Стенограмма пресс-конференции в “МК”

заместителя директора Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, генерал-полковника полиции Владимира Зубрина

27 февраля 2006 в 00:00, просмотров: 183

16 февраля 2006 г., 14.00


Ведущий — Сергей Рогожкин — руководитель пресс-центра газеты “Московский комсомолец”.


Рогожкин: Добрый день, уважаемые коллеги! Мы приветствуем вас в пресс-центре газеты “МК”. Сегодня у нас в гостях делегация во главе с Владимиром Викторовичем Зубриным. Владимир Викторович заместитель директора Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков, генерал-полковник полиции. Он курирует следствие в федеральной службе, работал заместителем генерального прокурора России. Итак, слово Владимиру Викторовичу Зубрину. Пожалуйста.


Зубрин: Уважаемые коллеги, я очень рад встречи с вами. Наша служба молодая, ей всего 2,5 года. Тема борьбы с наркотиками является актуальной во всем мире. Я бываю в разных государствах, и смею вас уверить, что во всех странах мира, кроме России, до недавнего времени, наркотики всегда были на первом месте по опасности для общества. У нас был всегда терроризм. Сейчас наркоагрессия, наряду с терроризмом, для России проблема номер 1. Посему наше ведомство создано, работает и активно развивается. Я хочу вам привести некоторые цифры о работе нашего ведомства. В прошлом году служба выявила почти 80 тыс. преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков. Это составляет 45% от всех выявленных наркопреступлений всеми правоохранительными органами страны. Мы привлекли к уголовной ответственности порядка 28 тыс. человек. Свыше 25 тыс. уголовных дел направили в суд. С самого начала наша служба ориентирована на борьбу с организованной преступностью в сфере незаконного оборота наркотиков, а не с мелкими потребителями, не с мелкими сбытчиками. Причем с потребителями мы не воюем вообще, это не наша сфера. Скорее всего, это сфера общественности и ваша сфера. Наша сфера — бороться с организованным наркобизнесом, который пытается за счет жизни и здоровья наших граждан - россиян обогатить себя и все преступные связи. В прошлом году на этом серьезном участке борьбы с преступностью, мы выявили почти 300 преступлений, совершенных организованными преступными сообществами. 25 уголовных дел по ст.210 УК – это организация преступного сообщества - направили в суд и имеем 8 приговоров. Из них 4 приговора прошли через Верховный суд страны. Могу привести вам один самый свежий пример, который большинство граждан России еще не знают. В понедельник, 13 февраля, Московский городской суд, как первая инстанция уголовного судопроизводства, вынес обвинительный приговор руководителям и членам преступного сообщества, которое возглавлял капитан пограничной стражи Минобороны Республики Таджикистан гражданин Косимов. Он был слушателем одного из высших военных заведений Москвы. Организовал преступное сообщество в количестве 10 человек, часть из них находится в бегах, скрываясь от правосудия, а 8 человек предстали перед судом. Суд признал доказанным вину Косимова и организованного и руководимого им преступного сообщества, которое в 2003-04 годах на территории Москвы, Московской области, Мордовии, других регионов России доставила и большую его часть сбыла — 250 кг героина. Члены преступного сообщества были пойманы с поличным. В результате тщательного расследования, которое проводил следственный департамент нашей службы, преступное сообщество предстало перед судом. Я считаю, что это дело имеет не только российское, но и мировое значение, поскольку не так часто такие организованные преступные сообщества попадают на скамью подсудимых. Мы учимся вместе с нашими коллегами из МВД и ФСБ работать против организованной преступности в сфере наркобизнеса. Представляете, наркотрафик, так называемый Северный маршрут, начинается от Республики Афганистан, и идет через Таджикистан, Киргизстан, Казахстан в Россию. В прошлом году в Афганистане снова был хороший урожай опийного мака и изготовлено, по данным ООН, от 400-500 тонн героина. И значительная его часть пошла в РФ Северным маршрутом. Наша задача — выявить как можно больше героина, чтобы он не привел к смерти тысяч и тысяч наших сограждан, а был изъят и уничтожен, как опасное зелье для человека. Мы работаем не только против организованных преступных сообществ, но и