, что лучше родить малыша для другой, несчастной женщины. Тем более что за это благородное дело неимущая мать будет вознаграждена суммой в полторы тысячи долларов. “Заказчицей” стала молодая одинокая и безработная москвичка, дочка богатого отца. Она трижды была замужем, но родить своего ребенка так и не смогла. А усыновлять чужого, уже подросшего, не хотела. В тот момент она обратилась в Центр за консультацией. Вариант, предложенный Вержбицкой, ей понравился, и она взяла ребенка.

— Кому, скажите, она приносила вред? — горячится адвокат Вержбицкой Юрий Заксон. — Наоборот! Все дети оказались в прекрасных семьях, и притом хорошо обеспеченных. На суде мы смотрели фотографии — у одной пары такая шикарная дача, настоящий дворец! И что самое интересное: малыши оказались каким-то загадочным образом похожи внешне на приемных родителей. Вот что значит желанные дети!

* * *

Судьба последнего, четвертого мальчика оказалась не такой счастливой — его Вержбицкая пристроить не успела.

Началась история традиционно: “залетевшая” 15-летняя украинская школьница так боялась гнева отца, что приехала искать спасения от грозного родителя в Москву, к родному дяде. Тот привел племянницу в Центр, где она благополучно разрешилась от бремени. Здесь же они познакомились с Вержбицкой.

По данным следствия, та уже предложила ребенка потенциальным родителям за 25 тысяч долларов, но супруги в последний момент от него отказались.

— Когда проводили молекулярно-генетическую экспертизу, я специально назначил и малышу, и его матери одно время. Надеялся — вдруг она передумает, — рассказывает следователь Сергей Нестеркин. — Но они с мамой и дядей поплакали, посморкались и уехали как ни в чем не бывало, пообещав забрать ребенка. Так и не вернулись...

Теперь этот мальчик живет в 14-м доме ребенка. Правда, в его документах благодаря проведенной экспертизе теперь появилась заполненная графа “мать”, но по закону должно пройти 6 месяцев, прежде чем его можно будет предлагать потенциальным опекунам.

Так в чем же обвиняют Вержбицкую? В том, что помогала отчаявшимся родителям получить ребенка? Или в том, что зарабатывала на этом деньги?

По мнению юристов, попадись она на пару лет раньше, так легко не отделалась бы. С 1995 года в российском УК была статья 152 “Торговля несовершеннолетними”, которая предусматривала наказание до 10 лет лишения свободы. В декабре 2003 года эту статью отменили. Сейчас есть статья 127/1 — “Торговля людьми”, но для действий Вержбицкой она не подходит, потому что подразумевает цель эксплуатации или сексуального рабства.

Прокуратура Юго-Западного округа Москвы предъявила Вержбицкой обвинение по двум статьям: самоуправство (330 ст. УК РФ) и похищение человека (126 ст. УК РФ). Ведь с того момента, как мать отказалась от ребенка, за него отвечают органы опеки, а Вержбицкая скрывала от них детей у себя дома. Но в этом пункте суд Вержбицкую оправдал, назначив за самоуправство и использование заведомо подложных документов (327-3 ст. УК РФ) штраф 350 тысяч рублей.

Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН признан в этом деле потерпевшим, так как подобные махинации порочат его деловую репутацию.

А вот кого в этой истории можно пожалеть, так это приемных родителей, которые в свое время обратились за помощью к Вержбицкой, — против них возбуждены уголовные дела. Ведь по закону к своим детям они теперь не имеют никакого отношения. Записи актов гражданского состояния будут по решению суда изменены, и родителям придется бороться за своих малышей. Эти дети официально теперь считаются сиротами, и органы опеки должны будут искать им усыновителей. Конечно, в первую очередь будут рассматриваться кандидатуры бывших клиентов Вержбицкой, но окончательное решение примет суд. На “немецкого” мальчика уже пришел запрос из Германии с просьбой выслать все справки, необходимые для усыновления этого ребенка.

Так виновна или нет?

Академик Владимир КУЛАКОВ, главный акушер-гинеколог России, директор Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии РАМН:

— Эта мадам действительно крутилась у меня в Центре, но она никогда не была нашей сотрудницей! Это печально, потому что некоторые поговаривают теперь, что Центр занимается подобными вещами. Это неправда.

Суррогатное материнство должно в России развиваться, потому что для некоторых женщин это единственный шанс получить ребенка. У нас создана специальная комиссия, которая проводит отбор женщин и делает заключение, после которого можно участвовать в программе. Причем мы берем только тех женщин, которые по состоянию здоровья не могут выносить своего ребенка.

Нужны нормальные законы, регламентирующие как суррогатное материнство, так и процесс усыновления детей, — они оградили бы нас от подобных преступлений.

То, что делала Вержбицкая, — форменное безобразие, и наказание, безусловно, должно было быть более строгим. Ведь никто не знает, скольких детей она таким образом устроила. А другие мошенники будут теперь тоже искать лазейки.

