Дог платежом красен

Репортер “МК” узнал, где собака зарыта

10 января 2006 в 00:00, просмотров: 774

Если преступник совершил побег, логика его криминального мышления сыщику совершенно ясна: беглец подожмет хвост, запутает след и будет держаться мест, где можно чем-то поживиться... А там уж попадет в искусно расставленные сети. Но логику сбежавших от хозяев четвероногих любимцев так просто просчитать не получится. Здесь нужен особый нюх. И людей, им обладающих, не так уж и много.

На работу с “московским Эйсом Вентурой” — детективом по розыску домашних животных — в новогодние праздники вышел репортер “МК”.


Эта детективная история началась со странной встречи у помойного контейнера на окраине Москвы. Здесь мне забил стрелку сыщик Валерий Сугробов. А поджидал репортера горбатый грузный дед с седой козлиной бородкой. Осеннее пальто в прорехах, носки натянуты прямо поверх ботинок.

— Не удивляйся, у меня конспирация. Скоро сама поймешь... — загадочно прошепелявил старик. И ввел меня в курс дела: — Овчарка по кличке Хаттаб испугалась взрыва и удрала от хозяйки. Нервные же пошли собаки!

Я призналась, что сама бы удрала в случае взрыва. Если б успела.

Мы пересекли пустырь, обогнули железный забор, за которым и узрели огромную свалку отходов. Мусор зашевелился, и вот уж на нас с остервенелым лаем мчится целая дюжина драных псов... Тут журналист “МК”, спасаясь от смерти, изловчился и влез на ближайшее ограждение. А сыщик Сугробов, наоборот, преспокойно сел на корточки — прикинулся кочкой.

— Запомни: если на тебя нападает большая собака, надо наклониться, чтобы стать с нее ростом. И ее агрессия пройдет, — поучал меня на ходу бывалый сыщик.

— Фу-у, ка-ана-алья! — из-за мусорной кучи выросла черная чалма, обрамляющая сморщенное лицо пьянчуги. Псы поутихли, все еще кружа на месте. А королева помойки подковыляла и обратилась к моему проводнику с неопределенным вопросом. — Ну, сукин сын, привел?

Сугробов представил меня той самой нерадивой хозяйкой, по дурости пускающей фейерверки. И передал встречной даме две вещи: бутылку водки и фотографию пропавшей без вести овчарки.

— А-а, эта собака в ошейнике вчера ништячила возле фастфуда! — заголосила бомжиха. Возможно, только чтобы оправдать бутылку.

Получив эту ценную информацию, мы покинули свалку.

Тут Сугробов принял человеческий облик. Стянул с ботинок грязные носки, рывком отклеил бороду и седые виски, снял шапку-гребешок, выпрямился и преобразился в тучного мужчину средних лет с пятнами клея на лице.

— С бомжами я должен быть своим человеком. Они как агентурная сеть незаменимы. Ведь любая бездомная собака претендует на их помойный хлеб! А перекупщики на птичьем рынке сами друг на друга стучат...

Следующую остановку совершаем у высоковольтного столба. Детектив достает из-за пазухи пачку объявлений, а мне вручает пакетик со шмотьем. Листовки гласили: “Разыскивается Хаттаб...”. Это притом что призрак терроризма бродит по Европе!

А Сугробов уже извлекает из моей котомки женский чулок (как выясняется, нестираный) и обвязывает им столб на уровне колен: “Псина почует запах хозяйки и притрется к фонарю. И будет ошиваться на глазах у прохожих под этим объявлением”. Для верности детектив достает флягу и делает рядом лужу из говяжьего бульона.

— Собаки убегают от хозяев по разным причинам: одни за течной сукой, другие за кобелем, третьи за кошкой, а кто-то вообще уходит умирать, — рассуждает Валерий Сугробов. — Я их психологию знаю: сначала азарт, потом шок: “Где я?” — с ужасом думает пес. От страха он даже забывает, как его зовут, не говоря уж про свой точный адрес. В этом состоянии животное запросто садится в любой автобус или спускается в метро... Один столичный шарик вообще нашелся в Питере — прохожие позвонили по телефону, вышитому на ошейнике.

А бывает и так, что жучку ценной масти похищают. Потом негодяи звонят осиротевшему хозяину и требуют выкуп.

— Умные преступники никогда не приводят с собой на встречу пса. Но мы хитрее, — говорит Валерий. — Наущаем хозяина еще раз уточнить сумму выкупа. Посланец отправляется к заказчику, а мы за ним идем по пятам. А на месте уже рвем собаку из рук захватчиков и убегаем.

Сугробов никогда не оставляет надежды вернуть питомца в родной дом: порой это удается только через год-два. А хозяин к этому времени, может, уже отчаялся найти свою собаку, решил: пес с ней! И приходится тогда детективу снова искать добрые руки: кому препоручить найденыша.

Игра в кошки-мышки

Квартира-офис сыщика встретила репортера зверским лаем и вонью. На стенах рога и копыта. Конечно, не домашних питомцев, но тоже бродячих — бывших жителей леса, так сказать.

— У коллеги в Южном округе кошка пропала. Белая с рыжим пятном. Не находили? — поинтересовалась я, зажимая нос.

— Как-как? — быстро переспросил Сугробов. — Следуйте за мной, гражданка...

Дверь в соседнюю комнату отворилась: пол там оказался покрыт живым ковром. Усатые-полосатые твари расхаживали по нему стадом. Сугробов бросился в гущу и схватил за шкирбон самую рыжую из них:

— Узнаете?

— Думаю, не она. Тем более что это мальчик... — с сомнением отозвалась я.