против организованных преступных группировок, их значительно больше, чем преступных сообществ, на несколько порядков. Наше направление деятельности касалось и борьбы с контрабандой наркотических веществ, психотропных веществ, прекурсоров. Контрабандные пути, они же разные. Если героин поступает в Россию в основном с Афганистана, то существуют наркотики растительного происхождения, которые поступают к нам из бывших союзных республик - Казахстана, Украины. Сейчас очень серьезная проблема для нас — это доставка в Россию контрабандным путем наркотиков синтетического происхождения из стран Западной, Восточной Европы и прибалтийских государств. Есть у нас и местные умельцы, которые в подпольных лабораториях изготавливают синтетические наркотики и распространяют их в молодежной среде - в ночных клубах, на дискотеках. У нас есть целое направление этой деятельности, которым мы занимаемся. Мы очень серьезно занялись подрывом финансовых основ наркобизнеса. Не секрет, что деньги, которые выручаются дельцами от продажи наркотиков, идут на поддержку терроризма. Для нас это очень серьезный вопрос. Мы все эти годы пытались выявить группировки, которые занимаются сбытом наркотиков и приобретают за эти деньги себе недвижимость, открывают счета в банках, занимаются незаконными финансовыми операциями и т. д. Трудно было расследовать такие дела по 174 ст. УК России, поскольку опыта работы у нас не было. Помог нам пленум Верховного суда, поэтому мы в прошлом году свыше тысячи уголовных дел направили в суды России. Уже имеем сотни приговоров по этим делам. Это только начало нашей серьезной работы. Наша главная задача, чтобы все деньги от наркобизнеса не попали по адресу, особенно к террористам. Чтобы мы могли их изъять и обратить в доход государству. С этим неразрывно связана такая проблема, как введение института конфискации имущества в наш УК, который был ошибочно исключен из УК прежним составом Госдумы. И логично будет связано, чтобы все эти преступные доходы шли в доход государства и были обращены на борьбу с преступностью и другие нужны государства и граждан. Актуальной для нас проблемой является взаимодействие со всеми нашими коллегами за рубежом. Внутри страны, конечно, у нас особых проблем нет, мы тесно работаем с ФСБ, МВД, органами прокуратуры, таможенными структурами. А вот за рубежом, конечно, довольно сложно найти общий язык с коллегами. Мы пытаемся находить общий язык, чтобы нам было легче работать в соответствии с международным правом. В этом году будут открыты несколько наших представительств за рубежом, прежде всего в Афганистане, Таджикистане и в ряде других стран. Это будет способствовать борьбе с наркобизнесом. Очень серьезной для нас работой является профилактика наркомании. Здесь мы вместе с вами должны работать каждый день. Надо внушить нашим гражданам, молодежи особенно, что нужно вести здоровый образ жизни, потому что жизнь наркомана составляет, как правило, 5 -7 лет. И если он уже стал употреблять тяжелые наркотики такие, как героин, например, то этот человек обречен. Он неизбежно умрет. И мы видим, что в последние годы резко увеличилось количество смертей от передозировки наркотиков. Эксперты называют разные цифры: в 2004 году называлась цифра 70 тыс. человек, за 2005 — умерло 100 тыс. человек в России от наркотиков. Представляете, какие страшные цифры. От умышленных убийств, жертвами стали примерно 30 тыс. человек. В результате ДТП, примерно, 35 тыс. погибает ежегодно в стране. А от наркомании 100 тыс. человек. Какие страшные цифры. Поэтому наша работа носит очень серьезный государственный характер. Поэтому все эти вопросы должны рассматриваться в комплексе, и мы в комплексе рассматриваем и работу по этой проблеме. В целом наша служба за прошлый год изъяла 114 тонн наркотиков. Из них — 1 тонна 600 кг — героин. В этом году мы ожидаем лучшие результаты, поскольку январь прошел очень целенаправленно, напряженно для нашей службы. Мы направили в суд на 70% уголовных дел больше, чем за январь 2005 года. Все эти 2,5 года служба интенсивно развивается и нагрузка на наш аппарат возрастает. Мы это приветствуем, поскольку для этого и созданы. Мы хотим, чтобы как можно больше наркотиков было изъято, чтобы как можно больше людей вело здоровый образ жизни. Давайте поговорим об этих серьезных вопросах, и я готов на них ответить.


