Жил продажный капитан…

Руководитель Нахимовского училища брал взятки даже под следствием

18 января 2006 в 00:00, просмотров: 292

“…Деньги в нашей жизни ничто, но и взять их неоткуда, — писала мать нахимовца Дмитрия Перекрестова начальнику Нахимовского военно-морского училища. — Умоляю, восстановите сына или верните 30 тыс. рублей, которые я передала за поступление Димы вашему замполиту — Александру Зубову…”

Это письмо послужило началом громкого уголовного дела, в центре которого оказался 45-летний заместитель по воспитательной работе прославленной Нахимовки в Санкт-Петербурге. Капитана 1 ранга Александра Зубова обвинили не только в получении взяток, но и в мошенничестве при зачислении будущих моряков.


— Дом покосился, крыша течет, порожки сгнили. С виду не дом, а лачуга — чуть тронь, так и завалится. В тазах моемся, ванной нет, — изливала душу Татьяна Перекрестова видному военному Александру Зубову, рассказывая о своей нелегкой жизни в Ессентуках. Мужчина сам подошел к расстроенной женщине в тот момент, когда у стен Нахимовского училища она узнала, что сын завалил экзамен. Теперь поступление в училище парню было заказано…

— Да не переживайте вы так! Поступить можно, — мягко успокаивал женщину Зубов. Потом, помявшись, добавил: — Но это будет стоит денег… Тысячу долларов…

Услышав такое, женщина оторопела. Но деваться некуда. Перекрестова жила с сыном совершенно одна. Отец Димы ушел от них, женился и переехал в другой город. Сама Татьяна — контрактник МВД РФ — то и дело моталась в командировку в Чечню и Северную Осетию. Вот и осенью 2004 года Перекрестовой предстояло в очередной раз ехать в Моздок. Мать мечтала только о том, чтобы летом сын поступил в Нахимовку.

И тут — “пара” по математике...

Татьяна Перекрестова согласилась на условия замначальника. 5 тысяч рублей отдала сразу, оставив себе только небольшую сумму на билет домой. Остальные деньги обещала выслать сразу после возвращения в Ессентуки.

— Уеду в командировку, а как же Димка? — бегала Татьяна по соседям, собирая нужную сумму. — Провожать его в школу будет некому. Покупать и готовить еду придется самому, а в 14 лет ума и мозгов у детей нет. Боюсь я за сына. Лучше заплачу деньги, а в училище за ним присмотрят.

Соседи хоть и соглашались с ней, но денег в долг не давали. С чего она будет возвращать долги? С зарплаты в 2500 рублей?

SMS с банковскими реквизитами

…Летом Дима Перекрестов действительно поступил в Нахимовское училище. Но никакой заслуги капитана 1 ранга Зубова в этом не было. Просто в училище был недобор курсантов, и парню разрешили исправить “двойку”. Он исправил.

Зубов об этом знал. И решил обернуть ситуацию в свою пользу: мол, если бы не я... Он продолжал названивать в Ессентуки, напоминая о долге.

Татьяна взяла кредит — 25 тыс. руб. и отослала деньги почтовым переводом офицеру. 13 сентября 2004 года ей пришла открытка-уведомление о получении денег адресатом.

— Как Дима учится? — спрашивала женщина по телефону у Зубова каждый месяц.

— Все нормально, все под контролем! Беспокоиться не о чем,— весело отвечал он.

А в декабре, под Новый год, раздался звонок сына.

— Мама, меня отчисляют за неуспеваемость, — едва выдохнул парень в трубку.

— А как же Зубов? — оторопела от новости женщина.

— А при чем тут Зубов? Он ни разу ко мне не подходил. А когда я обратился к нему, он сказал, что не знает меня...

Звонок Зубову принес еще более неожиданный результат. Замначальника заверил женщину, что Диму возьмут обратно, но ему надо… прислать еще денег. Такую же сумму (30 тыс. руб.), и дело — в шляпе.

В тот же вечер Перекрестова получила SMS — с банковскими реквизитами Зубова.

“Еще раз унижаться и просить взаймы у знакомых? Продать дом? Кредит в банке больше не дадут... Где же взять деньги?” — убивалась Татьяна.

