Стенограмма пресс-конференции в «МК»

председателя Комитета Государственной Думы РФ по экономической политике, предпринимательству и туризму Валерия Драганова

27 января 2006 в 00:00, просмотров: 236

Ведущий пресс-конференции – Петр Спектор – первый заместитель главного редактора газеты «Московский комсомолец».


Спектор: Добрый день, уважаемые коллеги. Сегодня у нас в гостях председатель комитета по экономической политике и предпринимательству Госдумы РФ Валерий Гаврилович Драганов. Валерий Гаврилович у нас не в первый раз. Он всегда откликается на наше предложение встретиться с журналистами, реально понимает специфику сложности нашей профессии, всегда открыт для разговора и это приятно. Еще раз спасибо. Сегодня у нас заявлена достаточно острая тема — тема игорного бизнеса. Валерий Гаврилович, почему именно сегодня так остро встала проблема игорного бизнеса? Почему вдруг произошел резкий скачок ситуации?

Драганов: Прежде я хочу поблагодарить всех собравшихся журналистов за внимание к этой теме. Для этого имеется несколько причин. Возникновение очередного внимания к этому бизнесу, к этой сфере общественной жизни продиктована несколькими причинами. Я о них подробно скажу. А вот поводом для нашего разговора явилась традиция, которую я для себя стараюсь соблюдать: сообщать журналистам как можно раньше то, что мне кажется они обязаны знать, чтобы потом правильно освещать ход последующих событий. Во-первых, если учесть, что основные события по обсуждению пакета законов в области игорного бизнеса впереди, то если хотите, я претворяю этот нелегкий процесс. Во-вторых, эта проблема на устах у жителей страны и кажется, что люди, уже и без того мало веря власти, разуверились в том, что здесь власть вообще что-нибудь может сделать. Потому что примерно годичные высказывания политиков, озабоченность населения, сетования населения, ваши критические статьи и замечания, кажется подтолкнули власть к реальным действиям. Но это только кажется. Мы не стояли в стороне от этой проблемы и примерно 2 года назад взялись за нее по нескольким причинам. Первая причина касалась, если хотите партийно-политической обязанности, вытекающей из плана победившей тогда на выборах “Единой России”. Только приоритетного плана законопроектов, а их было 100, там стоял и игорный бизнес. А вторая причина — неразбериха по результатам нашей законодательно-правовой ревизии в регулировании этой сферы бизнеса. Более того имела место все эти годы хаотичность в подходах к регулированию этого процесса. Почему сейчас? И своевременно ли? Да, своевременно можно сказать, чтобы оправдаться. Но если критично смотреть на это, то мы опаздываем и уже опоздали, но еще есть возможность исправить наши ошибки. Это уже чисто российская позиция — заниматься пост-фактом исправления недостатков, в то время как всегда желательно предугадать социально-экономические, политические или какой-либо ход событий, будь это общественная жизнь, экономика или что-то еще. Поэтому предлагаю компромиссный вариант, что это своевременно. Что совпали интересы и тревоги всех, за исключением, безусловно, теневого бизнеса и преступности. Но у них свой бизнес. Преступность — это их бизнес. А наше с вами дело — создать легитимные условия для легального бизнеса. Но. И вот с этим “но” я и приступлю к недлинной, уверяю вас, характеристике причин и условий необходимости принятия нового законодательства. На сегодняшний день слишком высокие темпы развития игорного бизнеса привели к хаотичности его характера. Он создал ряд практически необратимых, негативных социальных последствий. И речь идет не только о детях, подростках, юношах, девушках, просто молодом поколении, которое не имеет сегодня, не является самодостаточными в финансовом, хотя бы, отношении. Но речь идет и о старшем поколении. Ну и, конечно, несанкционированное распространение игрового оборудования в общественных местах. На смену булочным, сосисочным, сапожным мастерским, библиотекам, мало ли еще каким традиционным, культурным и другим центрам притяжения людей. Маленьким магазинам, например, до которого можно дойти за 1,5-2 минуты еще вчера какой-нибудь бабушке, а сейчас нужно идти в роскошный и мало доступный супермаркет. Потому что там какая-нибудь молодая дородная девушка сопровождает несколько игровых автоматов под неказистым шатром, а охраняет все это замечательное имущество какой-нибудь за копейки престарелый охранник. Все в дыму, в пару, обман и все такое. Поэтому назрела необходимость в разработке законодательства, так формально говоря, другого слова и придумать-то сложно. Действительно, мы собираемся такое законодательство совершенствовать. Какое оно нам видится? Конечно, мы желаем и будем добиваться, чтобы оно носило комплексный и взвешенный