Fresh art: главное - пониже спустить штаны…

Только в “ЗД”! Вся правда о том, как трио накрашенных красавцев залечило Киркорову душу после его развода…

3 марта 2006 в 00:00, просмотров: 1073

В международный женский день на традиционном показе у Валентина Юдашкина впервые все увидят то, о чем уже некоторое время нервно шепчется вся гламурная Москва. Филипп Киркоров и поп-фэшн-трио Fresh Art обнародуют свой совместный номер “Кайф”.


Об их “шурах-мурах” — только и разговоров. Ради публичных смотрин квартет скандалистов облачится в наряды маэстро Юдашкина, что тоже скандально, хотя и вежливо. Заявиться на показ к признанному кутюрье в собственных шелках (в крое и шитье “Фреш Арты” и сами доки) было бы, конечно, вопиющим моветоном. Помимо “модной” присутствует еще и занимательная музыкальная составляющая — сама песня “Кайф”. Ее написал Тимати, именитый “фабрикант”. В силу своих африканских корней накидал туда изрядную порцию рэпа. Представляете Киркорова в рэпе? “ЗД” послушала и, сказать честно, порадовалась за сладкоголосого Фила: свеженько, модненько, голосисто.

Fresh Art, со своей стороны, тоже и неожиданно оказались органичны. Все, что они пели как трио модников до сего дня, было хоть и добротной, но крайне замороченной фишкой, понятной только эстетам и экзальтированным особам.

Филипп ради новой премьеры на один день прервет трехмесячный тур по Германии, где он в поте лица оправдывает врученную ему на последней церемонии ZD Awards спецпремию “Король рекордов” — 50 концертов по всей стране, крупнейшие залы, включая именитый “Фридрихштадтпалас”, мегашоу и все такое. Десять аншлагов уже позади. Никто прежде из наших артистов таких рекордов на Неметчине не ставил.

* * *

Итак, новый скандальный союз, новые фавориты, новые лица, свежие сплетни. Что, откуда, почему? Сперва на допрос к “ЗД” были приглашены Давид, Аслан и Алик — то самое трио Fresh Art.

— Первым вашим нарядом для Киркорова был белый костюм и какая-то занавеска на голове, что сильно всех позабавило…

— Это не занавеска. Это — дорогое кружево, и оно ему шло. Мы не делаем ничего, что, на наш взгляд, было бы неприменимо для нас самих и не было бы красиво. В тот момент мы считали, что это должно быть так, этому там место, и ничего это не означало, кроме того, что было красиво.

— То есть это была не фига в кармане? Не изощренная шутка модных зазнаек над своим доверчивым клиентом?

— Мы относимся с большим уважением к людям, с которыми работаем. Иначе это не имеет смысла.

— Вы на одном из ваших фото все в коронах, и еще одна корона сверху — большая. Боря Моисеев сказал на это, что у вас мания величия…

— Это совершенно очевидно! У нас действительно есть мания величия. Знаете, если ты на показе в драной майке с надписью “Дерьмо” — это воспринимают как юмор, а если в короне — то почему-то серьезно.

— Кто вы больше все-таки — артисты, модельеры, стилисты?

— Все сразу.

— Не тяжело?

— Нам нравится. Мы делаем только то, что доставляет нам удовольствие. Мы, например, всегда думали, что делаем поп, но когда приносили песни на радиостанции, нам говорили, что это очень сложная и непроходная музыка. Ну и ладно. Зато нам было в кайф. То же — с одеждой. Каждое наше выступление сопровождалось тщательной подготовкой внешнего вида. Для артиста всегда необходимо выглядеть так, как он считает нужным. Нам не хотелось выглядеть ни парнями из соседнего двора, ни щеголями из ближайшего бутика. Всегда хотели чего-то совсем особенного и непохожего ни на что. К музыке и моде, честно сказать, никто из нас прямого отношения не имел.

— Вот поэтому многие и обвиняют нашу эстраду в отсутствии профессионализма. Кто ни попадя ею занимается, не так ли?

— Ну да, мы дилетанты. Мы не скрываем. Но мы, собственно, ни на что не претендуем, никому себя не навязываем. Мы предлагаем, а многим это нравится, и нас просят. Зачем отказывать?

— А как возник Филипп на вашем горизонте?