Но сыщик добросовестно записал приметы в особую тетрадочку. Такая тщательность у Валерия Сугробова образовалась после того, как он 20 лет отслужил в органах криминалистом: “Собирал улики на месте преступления и осматривал тела человеческих жертв. А последние десять лет прямо душой отдыхаю — на животных-то”, — вздыхает он.

В былые времена деревенская кошка могла из леса по внутреннему компасу домой вернуться. Сейчас-то мурки по квартирам гуляют. Если только случаем из окна выпадут: “И то не догадываются через подъезд зайти — пытаются по стене обратно тем же путем влезть”. И вот однажды вылетел из окна этакий снаряд по имени Кузьма — 11 килограммов живого веса: “Хозяева кричат: сбежал, стервец! А толстяк до куста дополз и под ним заснул!”.

Для поиска котов в арсенале Сугробова задействована наилучшая техника: магнитофонная запись мартовских песнопений. Еще сыщик подло играет на кошачьем пристрастии к валерьянке: ставит им “рюмку” в специальной ловушке...

— В центре столицы бродила лиса... — рассказывает Сугробов. — Напал на след у заброшенного дома. Внутри мы установили клетку с механизмом: зверь бежит на молочко, задевает лапкой за веревочку — дверца захлопывается...

Кошки обычно далеко не уходят — до ближайшего дерева. Что не упрощает их поимку ни на грамм валерьянки: “Один хозяин полез на сосну. Нога подвернулась — разбился насмерть. В день похорон наш спасатель-скалолаз снимал с ветки его бедового питомца”.

В другом случае команда Сугробова так и не поняла, кого нужно было спасать:

— Раздается звонок: “Спасите, взбесилась такса!”. Приехали и видим картину: хозяин прижал собаку к полу подушкой. Потрогали, а она уже окоченела. Наша помощь не потребовалась.

Вырученные ничейные звери вербуются Сугробовым в агентов специального назначения. Например, кошки из соседней комнаты помогают ловить грызунов: “Если хомячка теряют в квартире, то куда четверолапый васька поведет ухом — там и надо искать беглеца”.

Тридцать три гадюки

Скандал и безобразие: женщина у себя на кухне лицом к лицу столкнулась с крысой. На истошный крик дамы выехала команда Сугробова. Валерий уверенным шагом замаршировал в квартиру пострадавшей и, узрев ее мандраж, сказал “спокойно!”. Потом раскрыл мешок, из которого на кухню, оккупированную грызуном, просочился очень квалифицированный киллер под кодовым именем Каа. Этот персонаж скользнул под плиту и мигом ликвидировал проблему. А чумная хозяйка вместо того, чтобы аплодировать, споткнулась о его трехметровый хвост и впала в забытье...

— Моего верного напарника — удава Каа — я хитростью выудил из-под панели управления милицейского “уазика”, — говорит Валерий. — Сначала тщетно тянул его за голову, а потом поймал на инстинкт: подставил сумку. Темное нутро змей принял за нору.

Ползучие гады, оказывается, ориентируются в каменных джунглях не хуже, чем в природе. Из квартиры в квартиру они могут путешествовать по водостоку, вентиляции и даже через окно: “Люди часто видят их на захламленных балконах. Мы приедем, разберем мусор, а змея уже на другом этаже кантуется!”

— Торговал один мужик на птичьем рынке гадюками, — продолжает задушевный разговор Сугробов. — В тот день он партию не распродал, с горя напился. И уже у себя на лестничной площадке посеял мешок с живым товаром: 33 гадюки разбежались кто куда... А с утра соседи побоялись выходить на работу! Я собирал змеюк специальной палкой с крючком на конце. Когда же у одного нового русского из личного террариума сбежала кобра, я выследил змею по шлейфу на песке. И, наоборот, сначала прижал ее голову к земле, а потом уж взялся за хвост.

От домашнего держателя экзотики вырвался на волю макак. Ему семь лет стукнуло, а значит, пришло время найти подругу жизни. Как назло, в четырех стенах ни одной самки не было. Только самец — хозяин, которому при побеге макак набил морду. Потом обезьяний сын устроил променад в Измайловском парке и стал срывать юбки с гуляющих дам...

— Усыпили донжуана выстрелом, положили его в клетку для крупной собаки. Проснувшись у меня в гостях, макак раздвинул прутья и разрушил всю мебель. Кидался собственными испражнениями, с меня сорвал одежду, — жалуется сыщик. — Хозяин, узнав о таком повороте, отказался от заказа... Так мы с макаком даже подружились! Когда он схватил кружку и стал стучать ею об стол, я понял, что он требует пива. Оказался ведь нормальным мужиком! Его даже взяли работать в цирк.

А вот одни товарищи умудрились в своей квартире потерять крокодила. Животное небольшое — метр с кепкой, но все равно стыдно: “Я включил кондиционер на самый холодный режим, и зверь показался из-под ванны”.

Валерий Сугробов считает, что если зверь убегает из дома, то виновато в этом только невнимание хозяина. О чем и предупреждает москвичей на профессиональным языке сыщика: “За домашним животным надо установить постоянную слежку!”.


Сколько стоит найти в Москве пропавшее животное:

грызун — 500 руб.

собака — от 500 до 2 тыс. руб.

кошка — 1 тыс. руб.

змея — от 1 до 3 тыс. руб.

лесной зверь — 3 тыс. руб.

экзотическое животное — 3 тыс. руб.


500 собак сбежали от хозяев в праздничные дни от взрывов петард.

Самыми неустойчивыми к стрессу оказались метисы, на втором месте — стаффордширские терьеры. Третье место, по данным Московской городской картотеки потерянных животных, разделили представители самых различных пород — от овчарок до пуделей.






Партнеры