характер. Комплексный, потому что игорный бизнес затрагивает интересы многих других общественных сфер. А взвешенный, потому что натерпевшись с одной стороны, и желание вернуть народу веру в то, что у нас вообще-то власти могут наводить порядок, как бы мы вместе с водой не выплеснули ребенка. Взвешенность нам бы не помешала, что мы и пытаемся демонстрировать. Ну и, конечно, установить такие требования и ограничения к этому закону, которые были бы, во-первых, цивилизованными, во-вторых, что бы они были демократичные и в-третьих, чтобы они исполнялись. Потому что можно установить такие требования, которые выполнить не смогут не только мелкие, на которых отчасти этот закон будет направлен, но и крупные. Но это зло легальное, как и табак, как и спиртное. Поэтому о ликвидации бизнеса, конечно, не хотелось бы говорить, хотя у нас есть законопроект. Наверняка у вас будет вопрос по нему. Что мы видим предметом регулирования этого закона? Конечно же это отношения в области организации и проведения азартных игр и пари. Точка. Азартные игры и пари. Мы в законе намерены прописать исчерпывающий список этих азартных игр и пари, чтобы они не толковались расширенно. Это казино, это залы игровых автоматов, это букмекерские конторы и это тотализаторы. На этом список заканчивается. Поскольку список будет в законе, следовательно расширение его невозможно ни при каких условиях, кроме изменения самого закона. Мы позаботимся о максимальном внимании к понятийному аппарату. Мы намерены понятийный аппарат сделать таким, чтобы устранить множественные правовые коллизии до селе существующие. Что отчасти и привело к этому хаосу, который имеет место. Я не скрою, это звучит, может быть даже странно, потому что я и как председатель комитета по экономической политике и как депутат, и просто как человек в своей политической деятельности, законодательной деятельности пытаюсь демонстрировать опору на рыночные отношения, демократию и считаю, что законодательство должно строиться на либеральной основе. Чем либеральнее закон, тем он прозрачнее, тем он понятнее, тем лучше его можно выполнить. И тогда санкции за ответственность при невыполнении либерального закона, любые даже самые жесткие понятны и оправданы. Но вот на сей раз я буду говорить об ужесточении. И это ничего не имеет общего с моей позицией демократически настроенного депутата. Почему ужесточение? Потому, что это специфический род бизнеса. И государство обязано вмешиваться тогда, когда конкурентная среда для всех одинаковая уже позволяет создавать продукт, затрагивающий социальные интересы и создающий негативные последствия. Мы с вами говорили, возьмем хотя бы мало-защищенные слои населения. В этой связи мы смело идем на ужесточение норм и некоторые из них я вам перечислю. Во-первых, это лицензия. Вы скажите: “Ну вот, мы эту песню уже слышали”. Раньше лицензирование осуществлялось по нормам, описанным в различных постановлениях правительства как максимум, а в основном — по инструкциям то одного министерства, то второго, то третьего. Не буду перечислять какие министерства управляли этой сферой последние годы этим занимался комитет по физической культуре и спорту. Десятки тысяч лицензий выданных по всей стране не стоят того, чтобы сейчас тратить на них время. Уже понятно: десятки тысяч лицензий не могли создать благопристойный рынок. Требования к тем, кто хочет получить лицензию должны быть прописаны в законе. Это значит, что никому не будет дозволено потом изменить это условие. Поднимая на уровень закона лицензию, разрешение, мы пропишем до последней запятой, до последней буквы условия, при которых лицензия либо может быть выдана, либо нет. Это опять-таки означает, что никто не сможет расширительно толковать эту норму. Раз мы поднимаем лицензию до уровня закона, тогда встает вопрос о противоречиях этого закона с законом о лицензировании, который является базовым на все случаи жизни и он регулирует отношения в сфере предоставления товаров и услуг, и там, где государство выступает в качестве регулятора. Учитывая важность этой сферы бизнеса, лицензирование будет выведено из базового закона и будет создано специальное лицензирование в законе об игорном бизнесе. Так, кстати, происходит и с алкоголем. Этот те виды бизнеса, которые можно назвать наиболее рискованными. Мы введем запрет на деятельность в игорном бизнесе предпринимателей без образования юридического лица. Отныне они не смогут заниматься этим бизнесом. Жалко, но оправданно. То же самое мы сделали и по алкоголю. Испытали очень сильный прессинг, но настояли на своем, считаем, что правильно сделали. Мы будем вводить в этом законе запрет на осуществление иных, кроме тех, которые указаны, сопутствующих услуг, которые могут осуществлять игорные заведения. Это значит, что