С Булгаковым обошлись нескульптурно

Александр Рукавишников: “Памятника автору “Мастера и Маргариты” в Москве не будет”

10 января 2006 в 00:00, просмотров: 311

Нынче, в разгар булгаковского телебума, самое время вспомнить о скандале, связанном с установкой памятника писателю — сначала на Патриарших прудах, потом на Воробьевых горах. Споры вокруг скульптур продолжаются, правда, тихо. А автор обоих памятников, Александр Рукавишников, убежден: фрагменты скульптурных композиций, связанных с “Мастером и Маргаритой”, в Москве еще появятся. А вот сам памятник Булгакову — вряд ли.

— Александр Иулианович, телесериал по “Мастеру и Маргарите”, судя по рейтингу, смотрит половина москвичей. А вы на какой “половине” находитесь?

— Я сериал смотрю, и он мне нравится. По-моему, все сделано достаточно точно. Мне нравится, что режиссер делает все в стиле ретро. На мой взгляд, хороший такой “наив”.

— Ваше понимание булгаковских образов перекликается с тем, что показано в фильме?

— Нет, да и не должно перекликаться. У каждого свой Булгаков.

— А как все-таки обстоят дела с “вашим” Булгаковым? Может ли этот ажиотаж сказаться на судьбе ваших работ?

— Да мне все равно... Если уж рукописи не горят, то моим произведениям тем более вечность обеспечена. (Смеется.) Чем дольше скульптуры не увидят люди, тем сильнее потом “бомба разорвется”.

— А она может разорваться?

— Конечно. Есть же люди, фанатичные и последовательные, которые борются за памятник, собирают подписи за его установку.

— На Патриарших прудах или на Воробьевых горах?

— На Патриарших я сам не хочу. Ставить его так, как мы придумали — с примусом, со скульптурой Иешуа, — нереально даже с точки зрения средств. Есть много всяких просьб — поставить отдельные фрагменты той скульптурной композиции — например, в близлежащих дворах, где происходили события романа. Есть идея поставить библейскую часть композиции в Иерусалиме. Но это пока предложения...

— А как насчет Воробьевых гор?

— Думаю, какую-то часть фигур можно расставить. Но, конечно, того проекта, который замышлялся, не будет. О своих работах говорить не вправе, но архитектурное решение композиции работы Шарова и Кузьмина, ее совмещение с ландшафтом было, на мой взгляд, гениальным. Принципиально новым в мировой архитектуре. Вот такой композиции и не будет. А то, что осталось — рожки да ножки, — мы где-нибудь расставим. Но, подчеркиваю, не памятник Булгакову, а фрагменты, сделанные для него. Ведь фигура Булгакова не памятник, а часть скульптурной композиции, вырванная из контекста. Иешуа, Левий Матфей. Если брать “дьявольскую” часть, то остались у нас бесы милые и не страшные. Нет Азазелло, нет Воланда. Остались Коровьев и кот. Но они сами, как известно, некогда были наказаны Воландом. Да еще в автомобиле, улетающем из Москвы, разместились Мастер с Маргаритой и шофер-грач. Вот и все фрагменты, не объединенные больше единым архитектурным решением.

— От властей никаких конструктивных предложений не поступало?

— Я думаю, что власти ждут народной инициативы. Ну а со стороны народа, как я уже сказал, предложения копятся, энтузиасты подписи за памятник собирают. История эта продолжается, и когда закончится, неизвестно.




Партнеры