ФСО в порядке!

Охрана Путина спасает насекомых из бассейнов и журналистов — из железного плена

17 января 2006 в 00:00, просмотров: 616

Личная охрана давно уже стала непременным атрибутом успешного и влиятельного человека. Только плати — и заполучишь в секьюрити хоть бывших чемпионов мира. Но есть в России организация, специалистов которой не по зубам нанять даже первой десятке олигархов. Главный клиент этих суперсекьюрити — сам Президент России, а организация эта — Федеральная служба охраны. Кто в нашей стране имеет право на государственную охрану и по каким правилам защищают этих счастливчиков — разузнал корреспондент “МК”.

Наушник для троюродной тетушки

Список первых лиц, которым защита этого ведомства положена по должности, сейчас включает в себя 10 человек. Помимо главы государства в него входят премьер, спикеры Госдумы и Совета Федерации, главы Конституционного, Высшего арбитражного и Верховного судов и Генпрокурор. Охраняют фэсэошники и двух экс-президентов — Ельцина и Горбачева. Главные тонкости, конечно же, связаны с защитой действующего президента: например, охрана положена не только членам семьи, которые живут вместе с ним, но и просто “сопровождающим” его родственникам. То есть решил, к примеру, глава государства взять с собой в театр троюродную тетушку, приехавшую погостить из глубинки, — надежное плечо товарища с наушником будет рядом с ней. При этом сам президент, положим, самостоятельно отправиться покататься на машине не может — даже во время нашумевшего путешествия в Красную Поляну, куда гарант поехал за рулем своей раритетной “Волги”, ВВП сопровождали сотрудники его службы безопасности. Ведь по Закону о госохране президент во время исполнения своих полномочий не вправе отказаться от их “услуг”.

Что общего у Матвиенко и Алексия Второго

Круг граждан, чей покой берегут бойцы ФСО, не ограничивается упомянутой десяткой. Есть еще ряд российских чиновников, в который входят около тридцати человек, которым положена госохрана. Например, она предоставлена всем полпредам президента. Кроме того, глава государства своим решением может выделить охрану и другим лицам, находящимся на госслужбе. Сейчас офицеры Федеральной службы охраны защищают, например, губернаторов Валентину Матвиенко и Егора Строева, министра обороны Сергея Иванова, а также Патриарха всея Руси Алексия Второго. Весной 2002 года в связи “с оперативной информацией об угрозе жизни” охрану прикрепили и к министру финансов Алексею Кудрину. Впрочем, ненадолго — сейчас людей, похожих на сотрудников спецслужб, рядом с ним не наблюдается. Самое интересное, что помимо “своих” випов сотрудники ФСО, совместно с зарубежными коллегами, обязаны охранять еще и иноземных президентов и премьеров в дни их визитов в Россию. Аналогичный подход, кстати, наблюдается и в других странах во время поездок туда Владимира Путина: например, когда три года назад в Индии ВВП вместе с супругой собирался посетить Раджгхат — место кремации Ганди, журналистов “кремлевского пула” досконально — с ощупыванием — досматривали местные спецслужбы. Хотя присутствия ни одного мало-мальски значительного индийского чиновника на мероприятии не предполагалось. И это не единственный случай — ведь по мировой практике в большинстве цивилизованных стран принимающая сторона гарантирует безопасность первых лиц подобного ранга, пока они находятся в гостях. В том числе и безопасность от собственных журналистов.

Пчела высокого полета

Сотрудники ФСО в большинстве своем мало соответствуют прижившемуся у населения образу охранника. Огромных парней с параметрами, как у нынешнего губернатора Калифорнии Шварценеггера, в этом ведомстве не так много — здесь служат офицеры с разной комплекцией, в большинстве своем — самой стандартной. Встретив такого сотрудника не при исполнении, а где-нибудь просто на улице, его не отличишь от обычного прохожего. Тем более что “цепкий холодный взгляд”, который некоторые приписывают чекистам, больше из разряда баек — офицерам ФСО не чужды обычные человеческие эмоции. Так, во время Кубка президента по дзюдо в Питере два года назад, когда мы проигрывали японцам, больше всех болел на президентской трибуне вовсе не сам Владимир Владимирович, а шеф его службы безопасности: за схватками он следил, постоянно двигаясь всем корпусом то в одну сторону, то в другую, и, судя по выражению лица, был весьма взволнован. А однажды в сочинской резиденции Путина “Бочаров Ручей” автор этих строк оказался свидетелем странной картины: один из сотрудников Службы безопасности президента макал в бассейн с золотыми рыбками непонятный темный предмет. Смысл манипуляций оказался вовсе не в измерении уровня загрязненности воды и прогнозировании его возможного влияния на здоровье ВВП — с помощью ветки офицер просто спасал тонущую пчелу, случайно упавшую в воду!

“Я застрял головой в Колизее!”