Вопрос журналиста: Скажите, можно уточнить приговор Косимову? Сколько лет ему дали?


Зубрин: 17 лет лишения свободы в колонии строго режима.


Вопрос журналиста: Что в этом году планируется сделать по линии вашей службы, учитывая вывод пограничников из Афганистана? Вы сказали, что в этом году будет создано несколько представительств за рубежом, а где именно?


Зубрин: В первом полугодии этого года планируем открыть представительство в Республике Афганистан. Нам это серьезно поможет. Там уже открыли свои представительства США, Великобритания. Собирается открыть свое представительство Италия. Мы хотим объединить усилия стран, которые заинтересованы в создании антинаркотического пояса вокруг Афганистана. Это инициатива России, вы знаете. Сейчас мы активно работаем, чтобы это создать наяву. Мы были в США, встречались с нашими коллегами из ДЕА — это федеральное американское агентство по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Мы подписали меморандум, и надеемся, что уже в этом году будут какие-то результаты. Естественно, что для нас самой главной задачей и проблемой является поступление героина из Афганистана в Россию. Эти цифры пока не впечатляют. Если общее количество тонн очень приличное, очень значимое, то чисто по героину мы пока имеем незначительные результаты. Будут ли в этом году они значительными? Я уверен, что будут. Мы отмечаем, что с момента вывода наших пограничников с таджикско-афганской границы, значительно увеличилось количество поступления героина в Россию. Цифры говорят сами за себя. Начиная с сентября прошлого года и по сегодняшний день, нами изъято свыше 10 крупных партий героина по Северному наркотрафику. В частности, только в январе этого года изъято 280 кг героина в Екатеринбурге афганского происхождения. Изъято 52 кг героина в Курганской области на границе с Казахстаном, тоже афганского происхождения. В прошлом году крупная партия героина была изъята в Московской области. Сейчас в производстве следственного департамента находится ряд уголовных дел, если суммировать объем героина, то это сотни и сотни килограммов. Поэтому это позволяет нам говорить о том, что этот наркотрафик действует активно, и если мы будем более эффективно работать, то будем изымать больше. Но опять же, с помощью коллег. Ведь пока мы не возвели великую китайскую стену на границе России. Не создали. Если бы это было, то весь бы героин останавливался на границе, изымался и не поступал в страну. Но мы значительно больше изымаем внутри России, чем на границе. Наша задача, чтобы все службы и ФСБ, пограничные войска ФСБ, МВД, таможенная служба, наша служба, чтобы мы свои усилия направили на взаимодействие с нашими коллегами и чтобы как можно больше героина изымалось на границе Республики Таджикистан с Афганистаном. Если они будут изымать десятки тонн, то эти тонны не попадут в Россию. Это очень серьезная работа. Работа на государственном уровне. Вы знаете, наш президент очень активно работает в этом направлении. Директор нашей службы и мы с коллегами очень активно работаем. Результаты, я думаю, будут лучше, чем те которые мы показываем сейчас. Но и эти результаты, которые мы имеем, обнадеживают.


Вопрос журналиста: Скажите, пожалуйста, с развитием клубного движения стали распространяться и синтетические наркотики, точки не только в Москве, но уже и в региональных центрах. Недавно на коллегии московского управления ФСКН Виктор Хворостян заручился поддержкой мэра Москвы Лужкова, в том плане, что Лужков пообещал содействовать в вопросах лишения администрации ночных клубов лицензии на работу, если будет установленно, что в этом клубе распостраняются наркотики. Каким образом стоит проблема взаимодействия Госнаркоконтроля с администрацией клубов в плане борьбы с распространением синтетических наркотиков?


