Под графом — секретно

Потомок Льва Толстого раскрыл “МК” семейные тайны

23 марта 2006 в 00:00, просмотров: 743

Жители Ясной Поляны зовут его просто — граф Толстой. Но на графа он совсем не похож — легкомысленная шапка-ушанка, курточка не по погоде (“утром прилетел из Бельгии”) и детская, искренняя улыбка.

Праправнук великого русского писателя, 43-летний Владимир Ильич Толстой, переехал в Ясную Поляну 11 лет назад, женился на очаровательной тульчанке Катерине, родил двоих сыновей и вовсе не жалеет о том, что оставил родную столицу и престижную работу.

Возвращение в усадьбу

В Ясной Поляне я оказалась случайно: знакомые из фонда защиты животных позвали с собой — посмотреть на яснополянских косуль. Кстати, из-за косуль мы и поехали: они, а также кабаны и зайцы, часто становятся мишенью браконьеров, которые стали выезжать на охоту на снегоходах. А у яснополянского егеря в распоряжении — две ноги да лошадь. По сугробам за браконьерами не набегаешься: площадь-то у Ясной Поляны — почти 420 га! Поэтому защитники животных решили подарить музею-заповеднику новенький “сноумобиль”.

Но машина почему-то заводиться отказывалась. “Наш-то транспорт понадежнее будет”, — шутил граф, показывая на соседнюю конюшню, где содержится около 30 лошадей. Наконец, когда “электросани” легко сорвались с места, мы побежали греться в кучерскую избу, где под самовар и антоновские яблоки из садов Толстого вели неспешную беседу с Владимиром Ильичом.

…Журналист по профессии, окончивший международное отделение журфака МГУ, Владимир Толстой 12 лет работал в некогда популярном студенческом журнале, был доволен карьерой и не планировал менять жизнь. Но судьба распорядилась иначе.

В 1991 году в Москве, а потом в Ясной Поляне собрались потомки Толстого, человек двадцать из разных стран — это был их первый массовый приезд в Россию. В усадьбе писателя их приняли с шиком. Но когда они собрались уезжать, к ним подошел местный житель и заявил: “Вам пустили пыль в глаза, а на самом деле у нас много проблем. Застраивают охранную зону, пилят лес — сделайте что-нибудь!”

Вернувшись в Москву, Толстые устроили семейный совет. И поручили Владимиру Ильичу провести журналистское расследование. Весной 1992 года Владимир приехал в Ясную Поляну, три недели жил в деревне и досконально разобрался в ситуации. Результатом стала публикация “Последняя усадьба России”. Статья наделала шуму. Тогдашний министр культуры Евгений Сидоров пригласил на совещание старшее поколение Толстых (Сергея Михайловича из Франции, академика Никиту Ильича, художника Олега Владимировича, отца Владимира профессора Илью Владимировича и самого Владимира Ильича), на котором и решили, что с этим безобразием нужно что-то делать, и будет лучше всего, если в усадьбу вернутся Толстые. Вот, мол, сидит молодой Толстой, который во всем разобрался. Кому как не ему возглавить усадьбу!

— Мне дали неделю на размышления, но я согласился сразу, — говорит Владимир Ильич, — и ни разу о своем решении не пожалел.

Правда, вернуться в историческую усадьбу оказалось не так просто, как все думали. Реализовать озвученное на совещании в Минкульте предложение удалось лишь через два года. Прежний директор Ясной Поляны уходить не собирался, да и тульское руководство, некоторые члены которого имели прямое отношение к “строительному скандалу”, было не в восторге от этой идеи. И когда молодому Толстому уже начало казаться, что ничего не выйдет, неожиданно все разрешилось. Не последнюю роль сыграл в этом Борис Ельцин, который прилетел в Ясную Поляну в ноябре 1993 года на вертолете и огласил указ о включении усадьбы в свод особо ценных объектов культурного наследия РФ.

Владимир Ильич 9 месяцев “проникал в музейную среду”, работая в управлении музеев Минкульта. Разработал собственную программу развития и сохранения музея “Ясная Поляна”. И с ней поехал в историческую усадьбу.

