Куда топают модели

“Папа — военный, а сын трусы рекламирует”

16 февраля 2006 в 00:00, просмотров: 1888

Они выбрали совсем не мужскую работу — манекенщик. О том, как парни становятся моделями, из-за чего при знакомстве с девушками они скрывают свою профессию и почему среди топ-моделей нет ни одного мужчины, выяснил “МК”.


Вадим СЕВОСТЬЯНОВ (35 лет, рост — 187, глаза голубые):

“В Китае наших моделей ненавидят”

В отличие от большинства коллег Вадим не любит тусовки и красавчиком себя не считает, хотя занимается модельным бизнесом с 18 лет. Своей визитной карточкой называет рекламный ролик, снятый Павлом Чухраем для телефонной компании.

— Девушки сегодня не хотят встречаться с манекенщиками?

— Да. Существует предубеждение, что все модели тупые или геи. Или и то и другое. Это не так. В модельном бизнесе, как ни странно, больше натуралов. Да и высшее образование есть сегодня у всех.

— Ты согласен, что все модели тщеславны и самолюбивы?

— Наверное, да, вот мне приятно видеть себя в журналах. Ведь я не актер, не режиссер, не ученый и не писатель, а обо мне пишут и меня снимают. Вообще-то парни чаще всего идут в модели из любопытства и чтобы посмотреть на красивых девчонок.

— Чем работа на Западе отличается от работы здесь?

— Всем. Там все на другом уровне, к тому же модель получает проценты с каждого билборда. Здесь твое лицо могут тиражировать сколько угодно раз и бесплатно. Недавно я вернулся из Китая и был очень удивлен: с каждым годом отношение к русским у них все хуже. С нами никто не здоровался, все 60 вспышек, работавших на показе, “молчали”, если по подиуму шел русский манекенщик. Снимали только своих.

— У них разве есть модели?

— Еще какие! Там моделей специально выращивают, кормят их витаминами и пищевыми добавками, чтобы росли. В китайских модельных школах ниже 180 см никого нет. Мы с европейцами кажемся карликами. Работают они очень странно — из 100 картинок предпочитают выбрать только одну. Иногда доходило до абсурда: в рекламе чипсов, где я снимался, моей партнершей была модель-европейка, а наша “дочка” была китаянкой, причем это оговаривалось в контракте: ребенок-китаец. Вот такой “интернационал”.

— Как модели поддерживают форму?

— Никак. Я ем все что хочу и не поправляюсь, большинство моделей так же. Диетами и спортзалами себя никто не изнуряет, воду литрами не пьет, в общем, такого, как на Западе, нет, но там и деньги совсем другие.

— У девушек-моделей существуют параметры 90—60—90, у мужчин такие параметры есть?

— Нет, в мужском модельном бизнесе все гораздо проще: нравится твоя внешность — возьмут, не нравится — не возьмут. Смотря что нужно заказчику. К примеру, все знают, что Gucci любят молодых мальчиков с детскими личиками, а вот Труссарди предпочитают зрелых моделей.

— После чего на карьере модели можно ставить крест?

— После какого-то скандала. К примеру, западные бренды не берут тех, кто снимался в эротике или порно. Я знаю случай, когда манекенщик упал с подиума — засмотрелся, видимо, и не заметил, как “язык” закончился. После этого предложений о работе у него было меньше. Еще иногда отказывают в работе, если ты ассоциируешься с каким-то брендом. У меня это “Большевичка”. После фотосессии для этой фабрики меня не берут на показы классической мужской одежды, говорят: “Когда ты в костюме, все думают, что на тебе “Большевичка”. Обидно, мне даже скидок в этом магазине не сделали!


Артем ДУШКИН (22 года, рост — 185, глаза зеленые):

“Мы просто весело проводим время”

Артема называют самой успешной моделью и самым перспективным парнем в этом бизнесе. Правда сам он задерживаться в моделях не планирует.

— Мне было 16 лет, когда меня завербовали, — подошел человек в ночном клубе и пригласил на кастинг. Причем получилось очень смешно, потому что он посоветовал мне говорить в агентстве, что я уже прошел модельную школу. Поэтому, когда меня спросили: “Какой у тебя опыт?”, я сказал: “Да я все умею!” И меня тут же отправили на кастинг Версаче, который я успешно прошел. Вечером уже был показ. Я страшно нервничал, но ребята подсказали мне, что надо делать, как ходить. И все прошло нормально, никто ничего не заметил.