Замечены сотрудники ФСО в легком проявлении гуманизма и к журналистам, освещающим передвижения первых лиц. Как-то раз, когда корреспонденты “кремлевского пула”, после того как провели несколько часов кряду в белорусской Хатыни, промерзшие и жутко голодные вернулись в самолет, чекисты щедро поделились с ними своими бутербродами с колбасой. Другой случай произошел несколько лет назад в Италии, во время визита туда президента. Один журналист из российской делегации вечером, после окончания мероприятий, решил взглянуть на Колизей. И дабы детально рассмотреть достопримечательность, засунул голову в решетку одного из проемов. А когда насладился зрелищем, вытащить ее обратно не смог. К счастью, с собой был мобильник, с которого несчастный стал звонить организаторам визита. Когда на помощь приехали наши сотрудники ФСО, бедолагу уже вовсю дергали за ноги итальянские полицейские, заподозрившие его в дурных намерениях. В итоге им пришлось сначала разруливать вопрос с местными стражами правопорядка, а потом вызволять представителя СМИ из железного плена, разжимая решетку с обеих сторон от головы.

При этом, к счастью акул пера, всевозможные публикации о себе фэсэошники воспринимают с юмором: например, в прошлом году представители президентской охраны бурно веселились, вслух зачитывая материал в одном издании, из которого выяснилось, что они, оказывается, используют специальные таблетки, чтобы не потеть и не мерзнуть.

Что же касается примет сотрудников этого ведомства, есть один признак, по которому их можно узнать всегда, — манеры. Не в пример прочим силовикам, представители этой структуры почти никогда не делают резких движений. Видимо, из-за специфики работы: ведь толкать, а тем паче отшвыривать подобравшегося слишком близко к “охраняемому” представителя СМИ или иного гражданина у них не принято — как-никак защищают первых лиц, и где-нибудь на официальных переговорах это слишком бросится в глаза. Сунувшегося не туда товарища нежно оттеснят плечом подальше, и он будет уверен, что сам случайно оказался там. Посему бывают и такие случаи: например, когда минувшим летом президент, будучи в Челябинске, решил пройтись по местному “Арбату”, некоторые праздно гулявшие там горожане с удивлением поняли, что за группа людей в костюмах тут прошла, когда гарант уже уселся в уличном кафе в конце улицы попить пивка...

Если на Путина кинется волк...

Могущество Федеральной службы охраны подкреплено списком полномочий, дарованных ей Законом о госохране. Правда, иногда выясняется, что далеко не все сотрудники других правоохранительных органов знакомы с этим актом и правами своих коллег. Как-то раз, например, офицеров ФСО, приехавших в командировку в один из регионов, весьма поразили тамошние милиционеры. Увидев фэсэошные удостоверения, вместо того чтобы выказать немедленную готовность к сотрудничеству, они несколько презрительно протянули: “Федеральная служба охраны? Это что, ЧОП какой-то, что ли?” Но если все же ознакомиться с документом, перечень полномочий действительно впечатляет. Так, сотрудники этого ведомства могут использовать “в целях конспирации документы, зашифровывающие личность, ведомственную принадлежность их подразделений, помещений и транспортных средств”. Если требуется пресечь преступление, создающее угрозу безопасности “объекта”, представителей ФСО обязаны беспрепятственно пускать практически всюду — “в жилые и иные принадлежащие гражданам помещения и на принадлежащие им земельные участки, на территории и в помещения организаций, независимо от форм собственности”. Опять же в случае подобной оперативной необходимости сотрудники ФСО могут использовать в служебных целях машины, принадлежащие организациям, а в неотложных случаях и гражданам. Исключением здесь являются лишь авто дипломатических, консульских и прочих представительств иностранных государств и международных организаций. Отдельный разговор про использование оружия — его представители ФСО могут применять помимо традиционных поводов, например... даже для защиты людей от угрозы нападения опасных животных. Причем, если такая ситуация возникнет, положим, во время какого-нибудь мероприятия с участием “охраняемого”, от животных защитят и остальных присутствующих там граждан. Ну а если вдруг у сотрудника органов госохраны не оказалось при себе оружия, при “крайней необходимости” он вправе использовать “любые подручные средства”. При этом, когда работник ФСО находится “при исполнении”, задерживать, досматривать его и его вещи, а также используемый им транспорт можно только в двух случаях — в присутствии специально вызванного представителя этого ведомства или при наличии решения суда. Надзирают за исполнением законов сотрудниками спецслужбы при этом Генпрокурор и уполномоченные им прокуроры. Но только за этим — отдельной строкой в законе прописано, что сведения об организации, о тактике, методах и средствах осуществления деятельности федеральных органов государственной охраны в предмет прокурорского надзора не входят...


СПРАВКА МК:

Федеральная служба охраны состоит из множества подразделений: ее составными частями являются, в частности, Служба безопасности президента, комендатура Московского Кремля, президентский полк. “Прописана” ФСО непосредственно в Кремле.



Партнеры