Боб в помощь!

Наши специальные корреспонденты Ирина Степанцева и Алексей Лебедев передают из Турина

21 февраля 2006 в 00:00, просмотров: 192

Уже двое суток ни в одной графе олимпийских наград у России не было изменений. С одной стороны, пошли не совсем “наши” виды, с другой — снег подпортил обедню российскому экипажу бобслеистов Зубкову и Воеводе. 4-е место — самое обидное в спорте. Но на прошлых играх мы о нем и мечтать не могли! А снег вообще здесь идет не переставая уже трое суток: отменяли-переносили состязания горнолыжников, а когда те вышли наконец состязаться, не избежали падений.

В обстановке нулевой видимости происходили странные вещи. Итальянская полиция искала австрийского тренера — персона нон грата на этих Играх. Тот пытался сбежать на джипе из Италии — и попал в катастрофу. Пьяный был.

Ну а мы все ждали. Эффектного катания от танцовщиков на льду Навки и Костомарова. Успеха в решающем матче от женской сборной по керлингу, которая своей победой над фаворитками-шведками продлила себе жизнь на турнире. Ждали, наконец, что красиво хлопнут дверью и русские хоккеистки, не рассчитывающие на награды.


—Снег кончился, — сказал Саша Зубков, шагая на допинг-контроль и указывая пальцем куда-то в небо. — Как назло, именно сейчас.

—Не вовремя? — спросили мы.

—Конечно, не вовремя. Нет, чтобы пораньше. До заездов...

Впрочем, снега в воскресенье хватало, как ни странно, и в Турине. Да, в Турине, дорогие болельщики, наконец начались зимние Игры. Потому что до этого зимние Игры были в Праджелато — где бегают и прыгают на лыжах, Сестриере — где спускаются на лыжах же с гор, Чезане — где рубятся за медали биатлонисты и несутся по желобу на санях и бобах настоящие мужчины и даже женщины. Но — только не в столице этой самой Белой олимпиады. Плюс восемь на термометре и сугробики величиной с мобильный телефон — что тут, простите, зимнего?


Ну а если уж в Турине зимушка разгулялась вовсю, то можете себе представить, что творилось там, где она царствовала и до того. Дороги завалило ужас как: то там, то сям попадались нашему взору увязшие в снежной трясине сугубо городские автомобильчики, которых полицейские джипы вызволяли из плена. Да, именно в таких условиях мы рискнули отправиться в горы — на бобслей (как-никак, была скромная надежда на медаль даже в двойках). И добирались почти четыре часа. Вместо обычных двух.

И, конечно, опоздали.

Вокруг санно-бобслейной трассы как раз начинало становиться подозрительно пусто, как вдруг — репортерское счастье! — откуда-то сверху нарисовался человек в российской курточке, сопровождаемый олимпийским волонтером. Точно — Зубков сдавать допинг-пробу направляется. Вид — не сказать чтобы очень грустный, скорее задумчивый...

Александр ЗУБКОВ: “МЫ ИХ ТАМ “ПОТОЛКАЛИ” — НАРОД ЗАНЕРВНИЧАЛ”

— Саш, — подходим, — расстроился?

— Конечно.

— Многие спортсмены говорят: четвертое место — самое обидное...

— Так и есть, но с другой стороны — сколько у нас в бобслее не было хотя бы четвертого? Лет пятнадцать уже... Да нормальный результат!

— Тем более, мы так понимаем, основная ставка у нас все равно на четверку делалась?

— Да, но в двойке тоже хотелось показать себя. Что мы и сделали — в одном заезде. В первом.

— А что случилось во втором? Почему вдруг только 9-е — и сразу вы в зачете со второй строчки откатились на пятую? Специалисты говорят: ошибок ты вроде не делал.

— Не знаю. Сам был удивлен. Бац — и девятые... В первом заезде, я скажу, было намного больше ошибок, чем во втором. Так там, наоборот, меня удивило, что у нас второе время. Думал, хуже будет, когда приехал — где-то на пятое надеялся.

— Погода все?

