“Если завтра война”?

Корреспондент “МК” передает из Приднестровья

17 марта 2006 в 00:00, просмотров: 168

Завершается вторая неделя блокады Приднестровья. Молдова и Украина не желают идти на попятный, все обсуждения проблемы сводя к постулату: “это сделано для упорядочения”. “Порядок” получился на диво. Молдавия и Украина несут миллионные убытки. Не говоря уже о Приднестровье, где люди, оторванные от бесполезных теперь станков и машин, выстраиваются в очереди… в Координационный совет общественных организаций ПМР, чтобы записаться в пикетчики на границе. Что происходит в блокадной республике, что чувствуют и думают граждане Приднестровья, сдюжат ли они или сорвутся в беспорядки и агрессию — чтобы выяснить это, в Приднестровье отправился корреспондент “МК”.


“Вы в Приднестровье? В Тирасполь? О! Что там сейчас творится!” — воскликнул таксист в Кишиневе, везший меня из аэропорта на автовокзал. За 20 минут дороги Мирча провел для меня краткий социально-политический “ликбез” о жизни в Молдове: денег нет, работы нет, жизни нет. А потом вдруг заявил: “Мне стыдно перед всем Приднестровьем за этих козлов (он показал пальцем вверх). Мне стыдно просто поехать в Бендеры или Тирасполь, как я это делал еще несколько месяцев назад. Да половина Молдовы ездила в Приднестровье за дешевыми винами и коньяком, а теперь мы не можем туда поехать по моральным соображениям!”

По словам Мирчи, правительство уже довело до ручки собственную страну, а теперь вновь принялось за Приднестровье.

“Кошмар, что они учудили. На хрена нам это надо? Мы всегда жили в мире и согласии, были братьями, а сегодня — враги? Бред какой-то! Эти идиоты (опять жест наверх) к Румынии хотят — ага, как будто не знают, что у румын молдаване испокон веку рабами были”, — кипятится таксист. По его словам, народ на сегодняшний день настолько устал от кошмарной жизни, что готов присоединиться к кому угодно: к Украине, к России, к Евросоюзу — только бы жизнь наладилась. Но правительство — себе на уме.

* * *

— Так, мальчики-девочки, — кричит кондукторша в автобусе Кишинев—Тирасполь взрослым людям, — быстренько заполняем регистрационные талончики. На границе огромные пробки, а у нас — расписание. Нам опаздывать нельзя!

Но на границе — спокойствие. Пробок нет. Стоит палатка с флагом ПМР, рядом люди с плакатами: “Россия, не забывай” и “Нет блокаде!”, поблизости огромная куча сырых дров.

— Мы тут “частями” стоим. Пока одни в палатке греются, другие на улице. Потом меняемся, — говорит женщина-пикетчица.

На мой вопрос, сколько же стоять они еще тут собираются, упрямо мотает головой и заявляет:

— До тех пор, пока не кончится это безобразие или пока не подохну! А какая разница, где подыхать? Дома от голода или здесь от холода?

К сожалению, разговаривать некогда — автобус уже отходит, обещаю приехать на следующий день, чтобы вместе с ними помитинговать, и бегу в автобус.

* * *

Тирасполь. Железнодорожный вокзал. Из всех сотрудников на месте, извините, только смотрительница туалета с подругой.

— Так а чего тут делать-то? Работы нет. Еще месяц назад здесь в сутки более 20 поездов проходило, народу полно было, а теперь — ни одного поезда нет. Все проданные билеты возвращены. Закроют нас к чертовой матери! Зачем городу вокзал, если нет поездов? — горько говорит женщина.

Ей 51 год, всю жизнь живет в Тирасполе. Сегодняшним положением дел возмущена до предела.

— Нас опять ставят на колени! Только мы зажили нормально, только жизнь наладилась, и на тебе! Вот смотрите, у меня три дочки. Одна замужем за молдаванином, живет в Кишиневе, вторая вышла за местного, третья — маленькая еще. Ну и кто как живет? Та, что в Кишиневе, — с хлеба на воду перебивается, поскольку с работой и с деньгами там трудно. А та, что за местного выскочила, живет замечательно. Приднестровье — прекрасная страна, которая никому ничего не должна. Тут прекрасные люди, которые умеют работать и, что самое главное, которым дают работать! Теперь из-за этого идиотизма с границей у нас наступают трудные времена, — рассказывает она.

В магазинах, слава богу, пока цены не взвинтили. Ни очередей, ни ажиотажа нет. Народ вроде бы живет по обычному графику. Но общий настрой — ужасный. Местная газета выпускает экстренные выпуски с крупными заголовками “Приднестровье в блокаде!”. По радио и телевидению идут постоянные обращения президента непризнанной республики к народу. В Интернете открыт специальный сайт с самой последней информацией о развитии ситуации.

— Положение сейчас очень напоминает времена 1991—1992 годов. Очень страшно об этом думать, о том, что могут начаться какие-то военные действия, но ситуация очень знакомая. Не дай бог! — доводилось слышать в беседах не раз.

* * *

— Кто нагнетает ситуацию? Кто “самозабаррикадировался?” — возмущается министр по делам печати Приднестровья Владимир Медведев. Вчера Украина в очередной раз сообщила, что власти Приднестровья сознательно раздувают скандал, причин для которого нет. Мол, приднестровцы себя сами заблокировали.

— Вы знаете, мы специально проехали по украинской территории, по приграничным селам и подворьям. Они все забиты фурами! А Украина заявляет, что у них нет никаких проблем с товарами. Есть проблемы! Сами себе же все и испортили.

По словам Медведева, украинская сторона явно провоцирует Приднестровье на развязывание конфликта.

— Посудите сами. Сейчас на украинской границе усиленные посты. До 30 человек у них теперь там дежурит. Сначала все были одеты в тяжелые бронежилеты. Потом, видимо, устали их носить, сейчас сменили их на легкие. Так кто после этого нагнетает ситуацию? Наши пограничники никакого “усиления” не получали и никаких бронежилетов не носят. Нам повторение военных событий не нужно! — говорит министр.

Но в кулуарах пресс-центра, который был создан в связи с чрезвычайным положением и куда стекается информация о состоянии дел со всей республики, нет-нет да и промелькнет чья-то фраза: “Как бы не было войны”…




Партнеры