Сергей НЕСТЕРКИН, следователь по особо важным делам прокуратуры ЮЗАО:

— Вина Вержбицкой определена судебным решением. Одна из причин, способствующих совершению подобных преступлений, с моей точки зрения, в следующем. С момента рождения и до регистрации в загсе (а это, по закону, календарный месяц) юридический статус ребенка определяется одним-единственным документом. Это медицинское свидетельство о его рождении, которое выписывается роддомом и выдается на руки родителям. Соответственно, о факте рождения знают только они. А государство никакого контроля в этот период времени за ребенком не осуществляет. И преступники этим злоупотребляют. Когда человек приходит в медицинское учреждение с телесными повреждениями, врачи согласно инструкции обязаны дать телефонограмму в милицию. Неплохо было бы обязать и роддома сообщать обо всех родах либо в правоохранительные органы, либо в органы опеки.

Юрий ЗАКСОН, адвокат:

— По сути, усыновить этих детей можно было абсолютно законно. Просто моя подзащитная поступила юридически безграмотно. А вообще схема несложная: роженица хочет отказаться от ребенка, а бездетная пара хочет его усыновить. Они вместе должны обратиться в органы опеки и попечительства с заявлением, а затем все вместе в суд. При правильно оформленных документах достаточно одного судебного заседания.

На суде я говорил в первую очередь об интересах детей. Главное — они остались живы. Ведь все роженицы искали возможность сделать аборт на поздних сроках, более 30 недель, а это уже вполне сформировавшийся плод в утробе матери. Кроме того, я считаю, что фактически произошло усыновление, и дети попали не в детдома, а в хорошие семьи. С одной стороны, зам. Генпрокурора РФ недавно сообщил в телеинтервью, что в России ежегодно сбегают из детдомов 40 тысяч детей и судьба их неизвестна, а более тысячи детей погибли за прошедшие пять лет от рук собственных родителей. С другой — спасение четырех младенцев, которым грозила та же участь, обернулось громким уголовным делом.

И парадокс в том, что матери, с легкостью отказавшиеся от своих родных детей, проходят по делу свидетелями, а бездетные пары, спасшие малышей, — обвиняемыми.

Людмила ВЕРЖБИЦКАЯ:

— Ни о каких деньгах и речи не шло! Для меня самое главное то, что я подарила детям жизнь. Я дала им семьи, а семьям дала детей. И все они сейчас очень счастливы.

Второй малыш жил у меня дома целых 4 месяца. Это мой любимый дитенок — если бы с родителями для него не сложилось, он стал бы моим сыном. Но когда приехали супруги и теперешний папа поманил мою детку к себе, сыночка прильнул к нему, положил ему голову на плечо — и это все решило.

Эти люди принимали участие в программе “Суррогатное материнство”, но даже после шестой попытки не удалось добиться результата. Женщина плакала, а я как могла пыталась ее успокоить. И сказала ей: “У тебя ничего не получается, а у меня дома живет деточка, который не нужен своим родителям!”

Ведь когда люди очень сильно хотят ребенка, им уже не так важно, из какой клетки он родился. К тому же мальчик оказался до того похож на отца! Кстати, это единственный эпизод, в котором фигурируют деньги — плата суррогатной матери за ее работу.

Со всеми семьями я общаюсь по сей день. Узнаю новости о своих детках: один впервые пошел на “елку”, другого уже хвалят воспитатели в элитном детском саду. Из Германии мне все время присылают по Интернету фотографии.

С четвертым ребенком произошла трагедия. Его отняли у меня, сутки держали в милиции, потом в каком-то промежуточном детдоме, теперь вот в 14-м доме ребенка — в итоге загубили малышу здоровье. Сколько раз я просилась навестить его — нет, ни в какую не разрешают!

Несколько лет назад я уже была в одном детдоме. Я не могу передать, какое это ужасное впечатление, когда ребятишки окружают тебя и умоляют: “Теть, возьми меня, а?” (Плачет.) А мне говорили: матери от детей отказались, вот и отдала бы их в детдом. Разве я могла?

Я буду отстаивать свою правоту до конца. У меня даже появилась идея создать специальный медицинский центр, специалисты которого будут отслеживать беременных женщин, желающих отказаться от ребенка. Чем выкидывать детей в мусорный ящик, лучше отдать тем, кто о них мечтает. Я просто, к сожалению, не знала, как сделать это как полагается, законно.

Мои детки все счастливы. И я ни перед кем не опущу глаз, потому что я не причинила никому зла. Ни-ко-му!

Похоже, Людмила Вержбицкая действительно сделала свое дело добросовестно и ответственно. Однако она проторила широкую дорожку — у нее могут появиться последователи, которым будет все равно, кому и зачем они отдают ребенка.


P.S. Последний, “непристроенный” малыш — настоящее чудо. Светленький, кучерявый и очень улыбчивый. Взрослые поиграли с ним в жестокую игру — и бросили. Мы очень надеемся, что у этого мальчика все-таки появятся папа с мамой, настоящие, любящие. “МК” обещает проследить за его судьбой.



    Партнеры