если в законе мы запишем, что можно содержать там бар, ресторан, предоставлять какие-то развлекательные услуги, то кроме того, что записано в законе, ничего другого они сделать не смогут. Сегодня там можно петь, пить, танцевать, устраивать развлечения мало подходящие под понятия «культурный досуг» и т. д. Следующее очень важное и очень жесткое установление требования — это установление требования к минимальному уставному капиталу. Он будет равняться 150 млн. рублей. Это значит, что мы с вами здесь сидящие, по крайней мере не все, не сможем собрать так много денег и заявить, о том, что мы можем участвовать в этом бизнесе. Раз так, значит мы уже с вами не сможем развернуть в подворотне какую-то пару автоматов за дешевые деньги. Таким образом, одно из наступлений на это огромное количество неприспособленных и иногда работающих против интересов человека, забегаловок, будет трудно поместиться в новых условиях. Но, вы скажите, они могут собрать 100 млн. В конце концов 150 млн. можно собрать и создать такое предприятие. Но нам важно, чтобы это были собственники, чтобы у них была кредитная история, чтобы это был уже сложившийся бизнес. Поэтому к этому требованию мы добавили еще одно требование, против которого, я думаю, бизнес будет возражать, но мы будем настаивать на этом — безотзывная банковская гарантия на эту же сумму. Таким образом, 300 млн. является той суммой, которая позволяет добиваться лицензии. Разумеется, мы запретим возникновение подобных заведений вблизи детских, образовательных, медицинских, культурных и других подобных учреждений, а также на остановках автобуса, общественного транспорта. Мы сейчас работаем над этим списком, возможно он расширится. Мы напишем в законе, что придется, это тоже вопрос такой очень спорный, но, я думаю, что мы должны настаивать на этом, мы запишем норму, которая потребует досрочно аннулировать лицензии, которые будут выданы до вступления в силу этого закона. Мы, еще раз скажу, пропишем максимально все нормы, которые касаются правил получения лицензии. Чтобы я хотел еще отметить? Я сказал, что мы поднимаем требования до уровня закона. Это значит, что у нас будет закон прямого действия. Это значит, никакие другие акты не должны будут изданы, если об этом прямо не записано в законе. Будет предусмотрено 2 вида лицензии. Первая — это деятельность по организации и проведению азартных игр и пари. В том числе с использованием игровых столов в помещениях казино. Попросту говоря, это лицензия на казино. Она будет включать в себя: организацию и проведение азартных игр с использованием, как я уже сказал, игровых столов в помещении казино, организацию и проведения пари в букмекерских конторах, и организацию и проведение тотализаторов взаимного пари. Вторая лицензия касается деятельности по организацию и проведению азартных игр и пари в том числе и с использованием игрового оборудования, кроме игровых столов, т. е. все остальное. Все остальное включает в себя: использование игровых автоматов, организация и проведение пари в букмекерской конторе, и организация и проведение тотализатора. Мы запишем в законе требования к помещениям, что очень важно. И в общих словах эти требования будут расписаны. Но в общих словах речь идет о том, что такие игорные заведения могут быть размещены только в объектах капитального строительства. Объекты капитального строительства у нас отражены в градостроительном кодексе. Так что всем будет все понятно. Наконец, я хотел бы сказать о том, что мы решили ввести требования к масштабам. Это значит, что в одном игорном заведении мы хотели бы видеть не менее 15 игровых столов для казино, не менее 20 игровых автоматов для казино и зала игровых автоматов и площадь зала игровых автоматов должна составлять не менее 80 кв. метров. Я не говорю уже о том, что мы распишем каждый сантиметр этого комплекса, где укажем: где должны находиться: владельцы, менеджмент, крупье; как они должны влиять или не влиять на ход событий; какую они должны создавать атмосферу; где они должны отдыхать в изолированном помещении, где должны отдыхать игроки; какие им должны быть предоставлены услуги. И какие будут требования по ограничению не только правового, но и морально-этического характера, сейчас вы меня забросаете вопросами по этому поводу, должны соблюдаться в этом заведении. Вот эту часть мы будем прописывать. Мы работаем. Экспертный совет состоит из представителей бизнеса, науки, чиновников, депутатов. Но большинство на стороне в экспертном совете — бизнес и общественные организации, защищающие права граждан. Мы исходим из того, что у политикам всегда есть возможность убедить и переломить ситуацию, поэтому нас меньшинство. Я просто хочу вам сказать, что это прозрачное, широкое представительство. Спасибо.

