Моцарт пошел по мокрому делу

“Милосердие Тита” замочили в филармонии

11 января 2006 в 00:00, просмотров: 237

У Вольфганга Амадея Моцарта — 250-летний юбилей. Московская филармония отмечает его с истинным размахом: творчеству самого популярного в мире классика посвящен фестиваль, полный интереснейших концертов с участием мировых звезд. А начало фестиваля стало настоящей сенсацией: театр “Геликон-опера” показал на сцене зала Чайковского оперу “Милосердие Тита”. Для такого случая сцена концертного зала была превращена в гигантский бассейн.


Бывают спектакли “сырые” — то есть недоделанные. К “Милосердию Тита” подобный эпитет неприменим: этот спектакль был мокрым. Причем насквозь. Режиссер Дмитрий Бертман примерил к моцартовской опере радикальное решение: исторические события эпохи Римской империи разворачиваются вокруг, а также внутри большого, хотя и неглубокого бассейна. Благодаря костюмам Татьяны Тулубьевой — черно-белые вечерние туалеты, сверкающие ткани, золотой плащ императора, элегантные шляпки и, естественно, босые ноги — действие приобрело характер стильной вечеринки “а-ля антик” на вилле какого-нибудь не лишенного воображения миллиардера. Как и водится на гламурных пати, начавшись весьма респектабельно и благородно, завершилась она (пати) всеобщей оргией все в том же бассейне.

На главную женскую партию пригласили певицу из Австрии Шарлотту Лейтер. Что, видимо, было данью уважения к австрийским партнерам фестиваля. Дива, поющая по-итальянски с каким-то загадочным и даже диким английским акцентом, придающим ее манере оттенок стиля кантри, сильно потерялась на фоне звездного состава великолепных солисток “Геликона” — Ларисы Костюк и Елены Семеновой. Очень хорош был и Тит — Николай Дорожкин, как всегда показавший свою безупречную музыкальность и владение стилем. В опере есть два персонажа-мужчины — Секст и Анний, друзья императора, партии которых написаны для сопрано и меццо-сопрано. Это и понятно: Моцарт в свое время ориентировался на кастратов или на худой конец — не сочтите за каламбур — на контратеноров. В современных постановках эти партии поют женщины. Бертман предложил свой вариант решения проблемы: к каждой исполнительнице приставлен Альтер-эго — безмолвный юноша, имеющий свой собственный рисунок роли, сопровождаемый пением. Но и здесь режиссер не обошелся без сюрприза: в арии раскаяния Секста (Лариса Костюк) вдруг обнаружилось подлинное женское кокетство, против которого Тит (Николай Дорожкин) устоять был не в силах. И кто уж здесь Секст — девочка или мальчик, — остается лишь гадать. А потому тот факт, что император в финале сорвал с себя золотую фуражку (и.о. короны) и отказался от трона, приобрел для желающих скрытый эротический подтекст. Что и говорить: гламур — он и в Риме гламур.

Фестиваль Моцарта продолжается. О его наиболее значительных событиях читайте в “МК”.




Партнеры