— Наверное. Этот снег — непредсказуемо тут все... Еще, конечно, многое при такой погоде зависело от того, как итальянцы трассу мести будут. Но они готовили всем одинаково вроде...

— Техника-то как — не подвела?

— Да. Но... Понимаете, мы ведь с точки зрения техники не успеваем за конкурентами, как ни крути. Честно говоря, нет у нас ничего. По сравнению с теми же немцами. Да и финансовые вложения, которые делаются у американцев, у немцев и у нас — не сравнить. Ланге (чемпион Турина-2006 в двойках. — “МК”) готовился вообще на своей трассе. Испытывал все полностью — от и до. Вот он и показал свой результат.

— Хорошо, давай уже перейдем к ситуации с четверками. Когда вы приехали сюда, то вроде как еще не решили, на новом ехать бобе или на старом. Сейчас определились?

— Поедем на старом. Потому что новая машина не показала ничего особенного в Швейцарии, где самая скоростная трасса. Видимо, надо ее еще дорабатывать, смотреть, что да как.

— Фавориты будут те же, что и в двойках?

— Да, основная пятерка та же. Но там у нас шансов все-таки побольше. Так и до Олимпиады казалось. И соперники знают, что русские хороши в четверке. В двойке на нас особенно не ставили — и они удивились, когда в первом заезде мы их там “потолкали” немножко. Народ занервничал...

— Трасса тебе туринская как?

— Хорошая. Рабочая. Есть сложные повороты — шестой, одиннадцатый... Связка тяжелая — “торо”: два виража вниз, а после третьего — ровный участок, можно скорость набрать.

— Условия в олимпийской деревне?

— Да не очень, честно говоря. Это касается и еды, и проживания...

— А с едой-то что? Неужели с собой ничего не привезли? Икры, например?

— Тут как-то не до этого. Икра — это в Турине, поближе к Русскому дому. У нас все попроще — едим макароны. И вообще, честно говоря, питание скудное. Мы не привыкли к такому.

...Уж не знаем, как кормят наших хоккеистов (при случае обязательно уточним), но по голам они после не самого сытного субботнего завтрака с Казахстаном — всего 1:0 — явно изголодались. И пообедали в воскресенье латвийскими шпротами на славу. 9:2!

БУРЕ РАД ЗА КОВАЛЬЧУКА

А самым голодным определенно выглядел Ковальчук. Еще бы — до того в трех матчах на олимпийском турнире он не забросил ни одной шайбы. Это Илья-то, лучший снайпер НХЛ! Не зря его и наш главный тренер Владимир Крикунов критиковать начал. Зато в игре с Латвией на счету Илюши — сразу четыре гола! Последний такой подвиг на Олимпиадах у нас на счету Павла Буре — в Нагано в матче с финнами нынешний генеральный менеджер российской сборной отличился даже пять раз.

— Не боялись, — спрашиваем Павла Владимировича, — что Ковальчук рекорд ваш побьет?

— Да я и думать забыл тут о каких-то личных рекордах, когда за целую сборную приходится отвечать... А за Ковальчука, признаться, особенно рад. Нужно было ему начать забивать — хотя бы для того, чтобы почувствовать уверенность.

А вот и сам герой дня. Настроение, сами понимаете, отменное:

— А как я мог позволить себе пятый гол? Буре же у нас генеральный менеджер — так у него и должно быть на шайбу больше!

— А почему ты голам особо не радовался?

— Почему же — первому, например, очень обрадовался. Когда второй забивал — там Паша Дацюк мне такой пас отдал, что уже за него надо радоваться. А потом все уже было ясно — так чего попусту эмоции расходовать?

— Открой секрет: как надо готовиться к игре, чтобы такую результативность показать?

— Я так ничего особенного не делал. В основном газеты и журналы российские читал, которые мне сюда моя девушка (известная по группе “Мираж” блондинка Николь. — “МК”) привезла.

...Что еще порадовало в игре с Латвией — дебютировал наконец на Олимпийских играх голкипер Максим Соколов. Когда наша победа уже не вызывала сомнений даже, наверное, у президента иногда дружественной нам балтийской страны Вайры Вике-Фрейберги (кстати, она, если верить латвийским коллегам, сейчас первый претендент на место главы ООН Кофи Аннана), Евгений Набоков уступил ему место в воротах.