Зубрин: Я участвовал в работе этой коллегии, о которой вы сказали. Коллегия состоялась 20 января. Там Лужков выступал очень серьезно. Мы договорились на этой коллегии, что если будем выявлять в каких-то ночных клубах продажу наркотиков, сбыт наркотиков разного происхождения: и растительного, и синтетического происхождения, то будет ставиться вопрос о лишении этих клубов и других заведений лицензий. Это серьезная проблема, инициатива эта заслуживает всяческого поощрения. Естественно, все нужно делать только в соответствии с законом. Нельзя огульно никого обвинять.


Рогожкин: Как вы оцениваете за период работы федеральной службы такой момент: понимает ли общество степень опасности, которая стоит перед ним. Как в этой связи оказывается поддержка вашим подразделениям? Как вы смотрите на эту проблему?


Зубрин: Это очень серьезная проблема. Учитывая то, что наша служба подчиняется президенту — это о многом говорит. Он нас создал своим указом и всецело нас поддерживает. Мы стараемся работать профессионально. Должен сказать, что у нас пока нет такого понимания, что наше общество осознает угрозу наркомании в стране. Не осознает. Приведу примеры. Знаете, есть группа так называемых правозащитников. Она работает, действует. И такие группы должны быть. Но она почему-то не говорит о тех серьезных делах, которые расследуются ФСБ, МВД, ФСКН. Не говорит о том, что наши сотрудники ежедневно рискуют жизнью, что есть среди них погибшие. И почти ежедневно происходит нападение на наших сотрудников. А пишут только о том, что кого-то привлекли незаконно к уголовной ответственности. Помните, кетаминовые дела... Да, это было. И мы совершаем ошибки. Мы работаем против организованной преступности, мы заинтересованы в том, чтобы общество оградить от наркоагрессии. Мы заинтересованы в том, чтобы общество повернулось лицом к этой стороне. И чтобы нам сделать действительно заслон наркомании. Чтобы у нас не было наркоманов в вузах, на государственных должностях, на работе с опасными источниками. Допустим, водитель автотранспорта? Если он наркоман, то представляете, какую угрозу он несет для нас всех. А сотрудники, которые работают на других более опасных источниках? Атомные электростанции! Поезда! Надо очень четко привить нашим гражданам мысль о том, что употребление наркотиков незаконно. И их не медицинское применение запрещено в стране.


Рогожкин: У нас даже против гриппа прививки делают не все, а вы говорите привить. Скажем так, как вы оцениваете возможности федеральной службы, ее подразделений, с точки зрения как раз, пропагандистских, просветительских мер, и как выглядит реальная ситуация. Даже видно, сколько вы не стараетесь все равно предпосылка такая, что этого мало, вам одним здесь не проехать эту тяжелую дорогу. Это мое мнение.


Зубрин: Мы проводим очень большую работу. За прошлый год свыше 114 тыс. публикаций, различных общественных акций проведено сотрудниками нашей службы. Это значительная цифра. Тем не менее — это капля в море того, что необходимо сделать. В каждом субъекте федерации создана антинаркотическая комиссия, которую возглавляет, как правило, губернатор или его заместитель. Заместителем этой комиссии является наш начальник управления ФСКН в субъекте федерации. Чтобы бороться с наркоманией, проводить ее профилактику — в каждом субъекте на это выделяются денежные средства.


Рогожкин: Их достаточно?