Загнанная в угол женщина написала начальнику Нахимовки письмо. И сама затем поехала в Питер.

“Я и не думала, что, взяв деньги, человек ничего не делал, — рыдала Татьяна в кабинете начальника Нахимовского училища, контр-адмирала Александра Букина. — Вы не подумайте, что я жалуюсь — я сама виновата. Ведь мне за его учебу деньги выплачивать еще 5 лет!”

Конечно, Зубов открещивался от обвинений Перекрестовой, когда Букин вызвал его в свой кабинет. Он видел эту женщину “первый раз в жизни”. Кричал, что она — “авантюристка” и “поклепщица”.

Тогда начальник училища выложил на стол почтовую карточку-уведомление, которую Перекрестова сохранила после отправки денег Зубову.

— Я давал ей взаймы! Вы ничего не докажете, — и тут нашелся горе-воспитатель.

Букин предложил Татьяне Перекрестовой написать заявление в прокуратуру. Но женщина наотрез отказалась, ссылаясь на занятость, безденежье и дальнейшую канитель. Тем более что сыну теперь было не помочь, да и денег не вернуть…

Отпуск за свой счет

Александра Зубова прикомандировали к Нахимовскому училищу из Североморска два года назад. Поначалу никаких претензий к исполнительному, аккуратному и подтянутому офицеру не было. Пока в апреле 2005 года в учебном заведении не подрались несколько нахимовцев. Зубов, которому поручили расследование, решил не портить показатели училищу и доложил начальству, что, мол, драки не было, а один из курсантов получил травму… по неосторожности.

Позже факт укрывательства всплыл, и Александр Зубов заработал предупреждение.

— В деле с Перекрестовой у меня не было прямых доказательств получения взятки, — рассказывает контр-адмирал Букин. — Все, что я мог сделать, так это отстранить Зубова от работы в приемной комиссии. В 2005 году во время экзаменов я намеренно отправил его в отпуск.

Что делают летом в отпуске нормальные люди? Едут к морю, нежатся на солнце и, уплетая фрукты, запасаются витаминами на зиму. Зубов, напротив, предпочел остаться в душном и пыльном городе. Более того, в свои законные выходные он постоянно маячил в институте.

“Собираю документы на загранпаспорт”, — объяснял он коллегам.

Как выяснилось позже, именно в июне-июле в жизни Зубова наступал горячий сезон. Когда, приложив минимум усилий, можно было максимально заработать. Случай с Татьяной Перекрестовой — лишь эпизод его успешной предпринимательской деятельности.

…Жертв Александр Яковлевич высматривал около доски, на которой вывешивают оценки поступающих. С участием на лице и словами утешения он подходил к родителям двоечников и мягко, ненавязчиво предлагал свои услуги. Причем прицельно выбирал иногородних: наивные — с ними было меньше хлопот. А дома составлял списки, с кого и сколько денег получил.

Позже при обыске в его квартире нашли листок альбомного формата с фамилиями курсантов, напротив которых красовались разные числа.

— Что обозначает “500” напротив фамилии Канаев? — интересовались следователи у Зубова.

— Канаев хорошо бегает 500 метров, а поступающим надо пробежать километр… — бодро врал капитан 1 ранга.

— А фамилия Рыжих и цифра 1,5?

— 1,5 — это недостаточная подготовка по предмету…

Дерзость, самоуверенность, а может, простая глупость гнали Зубова напролом.

Уже имея подписку о невыезде и возбужденное в отношении него уголовное дело, Зубов продолжал набивать свой карман деньгами. За 1,5 тыс. долл. “зачислил” в училище абитуриента Бандикяна. Но парень не прошел по конкурсу, и его отец потребовал вернуть деньги. Испугавшись, Александр Яковлевич назначил встречу Бандикяну-старшему в одном из подъездов города, где беседовал с родителем исключительно шепотом. Во время разговора дергался, озирался, переспрашивая, не записывает ли Бандикян его на диктофон. Для большей секретности уговорил собеседника деньги называть рыбой (одна тысяча долларов — “рыба”).