Сначала жил в гостиничном номере профсоюзного дома отдыха, и лишь год спустя Минкульт выделил ему служебное жилье (частный деревенский дом), где он живет и по сей день. Сначала к “графу” относились в деревне настороженно, долго присматривались. А теперь души в нем не чают.

В деревню, в глушь, в Поляну!

— Нет, Москву было покидать не страшно, — предвосхищает мой вопрос Владимир Ильич. — И чем больше времени проходит, тем больше я счастлив. Москва близко, я там регулярно бываю, встречаюсь с чиновниками... Но дом мой здесь, и сюда я всегда стремлюсь вернуться. Ни в Москву, ни в Нью-Йорк, ни в Лондон меня так не тянет.

Местные жители говорят, что если раньше Ясная Поляна была казенным музеем, то новые Толстые вдохнули в нее жизнь. Они возродили семейные праздники — например, летний праздник сенокоса, который устраивали во времена Льва Николаевича. Все семейство (около ста человек) непременно собирается косить сено и варить яблочное варенье из урожая знаменитого толстовского сада. Американец Александр Толстой, который собирает кулинарные рецепты, был в диком восторге от пенок с варенья. Здесь празднуют и традиционные для Ясной Поляны Рождество, Масленицу и Троицу.

Смешно сказать, но с появлением Толстых в Ясной Поляне и животные стали плодиться активнее. Было время, когда в заповеднике куда-то пропали даже воробьи! А теперь белки ходят как у себя дома, косули разве что с рук не едят. Не говоря о “домашних” гусях и лошадях.

Но у самого Владимира Толстого живности в доме нет — некогда за ней ухаживать. Все силы отнимает работа, общественная и научная деятельность. Екатерина Александровна тоже при деле: заведует музейным детсадом, да и вообще во всем помогает супругу.

— Одиннадцать лет назад в музее было 97 сотрудников, сейчас — 550. И раньше Ясной Поляной была лишь ее центральная часть — дом, могила, заповедник… А теперь мы содержим филиалы в родовом имении Никольское-Вяземское, в Пирогово, где жил брат Льва Николаевича. Из бывшего уездного города Крапивны мы пытаемся сделать первый город-музей под открытым небом. Открыли железнодорожную станцию Ясная Поляна и пустили прямой экспресс из Москвы, — рассказывает Толстой.

Хозяйство также включает в себя гостиницы, выставочный зал, турагентство, книжную лавку, художественный салон, издательский дом, отделы народного творчества. За 10 лет количество посетителей Ясной Поляны увеличилось в 10 раз. Мечта “графа Толстого” — включить в структуру Ясной Поляны гимназию, построенную дочерью Льва Николаевича. Пока закон этого не позволяет, но он не теряет надежды.

— Наша система воспитания в детском саду дает удивительные результаты. После него обидно отправлять детей в обычную школу, — говорят молодые Толстые.

Прапрадедсад

Детсад — особая гордость потомка великого писателя. В основу воспитания малышей здесь положены педагогические принципы прапрадеда. И хотя Лев Николаевич не оставил какой-то четкой методологии, сейчас его принципами пользуются во всем мире (на них построена зарубежная гуманитарная система). Один из них — “учитель и ученик должны быть интересны друг другу”. Но самый главный — принцип внутренней свободы детей. Их ни к чему не принуждают и ни за что не наказывают. Задача педагога — не напичкать ребенка знаниями, а пробудить интерес к ним. Если ребенок во время занятия не будет сидеть смирно, а станет играть в уголке — его никто не одернет. Может, потом он расскажет урок лучше всех?

В необычный детсад берут самых обычных детей. В приоритетном порядке — детей музейных сотрудников и жителей деревни Ясная Поляна. Плата символическая, а очередь — громадная. Отдать сюда своих чад мечтают родители и из окрестных деревень, и даже из Тулы.

