Грузите апельсины бочками

“Золушка” в Большом трещит по швам

6 февраля 2006 в 00:00, просмотров: 1771

Если кто-то хочет увидеть апельсины величиной с футбольный мяч, срочно в Большой театр, на премьеру балета “Золушка”. Таких цитрусовых нельзя было лицезреть даже в годы советского прошлого на ВДНХ. Но не только за шедевры бутафорского мастерства любим мы главный театр страны, а еще за экспериментаторский пыл и стремление скрестить такое, что трудно скрещивается. В “Золушке” создатели оттянулись по полной, здесь есть кое-что от старой сказки о девочке-замарашке, от голливудских музыкальных комедий, а среди действующих лиц сам автор балета, композитор балета Сергей Прокофьев.

В предпремьерных рассказах создатели — хореограф Юрий Посохов и режиссер Юрий Борисов — ссылались на биографию композитора, говоря, что именно его трагическая судьба и станет главной темой их “Золушки”. Персонаж такой в спектакле есть, может, и сказочник, а может, и композитор (Виктор Барыкин). Но по части судьбы сплошной туман. В начале спектакля глубокомысленно сидит на огромном шаре (земном), а в финале влезает в него через дыру, вроде как в вечность. Эффектно пролетает над сценой на велосипеде, качается на маятнике, когда начинается трагический бой часов. А еще опекает Золушку. Но это лишнее. Той Золушке, что предстает в спектакле, ничья опека не нужна. Светлана Захарова в главной роли — девушка столь крутого нрава, что сама кого хочешь забьет. Что и демонстрирует в третьем акте, разгоняя метлой надоевших ей домочадцев. Внешне госпожа Захарова выглядит роскошно — элегантная, с удлиненными линиями, холодная, как истинная прима. Не Золушка, а современная бизнес-леди. Стряхнула раза два несколько пылинок с зеркала — вот и все ее трудолюбие.

Но главная беда балета — это отсутствие танцев. Случается же такое, вот балет, а танцев нет, есть лишь некий набор стандартных балетных па. Так, в сцене бала, где все должно кипеть энергией и кружиться в вихре танца, несколько сиротских кордебалетных пар и огромное пространство сцены, никем и ничем не заполненное. Не спасает и огромная белая лестница, заимствованная из голливудских мюзиклов. Но ведь у них-то все танцует, а здесь все жмется по углам. Нечто вроде танцевальных экзерсисов появляется в финале, когда Золушка и Принц, немного покатавшись по сцене и устав от этой производственной гимнастики, прижмутся друг к другу, изображая нечто вроде любовной истомы.

Есть в балете и еще один занятный момент, когда в начале второго действия на задник сцены вдруг проецируется лицо дирижера спектакля Александра Ведерникова. Мимика маэстро, увеличенная до пределов невозможного, вызывает испуг. Есть, конечно, и другие эпизоды, от которых в недоумении ерзаешь в кресле. Когда Принц в поисках Золушки случайно сталкивается с двумя балетными дамами, пародирующими Дитрих и Каллас, приставая к ним с хрустальным башмачком Золушки. Самое смешное, а именно: где и когда Золушка этот башмачок потеряла и как его нашел Принц, — еще одна загадка спектакля.

Есть в этой “Золушке” и стоящие моменты: красивый, настоящий балетный Принц — Сергей Филин, экстравагантная Мачеха (Мария Володина) и две ее дочери — душки-пышки, все в кудельках, аппетитные и резвые (Анастасия Винокур и Лола Кочеткова), стильная сценография (Ханс Дитер Шааль) и замечательный свет от Дамира Исмагилова. И, конечно, апельсины, которые в авоськах тащат с бала сестры Золушки. Маловато для трехактного балета. Хотя полноценным спектаклем новую “Золушку”, которая трещит по швам, не назовешь, скорее черновая заявка о намерениях создать оригинальный спектакль. Поражает и политика худрука балета Алексея Ратманского, под руководством которого балетные спектакли предыдущего и нынешнего сезонов, если их оценивать по пятибалльной системе, удостаиваются тройки. “Золушка” Посохова очков театру не добавила. Хотя приглашение Юрия Борисова в качестве режиссера — положительный момент.




    Партнеры