Вопрос журналиста: Один из самых интересных из законопроектов, который вы предлагаете для введения с февраля — это законопроект, который предусматривает инициативу вынесения объектов игорного бизнеса за территории Москвы. Как вы считаете, не явится ли это ударом для столичной экономики, ведь тогда все налоги будут уходить в Московскую область?

Драганов: Экономика, безусловно, важная часть бюджета. Но для нас главное: жизнь, здоровье и благополучие человека, как это невысокопарно звучит. Я хочу подкрепить мой пафосный ответ конкретными аргументами. Я хочу привлечь ваше внимание к более интересному закону — о запрете игорного бизнеса, одним из авторов которого является ваш покорный слуга. Так вы спросите: не поймешь этого человека, он раздвоен ровно наполовину: с одной стороны он говорит тут о том, что нужно бизнес сохранять и нужно правила игры устанавливать, так много внимания он уделил этому закону и, вдруг, он является и автором и этого закона — о запрете. Сначала: почему мне кажется, что запрет лучше, чем вынесение? Вынесение связано будет с субъективизмом, нарушением конкурентной среды и распределением в нужных местах нужному бизнесу, как власть не хотела бы объективно подойти к этому. Пока что власть не может совладать с напором одних и неспособностью бороться за свои права других. Например, крупные всегда могут договориться с властью, потому что у них есть точка зрения и не подозревайте меня, что я намекаю на деньги. Как раз я хочу сказать: против этого аргумента. Не о деньгах. Они имеют влияние на бизнес, значит они могут заявлять свои требования власти и они это делают, потому что рабочие места, налоги, создание услуг. А вот малые — не смогут для себя местечки выбить. Поэтому я думаю, что проще запретить. Но, у правительства РФ есть возможность наладить диалог с депутатами, потому что законопроект о запрете имеет и политическую подоплеку. Мы до сих пор не имеет отзыва на базовый законопроект, о котором я вам сегодня рассказывал и по-моему, он привлекательный. Он может стать очень хорошим компромиссом. Но пока правительство такого отзыва не дало, и пока мы дискутируем и обсуждаем, хотя и с участием правительства, но у нас нет твердой уверенности в том, что в правительстве есть точка зрения, поэтому появился такой закон. Зачем поощрять эскалацию теневого бизнеса в городах Москва, Петербург и курортах, если его не упорядоченность ведет к эскалации преступности. Докажите обратное мне. Поэтому, да, такой закон есть. Вы считаете его привлекательным. Я тоже его считаю неплохим, но более привлекательным мне кажется закон о запрете. Хотя очень надеюсь, что у нас будут и другие возможности находить компромиссы.