Главное, считает Владимир Иванович, что дети растут и воспитываются именно здесь и в музее бывают минимум раз в неделю. Сотрудники музея проводят с ними занятия в местной оранжерее, где растет всякая экзотика — кофе, лимоны (например, на днях дети съели поспевший яснополянский ананас). В доме Толстого им разрешают трогать книги детей Льва Николаевича. Очень любят малыши кучерскую избу — ее смотрительница Нина Владимировна показывает, как пекут хлеб в крестьянской печи. Дети сажают деревья и изучают азы программирования — в музее работают люди сотни профессий, и каждому есть чему их поучить. Все это Толстой называет “невероятным обилием живых знаний”.

— Результаты нас просто-таки вдохновляют! — гордится он. — К нам приходят дети разного уровня, но все они быстро развиваются. У нас было уже три выпуска, дети пошли в разные школы, но везде они в классах лидеры. Не только по знаниям, но и по уверенности в себе. Все они маленькие личности со своей точкой зрения.

Своих детей потомок Толстого воспитывает точно так же. Две его взрослые дочери от первого брака, 21-летняя Настя и 18-летняя Катя, живут в Лондоне. Старшая окончила Оксфорд по специальности “русская и английская литература”, работает в крупной инвестиционной компании. Младшая учится, но работать хочет в России. И обе связывают свою жизнь с Ясной Поляной. А младшие дети, Андрей и Ваня, 9 и 7 лет, в Ясной Поляне родились.

— Я им завидую — они коренные яснополянцы, — говорит Владимир Ильич. — Наш род идет от третьего сына Льва Николаевича, Ильи Львовича. Мой отец родился в эмиграции, в Югославии. Дед, белый офицер, после войны в 1945 году принял решение вернуться в СССР. Чудо и фамилия спасли их — лично Сталин принимал решение о судьбе эмигрантов Толстых. Бумаги деда сгорели вместе с его подмосковным домом. Но я успел прочитать куски его дневника середины 30-х годов. Он мечтал вернуться в Россию. И очень хотел, чтобы внуки родились в России, а правнуки, если даст Бог, — в Ясной Поляне. И вот невозможная по тем временам мечта моего деда сбылась. Мы со старшим братом родились в Москве, мои дети — здесь.

О своей второй жене Владимир Ильич отзывается исключительно восторженно. Екатерина Александровна окончила исторический факультет Ленинградского университета по специальности “медиевистика” (история искусства Средних веков и Возрождения). Перед поступлением в аспирантуру приехала в родную Тулу навестить родителей. Зашла с друзьями в Ясную Поляну (Владимир Толстой как раз только начал работать ее директором) и неожиданно для себя спросила, нужны ли музею молодые специалисты. “Очень нужны”, — ответил Владимир Ильич. С тех пор они не расстаются. Их сыновья учатся в православной гимназии в Туле, изучают помимо основных предметов Закон Божий, историю религий. Двухэтажный трехуровневый деревянный дом Толстых находится на самом верху деревни. “Не самый богатый дом у нашего графа, есть тут и побогаче”, — говорят яснополянцы.

— В нашем доме свой дух, своя атмосфера. Его построил лет тридцать назад какой-то чудак — любитель старины и древности. Но в основе нашего дома — старинный каркас. Он стоит на железных балках середины XIX века, в нем столетний паркет и древние перекрытия.

…Вечером мы всей компанией переместились в яснополянское кафе. И я наконец задала вопрос, который все время вертелся на языке.

— Нет, я не вегетарианец, — улыбнулся Владимир Толстой. — Во-первых, не хочу никого копировать, даже великого предка. Во-вторых, Лев Николаевич пришел ко многим своим убеждениям в зрелом возрасте. Вообще, Толстой — личность не всегда мне понятная, но всегда интересная. Больше всего я люблю его дневники и мудрые мысли на каждый день.

Впрочем, все Толстые — люди своеобразные. Внук Льва Николаевича Илья Толстой создал первый аквапарк в США. Фекла и Петр (троюродная сестра и двоюродный брат Владимира) — телеведущие. Толстые живут в США, Канаде, Швеции, Италии, Франции, Уругвае...

— И я знаю практически всех. Мы переписываемся, узнаем, где родился новый Толстой, где свадьба, где похороны. У нас сильный генотип — все Толстые чем-то похожи друг на друга, — говорит Владимир Ильич.




Партнеры