— Мы вдруг решили, что он нам позарез необходим, когда в прошлом году был показ на Красной площади. Последнее платье на показе — это обычно жених и невеста. Тогда уже пошли слухи, что Филипп опять обрел свободу, и мы решили, что он должен быть женихом. Мы сшили чудесный белый костюм для этого. Но тогда мы с ним еще не были знакомы и очень осторожно навели мосты через Настю Стоцкую. Но Филипп закапризничал. Как оказалось, он принял наше предложение за программу “Розыгрыш”. Но потом парень снизошел до нас, и нам это было очень приятно. На afterparty нас попросили спеть, Филипп увидел нас и предложил записать с ним дуэт. Теперь наш проект перерос в человеческую дружбу.

— А вас не пугает репутация очередных киркоровских фаворитов?

— Нет. В нашей жизни было всякое, и нашу репутацию сложно испортить. Так же, как и Филиппа. И потом, считаться партнерами Киркорова — не самая плохая репутация, если вы на что-то намекаете. Наоборот — такая репутация, на наш взгляд, знак высочайшего профессионального калибра, уровня и признания.

— Вы и впрямь обшили полтусовки. Теперь — и Киркорова. А вот Аллы Борисовны нет в вашем списке побед. Вы не знаете, что для нее сшить?

— Наверное, она нас не очень хорошо еще знает. Она видела нас однажды — на концерте у Сергея Зверева — и отметила, что мы слишком сильно накрашены.

— Видимо, это ее отпугнуло… А было такое, чтобы кто-то отказался от вашего костюма?

— Боря Моисеев. Мы ему сделали потрясающий костюм, строгий, белый, с хорошим кроем, все причинные места закрыты, но он был весь в репродукциях гравюр Тома оф Финланда. Боря посмотрел, сперва ему понравилось, а потом пригляделся к этим картинкам с гей-порно и сказал: “Ребят, вы чё, охренели, я это в жизни не надену”. А Лайма увидела и сказала: “Это очень круто. Я хочу это иметь”. И надела.

— Дуэт “Кайф” с Киркоровым стилистически сильно отличается от ваших прежних работ. Было сложно записывать эту песню?

— Мы до последнего не знали, что за песня. Приехал на студию Тимати и сказал, что будем читать рэп. “Смотрите, — говорит, — ловите ритм”. Вроде поймали. В принципе у нас со слухом все в порядке, поэтому не было тяжело. Он послушал и сказал: “Ну что, чуваки, верю”. А потом, в рэпе что главное? Штаны ниже опустить — и все будет в кайф…

* * *

Филиппа “ЗД” застала на каком-то германском автобане по пути на очередной аншлаговый концерт его тура. В трубе что-то хрипело, булькало. Особо не разговоришься. Но кое в чем и он успел признаться:

— Когда ребята мне позвонили перед тем знаковым, как сейчас оказалось, показом на Красной площади, я как раз только развелся с Аллой. Был конец марта. Настроение было поганое. И я подумал: “А пойду-ка я на эксперименты”. Знаешь, как в омут с головой. Потом был сам показ. Они мне сделали шикарный белый костюм, и он лег потом в основу целого номера “Карнавал”, с которым я выступил на церемонии World Music Awards в Лос-Анджелесе. На самом деле из-за костюма и выступил. От костюма родился номер, от номера родилась сумасшедшая подтанцовка, которую сделал Сергей Мандрик из “Стрит Джаза”. И когда все было готово, я подумал: “Да, надо, конечно, ехать на WMA с такой-то красотой”. Так что, если бы не встреча с Fresh Art, я бы так и сидел в депрессии и никуда бы не поехал. Двадцать лет назад я начинал в белом костюме от Зайцева, теперь опять заново начинаю — тоже в белом, только уже от Fresh Art. Это — толчок, кураж. Ребята очень энергичные, они заряжают. Как-то все складно получилось. Толик Лопатин сделал хорошую аранжировку. Тимати написал хорошую песню. Здорово! Мы вообще должны были “Карнавал” вместе петь, но они посчитали, что для них это совсем откровенная попса. Потом нашлась песня “Кайф”. И теперь я балдею от того, как это все сделано. Хотя это не значит, что теперь я все время буду петь с ними. Это — не проект. Это — просто песня.





Партнеры