Спектор: Владимир Гаврилович, запрещать и при этом создавать несколько «Атлантик-сити» или запрещать полностью?

Драганов: Полностью.

Спектор: Но тогда, на мой взгляд, произойдет ситуация, схожая с проституцией. Будут подпольные дома. Будут массовые взятки, понятно кому. И это все уйдет в тень.

Драганов: Тогда, господа, обратите внимание на законопроект, которому я уделил больше времени, чем вы ожидали. Правительство Москвы, правительства РФ, общественность, давайте выберем между запретом и этим законопроектом. Но надо обсуждать, надо разговаривать. Не может это дитя находиться без нянек. Посмотрите, что происходит. Я не хочу здесь перед вами лишний раз говорить, что я депутат от одномандатного округа г. Москвы №191, что в моем избирательном округе уже все избиратели не верят, что власть может этой вакханалии положить конец. Если может — давайте докажем. Вот я предложил законопроект, о котором я вам говорил.

Вопрос журналиста: У меня несколько вопросов возникает: почему-то мы кидаемся из крайности в крайность. То мы все разрешаем, то — все запрещаем. Если мы запретим, люди на законных основаниях покупали эту землю, кто им возместит эти убытки? Это первый вопрос.

Драганов: Конечно, государство должно взвесить меру этой колоссальной ответственности. Это касается, кстати, и алкогольного закона. Но я еще раз вам хочу сказать, что наше терпение и мое в частности, кончилось. Я не могу отвечать за правительство России перед своими избирателями, поэтому выбирайте либо запрет, либо тот закон, который я охарактеризовал. Но с вашей точкой зрения о педальной крайностью, я согласен, что это неправильно. Возмещение? Но если государство запретит, то Госдума наверняка, озаботится вопросом собственности, активов и в законе о запрете, безусловно, такие нормы будут. Какие меры, я пока не могу сказать.

Вопрос журналиста: по лицензированию. У нас рынок производителей поделен сейчас — всем известно. Часть производителей это иностранные, часть — российские. Сейчас вопрос о лицензировании стоял очень остро: российские производители не могут поставлять свою продукцию. Так или иначе они через несколько месяцев могут полностью обанкротиться. Если игорный бизнес сохранится, то на место российских придут иностранные производители игорного оборудования. У нас не будет своего сегмента рынка.

Драганов: Я предложил на встрече с производителями, по-моему разумный и очень удачный ход — правовой и выгодный. Существующий закон о техническом регулировании разрешает или поощряет внесение законопроектов о техническом регламенте всем, кто этим заинтересован — прохожие могут заявить. Вывесив на сайте и он считается принятым к производству правительством и Госдумой законопроектом. И я производителям отечественного оборудования сказал: делайте технический регламент таким, каким он вам видится - выгодным. Но при том, что конкуренцию не надо нарушать, не надо создавать регламент по выпуску плохого оборудования. Но они доказали и показали, что у них очень приличное оборудование: некоторые образцы даже на американском континенте хотят покупать. Поэтому шар на их стороне. В комитете по экономической политике этим не были озабочены пока они не пришли. И мы поняли, что это вопрос очень важный. Не случайно в том законопроекте, который я характеризовал вначале, мы пытались в первой версией регулировать и игровое оборудование. Но поскольку мы не можем подменить технический регламент, я предложил им разделить. Поэтому пусть делают технический регламент. Регламенты и плюс отсрочка лицензирования

Вопрос журналиста: Сейчас на рынке куча контрафактного оборудования. Игорное сообщество предлагало его регистрировать под номерами, чтобы деньги шли и государству, и игорному сообществу, что в полне разумно. Почему государство до сих пор никак не отреагировало? Так и продолжается выпуск контрафактной продукции в угрожающих размерах.