— Хорошо, одну “рыбу” тебе привезут завтра, еще половину верну в течение недели, — договаривался Зубов с Бандикяном о возврате 1,5 тыс. долларов (кстати, деньги он так и не вернул).

Эту запись и продемонстрировали в суде.

— Поясните, о какой “рыбе” идет речь? — спросил прокурор в судебном заседании.

— Об обычной рыбе — с хвостом и головой, — не моргнув глазом, выдал Зубов.

“Деньги схватил машинально”

Капитан был не просто взяточником, а еще и ловким мошенником.

Вымогая деньги у родителей, Зубов не ударял пальца о палец, чтобы протолкнуть своих протеже в училище. Как выяснилось, вопрос о зачислении поступающих… не входил в его компетенцию.

Мальчишки как могли поступали сами. В последние годы в училище был недобор абитуриентов, поэтому в нахимовцы зачисляли почти всех желающих. Но если соискатель, за которого Зубов брал деньги, все-таки проваливал экзамены, он спокойно заявлял родителям, что… ничего у них не брал. И отключал мобильный телефон.

И все же морского офицера задержали. С поличным.

Это случилось 22 июля 2005 года.

Мать выпускника Нахимовского училища Елена Урбанская обратилась к замначальника с просьбой написать характеристику ее сыну, который поступал в Военно-морской институт радиоэлектроники. Зубов не только вызвался ей помочь в бумажном деле, но и посодействовать в поступлении в институт. Якобы это было в его силах. И назначил цену за помощь: “Две с половиной тысячи…”

— Рублей? — переспросила Елена.

— Долларов, милочка, либо евро.

— А какие гарантии? — не унималась женщина.

— Самые высокие. Но, если вы не поступите, я верну деньги, — пообещал Зубов.

Офицер хвалился тем, что в этом институте работает его старинный друг. С замначальника высшего военного учебного заведения Иваном Вознюком, мол, они закадычные друзья, учились вместе. Зубов даже пообещал, что в дальнейшем, за определенную плату, его приятель будет вести сына до окончания института.

Урбанская написала заявление в военную прокуратуру.

Когда Ивана Вознюка — того самого замначальника вуза, на дружбу с которым ссылался Зубов, — вызвали в прокуратуру, он был немало удивлен: “Никаких приятельских отношений с Зубовым не поддерживаю, знаю его плохо. Никогда он ко мне не обращался. Встречал его всего два-три раза на служебных совещаниях”.

22 июля Зубов встретился с Еленой Урбанской недалеко от Нахимовского училища, подсев в ее машину.

— Ваш сын сейчас переписывает сочинение! — радостно сообщил он.

От такого явного вранья женщина не нашлась, что ответить. Буквально две минуты назад ей звонил сын и сказал, что едет на электричке из Всеволожска до Ладожского вокзала.

То, что произошло позже, Зубов описал так:

— Урбанская протянула пачку денег. Я машинально схватился за край пачки, но, вспомнив, что не хотел их брать, выпустил их, и деньги остались в ее руке. Стараясь не обидеть женщину, я слушал ее монолог. В процессе разговора эти деньги как-то оказались у меня в руке. Это я заметил, когда прекратил диалог с ней. Несколько минут я держал деньги в своей руке, размышляя, отдать деньги ей сейчас или позже. Потом пошел в училище для того, чтобы через два часа позвонить Урбанской и договориться с ней о встрече и возврате денег...

Как только Зубов вышел из машины Урбанской, его скрутили сотрудники ФСБ.

* * *

В зале гарнизонного военно-морского суда Петербурга Зубов не терял присутствия духа. Выслушивая показания свидетелей, он загадочно улыбался и зачем-то подмигивал сидящим в зале.

На вопрос судьи, признаете ли себя виновным, Зубов зычно отвечал: “Никак нет, не признаю! С обвинением не согласен. Деньги не вымогал и не желал”.

Это как сказать… За два дня до наступающего, 2006 года Александра Зубова, признав виновным, приговорили к 3 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении.

…Еще во время следствия при обыске у капитана 1 ранга нашли наручные часы, на внутренней стороне которых гордо красовалась надпись: “От начальника Генерального штаба РФ за усердие в военной службе”.




Партнеры