Зубрин: Их мало. В этом году на профилактику наркомании в России, на борьбу с наркоманией выделено 600 млн. рублей. Я вам скажу, бюджет госдепартамента США, который занимается борьбой с незаконным оборотом наркотиков составляет 33 млрд. долларов. Поэтому цифра, конечно, маленькая. Но мы рады и этой цифре, которой раньше не было и которая утверждена по федеральной программе по борьбе с наркоманией. В каждом регионе выделяются разные деньги на борьбу с незаконным оборотом наркотиков, от нескольких сотен тысяч до десятков миллионов в богатых субъектах. Мы надеемся, что эти цифры будут возрастать. Ведь они не идут на нужды нашей службы, хотя мы тоже нуждаемся в господдержке. Они идут на профилактику, на создание разных лечебных пунктов для наркоманов. Вы помните, раньше были ЛТП, сейчас их нет. Пока их создание невозможно, нет такого законодательства. Но ведь надо создавать лечебные учреждения для лечения наркоманов. Надо. Нужны деньги. Очень много программ: проведение соревнований, культурные зрелищные мероприятия и т. д. Кто это должен делать? Вот мы стараемся, чтобы через разные организации все это проводить, чтобы людей отвлекать от нездорового образа жизни.


Вопрос журналиста: Насколько я понимаю, прибыль, которую получают те организованные группы от продажи наркотиков, просто огромная. Не можете оценить размер наркобизнеса в России в прошлом году по обороту героина в деньгах?


Зубрин: Я могу руководствоваться данными ООН и нашей службы. В целом оборот наркобизнеса в мире составляет порядка 400 млрд. долларов. В России он оценивается в 15 млрд. долларов в год. Некоторые эксперты называют 10 млрд. или даже большую цифру, чем 15. Мы с вами до сих пор не имеем четкого учета людей, которые употребляют наркотики, которые умирают от передозировок. Только сейчас мы пытаемся создать такую систему в стране. Мы пытаемся с нашими коллегами из Минсоцздравразвития, Федерального агентства по спорту, Министерства образования и других ведомств создать такую систему. Кто сейчас добровольно пойдет и встанет на учет как наркоман? Это же проблема по всему миру. Россия руководствуется международным законодательством. Поэтому наивно думать о том, что они завтра побегут и все встанут на учет. Как те же призывники, которые побежали бы в военкомат и сказали: “Призовите нас в армию”. Это очень серьезный вопрос. Ведь считается, тоже нашими экспертами, что порядка 500 тыс. наркоманов стоит у нас на учете. Реальное же их количество это 5-6 млн. человек, как минимум. На самом деле, может быть и больше. Сейчас, конечно, наша задача и всего общества — как можно больше их выявить, потому что считают, что наркоманы — это больные люди. Давайте даже будем этой точки зрения придерживаться, то что больные люди. Пусть их всех поставят на учет. И разную степень лечения общество будет им назначать: кого-то нужно лечить по-настоящему, кого-то может ограждать от влияния. Хотя я считаю, что тот наркоман, который занимается сбытом наркотиков, является не больным человеком, а преступником. Его нужно привлекать к уголовной ответственности. Арестовывать и чтобы суд ему определял длительные сроки лишения свободы. Я считаю, что введение для наркосбытчиков, для всех членов преступных группировок, преступных сообществ занимающихся распространением наркотиков высочайшего уровня наказания, такой, как пожизненное заключение. Это является необходимым в наше время. Чтобы никогда общество с ними не сталкивалось. Для них как раз преград никаких нет, для них главная задача, как можно больше привезти героина, марихуаны, кокаина в страну. Их не волнует наша с вами судьба. Не беспокоит абсолютно. Вот это страшно. Они заведомо знают о том, что погибнет в России 50 или 100 тыс. человек, ну и ладно. Насколько это страшное зло.


Вопрос журналиста: Скажите, а вот просматриваются ли вопросы о введение обязательного тестирования на предмет употребления наркотиков в каких-то определенных категориях профессий: для студентов, военных?