Драганов: Я вас приглашаю 14 февраля на парламентские слушания, которые проводит комитет по экономической политике, и он напрямую связан с контрафактной продукцией и техническими методами противодействия ей. И там мы тоже об этом будем говорить.

Вопрос журналиста: В последнее время на телевидении очень много передач, которые так или иначе, тоже можно отнести к азартным играм? Будет ли это как-то регламентироваться в законе?

Драганов: Мы, наверное, должны подумать над вашим соображением, относительно игр на телевидении. Пока все, что я могу сказать. У меня есть, правда, сомнения, что это вписывается в концепцию нашего законопроекта, но уверяю вас, что мы экспертизу проведем по этому поводу. Что касается сроков рассмотрения законопроектов? Сроки уже все прошли, но нужно еще настоять и договориться, чтобы один из этих законопроектов как можно быстрее прошел Госдуму. В этой связи, я думаю, что дискуссии “да” или “нет” закончатся в ближайшую неделю-две максимум. Сейчас мы консультируемся: администрация президента, правительство, бизнес, общество защиты прав потребителей и другие. Ведь, помимо упомянутых законопроектов, есть еще очень удивительный законопроект, который, лично у меня вызывает отдельные опасения. Администрация законодательного собрания Краснодарского края предложила предоставить субъектам право повышать тарифы на игровые автоматы от 3 до 15 тыс., а на игровые столы от 75 до 125 тыс. Рублей. Какая моя личная позиция по этому поводу? Повышение налогов здесь особенно на автоматы еще более загонит в тень тех, против кого мы хотим направить острие будущего закона. Этого делать нельзя. И я прошу Московское правительство еще раз принять во внимание эту точку зрения. Нужно идти другим способом и методом. В законе, который я охарактеризовал, я не указал одну существенную деталь, просто мы еще не договорились о сумме. Но я рискну: лицензия будет стоить 1 млн. долларов. Поэтому я говорю о взвешенности и комплексности подхода к закону. Итак, что у нас сегодня получается в результате на шего разговора? Есть 2 законопроекта радикальных и от них бизнес в тревоге — это вывод или запрет. Есть законопроект, мне кажется, к которому нужно присмотреться, я дал ему характеристику в начале нашей встречи. Я бы его назвал базовый закон о регулировании в этой сфере. Есть законопроект, который устанавливает суммы за лицензии и плюс вот этот налоговый. Вот 4 законопроекта. Мне кажется, должно хватить мудрости у политиков, смелости у власти в целом и взвешенности у бизнеса. Потому что бизнес может просить у государства все, что он хочет. Но государство должно предоставить бизнесу то, что отвечает общим потребностям общества. И найти разумный компромисс. У меня такое впечатление, что так и будет.

Вопрос журналиста: Скажите, пожалуйста, вот тот базовый закон, о котором вы рассказывали вначале, поддержан ли он “Единой Россией”? Каково мнение других фракций? И когда вы отвечали на последний вопрос: означает ли, что тот миллион долларов, он пойдет в регионы или в федеральный бюджет?

Драганов: Начну с последнего. Миллион долларов пойдет в Федеральный бюджет, 300 тыс. рублей пойдет субъектам. Это плата за заключение органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации о соответствии игорных заведений установленным требованиям . И если лицензия будет выдана. А если нет, то бизнес потратит 5 тыс. рублей и этим все сказано. Набирается значительная сумма, значительно большая, чем, если мы повысим налоги. Мы сейчас думаем над расщеплением. Больший процент этого объема пойдет в регионы. В противном случае грош цена моим рассуждениям о влиянии субъектов на эту сферу бизнеса.

Мне кажется не очень прилично говорить в нашей среде, где сидят здесь и сторонники моей партии, а может и противники это во-первых. Во-вторых, я этот вопрос на партии безусловно придет время поставлю, как член генерального совета. Сегодня я этого еще не сделал. Но мне достаточно того, что есть решение партии 2003 года: навести порядок в игорном бизнесе. И я могу считать полным основанием, что у меня есть определенный политический и партийные ресурс для того, чтобы профессионально грамотно проводить решение в комитете по экономической политике.