— Этому так просто научиться?

— У мужчин все проще, не нужно никаких заученных движений, поз.

— Как твои родители отпустили тебя в Москву, ты ведь был еще очень юным?

— Они не в восторге, конечно, были, тем более у меня папа подполковник ВВС, а тут сын трусы рекламирует. Но я им объяснил, что это не на всю жизнь. Недавно приехал домой, а папа показывает друзьям журналы с моими фото.

— Почему наши манекенщики не добиваются такой славы на Западе, как девушки?

— А у них тоже нет мужчин топ-моделей. Ну, лица, может, есть раскрученные, а имен никто не знает. Вся индустрия моды держится на женщинах, мужики — это малая часть. Поэтому топ-моделей-мужчин не существует.

— Что тебе нравится в твоей работе больше всего?

— Тусовки. Мы ведь по большому счету просто весело проводим время. А не нравится, что денег больших на этом не заработаешь. Чтобы чего-то добиться в этом бизнесе, надо бегать по кастингам. А потом уже они будут бегать за тобой.


Сергей КРАПИВИНЦЕВ (28 лет, рост —180, глаза голубые):

“У нас даже носки забирают”

Крапива — легендарная личность. Его знают все, даже те, кто к модельному бизнесу не имеют никакого отношения. Его лицо можно увидеть в каждом глянцевом журнале, на витринах, баннерах, рекламных щитах, на телевидении.

Начинал Сергей как танцор. Снимался в клипе у Лены Зосимовой (если кто помнит, была такая певица, дочка Бориса Зосимова). Именно там парня с необычной и очень выразительной внешностью заметил стилист и пригласил на кастинг. Первой работой Сергея была обложка для журнала “ОМ”. Эту обложку помнят до сих пор. С нее все и началась — предложения поработать фотомоделью посыпались на Сергея, как перезрелые яблоки с дерева.

— Я работаю моделью с 2001 года. Что с тех пор изменилось? Появилось больше работы, но и конкуренция тоже выросла. Я и сейчас работаю танцором.

— Если бы не эта профессия, ты бы никогда не...

— Не снялся бы в кино. Стать актером моя мечта. А вот о карьере модели никогда не мечтал. Я ведь с детства спортом занимаюсь, 10 лет отдал спортивной гимнастике. До сих пор каждое утро делаю зарядку по полчаса.

— Тебя узнают на улице?

— Да, часто девушки говорят: “Ой, я тебя где-то видела!”. Иногда я не говорю, а иногда приходится раскрываться.

— У тебя девушка есть, а то все модели заядлые холостяки?

— Есть, она тоже модель и очень хорошо рисует. Я ей подарил котенка на 14 февраля.

— Ты принципиально встречаешься с моделями?

— Для меня внешность не важна, главное, чтобы мне этот человек понравился, но лучше выбирать среди своих — обычная девушка будет ревновать, да и просто не поймет этой работы. Вот я, например, еду сейчас на съемку в Германию — 20 девушек и я один. Меня только моя девушка и может понять.

— Что тебя раздражает в твоей профессии?

— То, что я не уверен, что меня выберут из 300 человек, которые пришли на кастинг.

— Как долго собираешься работать моделью?

— До 70 лет. Если честно, пока не надоест. Но я хотел бы стать актером, а не быть все время чьим-то лицом.

— Модельеры отдают вам одежду после показа, делают скидки?

— Очень редко. Чаще всего даже трусы и носки забирают. Что они с ними потом делают, не знаю, продают в дорогих магазинах, наверное.


Комментарий психолога

— Существует мнение, что все модели успешны, поэтому многие молодые люди, стремящиеся к быстрой славе, выбирают этот образ жизни — красивые вещи, поклонницы, — говорит Дмитрий Синарев. — Мужчины-модели, как правило, эгоцентричны, тщеславны, склонны к самолюбованию. В отношениях с женщинами поверхностны, склонны к полигамии. Если отношения с женщинами ему профессионально невыгодны, он их быстро закончит.

Многие думают, что профессия модели слишком легкая, и всерьез к ней не относятся. Но это не так. Состояться в любом деле можно, если относиться к нему серьезно, как к тяжелой и трудной работе, а не как к хобби.




    Партнеры