— Рад, конечно, что сыграл на Олимпиаде, — Макс, надо признаться, не выглядел при этом безумно счастливым (может, устал?). — Лучше поздно, чем никогда... На что способна тут российская команда? Ну вы же видите, какой у нас атакующий потенциал. Главное — его реализовать. И еще очень важно хорошо играть в защите. Вот с Латвией это удалось. Конечно, матч не показательный. Но ведь и игра со шведами в этом плане у нас получилась — а она-то точно показательна.

...Что омрачило хоккейный турнир, так это, конечно, грязный прием финна Руутту, после которого любимца уже чешских (да и омских) болельщиков Яромира Ягра унесли со льда всего в крови. К счастью, лидер сборной Чехии отделался, если тут уместен этот штамп, легким испугом — сотрясения мозга вроде бы нет. И даже вышел на матч против Италии. Где против него опять, надо заметить, играли не слишком чисто.

— Мы за Ягра тоже переживали, — признался форвард российской сборной Максим Сушинский, — все-таки свой уже почти. Вот летом даже в Омске отдыхать собирается — он мне в олимпийской деревне об этом сказал...

НЕБЕСА ОЛИМПИЙСКИЕ

Мы никогда не видели снежную грозу. Воскресным вечером над похорошевшим от снега Турином сверкнула молния, затем раздался вполне ожидаемый, но внезапный гром. Такое бывает?

На Олимпийских играх бывает все. Незадолго до снежной молнии олимпийская чемпионка Светлана Журова, не войдя на дистанции 1000 метров даже в пятерку сильнейших, скажет что-то типа того, что все на небесах уже решено. Что ей уже отмерил олимпийский бог счастья, а теперь должно повезти и другим. Другая, голландка Марианне Тиммер, скажет, что небеса услышали ее молитвы.

Две красавицы были в образе, и обе были счастливы. Потому что жизнь — или небеса, или они сами — не обидела на этих Играх, они возвеличили страну, компенсировали многолетние тренировочные страдания, деньжат, в конце концов, заработали. Счастливы, потому что хорошо знали, что такое Игры, и боялись, что там, наверху, за них все решат как-то не так, неправильно, несправедливо. Четыре Олимпиады у Журовой — первая золотая медаль. А Марианне уже хранит дома два “золота” Нагано. Первый старт Светланы в Турине — и “золото”. Первый старт Тиммер и — дисквалификация за фальстарт. Но в результате-то равновесие…

Туринская гроза пронеслась и над Палавелой, где выступали танцоры. Кто мог подумать, что на Играх, когда в группе сильнейших фигуристов в танцах намечалась отчаянная борьба, небеса примут столь беспощадное решение — ронять на лед претендующих на медали (четыре пары почти подряд)? Потрясающие выступления, архисложные программы, последние секунды программы, отчаяние, размазанная от слез косметика, боль?

Итальянцы, забившие Палавелу до отказа, примкнувшие к телевизорам в барах и по домам, получили в этот день просто удар в самое сердце. Их любимцы — Барбара Фузар-Поли и Маурицио Маргальо, вернувшиеся на олимпийский лед Турина после четырехлетнего отсутствия, некрасиво раскорячились на льду из-за ошибки партнера. Неожиданно даже для себя они лидировали после первого танца. Второй мог приблизить олимпийское “золото” реально, вполне уже ощутимо… После падения, когда стихла музыка, Барбара смотрела на Маурицио столь яростно, молча, почти ненавидяще, что подумалось уже о прецеденте: сейчас ударит. Почему-то показалось — обязательно под дых. Не ударила, ожидая оценок, сидела, закрыв лицо руками. Кого она в этот момент проклинала? Был ли в этом смысл? В кого ей оставалось верить? Только в небеса, где все предрешено.

Олимпийский бог суров. Смотрит и выбирает избранных. Прав ли в своем выборе? Он интервью не дает, и его выбор мы можем лишь принимать или не принимать. Только последнее уже ничего на Играх не решает…



Партнеры