Вопрос журналиста: Уточните, речь идет о пакете законопроектов?

Драганов: Налоговый законопроект принят комитетом, рекомендован палате для рассмотрения и приостановлен по нашей просьбе, потому что я в частности, предлагаю все-таки рассматривать закон в пакете. Закон налоговый, так называемый базовый. О лицензировании, где речь идет о государственной пошлине, которая потом и перейдет в базовый, но сейчас нуждается в корректировке. Набирается как минимум 3 законопроекта. Если меня мои помощники не поправят, да? Вот в пакете и надо рассматривать.

Вопрос журналиста: Получается налоговый законопроект, законопроект о лицензировании, закон…?

Драганов: Который называется о государственном регулировании при проведении азартных игр и пари. Кстати, было и оборудование, но мы решили оборудование продвигать быстрее через регламент.

Вопрос журналиста: Вы сказали о том, что будет разрешено только лицензирование игорных заведений, будут ли туда входить бары, рестораны и др.?

Драганов: Если они будут записаны в лицензии, то да. А если нет — то нет. Я думаю, что мы должны записать там кино. Я думаю, что мы должны записать какие-нибудь творческие развлечения, увлечения. То, что называется культурным досугом, как это ни казенно звучит. А кто из вас был не в казино, а в зале игровых автоматов? Извините, за вальяжность. А вы были в приличном, что называется, заведении? Я почему задал этот вопрос. Вот, тревоги владельцев игровых автоматов, что закон бьет по ним, необоснованные. Когда мы говорим плохо об этой части бизнеса, то мы знаем о ком мы говорим: рынки, базары, подворотни и еще какие-то места в антисанитарном состоянии с сомнительными документами. Несколько автоматов сомнительной сертификации. Инспекция московская провела рейд в прошлом году, пару ведер обнаружила внутри самих автоматов, монеты просто падали и все тут. Т. е. 100% выигрыш владельцев. Вот об этих мы говорим. Говорим хотя и о благопристойных, но находящихся в таких местах, где их нахождение нежелательно в силу привлекательности и притягательности. Нормальный бизнес, ответственный бизнес это понимает. Они готовы переместиться в другое место взамен разыграть правила игры. Сегодня нет этих правил. Мне кажется, что здесь все более или менее все понятно.

Вопрос журналиста: Что будет с рекламой игорного бизнеса, она будет запрещена?

Драганов: Она запрещена где попало, я бы так сказал. А если она находится на здании казино или внутри, то нет проблем. Мы в законе о рекламе, который имеет тоже свою непростую историю, который я надеюсь дней через 10 пройдет свое второе чтение, мы записали, что реклама игорного бизнеса может осуществляться только в профильных средствах массовой информации: журналах и т. д.

Вопрос журналиста: Скажите, после принятия закона, все существующие игорные заведения должны начать с чистого листа?

Драганов: Увы, да.

Вопрос журналиста: Такие организации, как Деловая Россия, торгово-промышленная палата РФ уже высказали свое мнение?

Драганов: Во-первых, они все являются членами экспертного совета. Во-вторых, все упомянутые организации в разное время обсуждали или принимали какие-то решения. Эти решения были в основном такие — это плохо, надо что-то делать, надо инициировать в Госдуме законопроекты. Мы все считаем все перечисленные организации своими союзниками. Не в большей степени, скажем, чем сам бизнес. Потому что представители этого бизнеса, находящиеся в экспертном совете, на самом деле испытывают не очень комфортное, особенно на первых парах, положение. Крупный бизнес, хотя и потратится, но у него есть возможность выжить и продолжить деятельность, а мелкий должен как-то выживать.

Спектор: Спасибо, дорогие друзья. Сейчас у Валерия Гавриловича состоится общение с читателями. Спасибо и до новых встреч!


Окончание пресс-конференции.





    Партнеры