Зубрин: Сейчас этот вопрос широко обсуждается. Мы эту тему подняли впервые в Кузбассе в Кемеровской области, когда произошел очередной взрыв на шахте и оказалось, что одним из виновников является наркоман. Он пытался себе ввести очередную дозу, развел костер и это привело к взрыву и гибели шахтеров. Там была проведена администрацией области вместе с нашей службой колоссальная работа. Были обследованы все шахтеры и выявлены сотни наркоманов. Там тестирование введено. Будет ли это в других сферах? Я считаю, что в ряде сфер это необходимо. Допустим, когда на работу принимается человек и будет работать с источниками повышенной опасности. Некоторые я уже назвал, там необходимо это тестирование. В отношении вузов? Может это тоже необходимо вводить. Сейчас этот вопрос дискутируется и давайте не будем пока ставить точку. Эта общественная дискуссия в настоящее время она очень общественно полезна. Мы должны к какому-то выводу в ней прийти. Это нужно делать для России. Будет ли это ущемлять права граждан или не будет? Я как бывший прокурор пытаюсь все это направить в правовое русло. Но считаю, уважая права конкретного человека, мы не должны забывать о том, что он-то, как раз ущемляет права общества в целом. Этот гражданин, который употребляет наркотики и, особенно, который их сбывает. Наверное, для общества полезнее все-таки защищать свои права в целом, чем права отдельного правонарушителя. Давайте эту широкую дискуссию проведем и тогда к какому-то выводу с вами придем. Мы же дискутировали о введении конфискации имущества. Нас поддерживали. И сейчас, я знаю, уже в Госдуме проект закона готов. Скоро эта норма будет снова возвращена в Уголовный кодекс. Во всех цивилизованных странах мира существует конфискация имущества. Почему сделали исключение в России? Мы же нарушаем международное право, международные конвенции, международные договоры. Так и здесь. Я думаю, что в России не надо этого бояться, и надо в разумных пределах вводить эту систему.


Вопрос журналиста: Вопрос о системе комплектования кадров ФСКН. В будущем предполагается открытие учебных заведений, может быть на базе милицейских школ или военных училищ, для подготовки специалистов ФСКН. Или вы будете набирать их из силовых ведомств?


Зубрин: Вы знаете, когда наша служба создавалась, то в налоговой полиции была академия, которая была передана МВД по профилю, т. к. там готовились специалисты в сфере налоговых расследований. Нужен ли нам ВУЗ для службы? Я считаю, что нужен. Пока для нас в основном готовят специалистов учебные заведения системы МВД. Мы договариваемся с нашими коллегами из правоохранительных органов, которые имеют свои ВУЗы или институты повышения квалификации, и на их базе наши сотрудники проходят переподготовку. Я не готов сказать, что мы такой ВУЗ быстро создадим. Даже если создадим один, наверное, нам не будет хватать этих специалистов. Пока у нас нет особой кадровой проблемы, но на будущее, конечно, хотелось бы, чтобы у нас был свой ВУЗ, чтобы мы имели развитую систему переподготовки кадров. У нас сейчас есть 2 института повышения квалификации — Петербургский и Дальневосточный. Санкт-Петербургский уже создал свой филиал в Уфе.


Вопрос журналиста: Если, допустим, оборот наркобизнеса в России оценивается 15 млрд. долларов в год, то тогда вопрос по поводу вашего финансирования. Сколько получает ФСКН из федерального бюджета?


Зубрин: Могу сравнить наш бюджет с ДЕА - аналогичной американской службой. Так вот он примерно где-то в 8 раз меньше, чем у ДЕА. А там в 3 раза меньше сотрудников, чем у нас. Я считаю, что все-таки государство уделяет нам серьезное внимание в обеспечении различными средствами, в том числе транспортом и связью. Мы очень довольны, что создали на современном уровне экспертную составляющую нашей работы — у нас прекрасные лаборатории, у нас лучшие специалисты, криминалисты, дактилоскописты... Сейчас мы создали уникальную фоноскопическую экспертизу.


Рогожкин: Владимир Викторович, спасибо вам и вашим коллегам за то, что она состоялась и успехов в работе, значение которое не переоценить. Спасибо вам.


Зубрин: Спасибо вам большое.



    Партнеры