Не объединяйтесь с кем попало!

Владимир Войнович: “Фашизм — это болезнь, а с болезнью не сотрудничают”

29 марта 2006 в 00:00, просмотров: 224

В конце января по инициативе “Единой России” был подписан Антифашистский пакт — “Соглашение о противодействии национализму, ксенофобии и национальной розни”. Участники пакта высказали убеждение, что национализм и ксенофобия несут угрозу целостности государства. По разным причинам этот пакт не подписали КПРФ, “Родина” и “Яблоко”. А месяцем раньше в Москве заставил говорить о себе “круглый стол” с эпатирующим названием “Фашизм в современной России”. Острой была дискуссия вокруг усиливающихся контактов демократического “Яблока”, а точнее, его молодежной группы с партией национал-большевиков Лимонова. Тогда же Московская демократическая группа упрекала бывших демократов из “Яблока” в том, что они “содействуют распространению в России фашистской идеологии”.

Хотя “яблочники” отбиваются от обвинений, но в предвыборной кампании в Мосгордуму “Родина” и “Яблоко” подыгрывали друг другу. Шоком для многих оказалось “Письмо 500” о запрете еврейских организаций в России. Под ним стояли подписи 19 депутатов из фракций КПРФ и “Родины”. Хотя президент 27 января осудил ксенофобию, но этот факт не убеждает в том, что для нашего общества не существует угрозы фашизма.

В этой связи мы обратились к известному писателю, интернационалисту по убеждению, Владимиру Войновичу. Всем интересен взгляд на эту сложнейшую проблему человека, всерьез размышляющего над судьбой России.

— Если прислушаться к безответственной фразеологии иных политических функционеров, то невольно возникает недоумение, как они могли оказаться во властных структурах. Играющим в политику явно не хватает культуры мышления. Их идейные ориентиры проникнуты духом национализма. У мыслящего человека это вызывает невольный протест. Скажите, Владимир Николаевич, насколько совместимы такие понятия, как “интеллигенция” и “национализм”?

— Если речь идет о подлинной, а не мнимой интеллигенции, то никак не совместимы. Отличительным признаком интеллигентного человека является человеколюбие и уважение к людям любых национальностей, вероисповеданий и цветов кожи. Отсутствие этого качества лишает человека интеллигентности.

— Молодые подражатели фашистской атрибутике, рисующие свастику, болтающие о чистоте крови, наверное, не знают, что даже в окружении Гитлера были явные полукровки и он об этом знал. Например, Мильх, возглавлявший Люфтганзу, был наполовину евреем и даже заслужил от Гитлера золотой партийный значок. Как, по-вашему, может ли нормальный человек в ХХI веке настаивать на чистоте своей крови и разжигать в себе враждебные чувства к людям других национальностей?

— Во мне столько всякого намешано, так что же мне, с самим собой враждовать?! Есть у меня русские, сербские, еврейские и прочие корни. А в Германии мне сделали операцию на сердце и переливание крови, так что теперь во мне течет еще и немецкая, а то и турецкая кровь. Но при этом я всегда считал себя россиянином и даже русским. Да что я! Нас, полукровок или даже многокровок, на планете так много, что мы наверняка составляем уже абсолютное большинство и можем объявить войну любым поборникам “чистой расы”.

У меня есть одна знакомая американка. В советское время она работала гидом на выставке Соединенных Штатов в Москве. И один из посетителей поинтересовался у нее, “чистокровная” ли она американка, на что услышал ответ: “У нас в Штатах чистокровными бывают только лошади и собаки”.

— Вам лично приходилось сталкиваться с откровенным проявлением национализма?

— К счастью, лично в моем кругу общения националисты сегодня не водятся. Раньше, да, мне встречались люди, которые предвзято относились, например, к неграм. Но теперь этих людей около меня уже нет, поскольку когда я слышу подобные вещи, то всегда реагирую очень резко. Даже глупые шутки вроде тех, что кто-то “только что слез с дерева”, мне всегда были неприятны. Им я всегда давал и буду давать отповедь.

— Агрессивные “патриоты” у нас, да и в других странах, совершают убийства людей по национальному признаку, оправдывая свое злодеяние любовью к своей стране. Свою агрессию они подпитывают ненавистью к “чужим”. Какие чувства они вызывают у вас?

— Я категорический противник всяческих видов ксенофобии. Мало того что националисты являются врагами иностранцев и приезжих, так они еще и враги своей собственной страны, поскольку, порождая в обществе атмосферу взаимной ненависти, они делают все, чтобы в таком государстве было неуютно жить всем.

К тому же они еще и далеки от реализма. Дело в том, что в последнее время мир очень изменился. И если где-то национальная нетерпимость становится нормой жизни, весь внешний мир тут же начинает оказывать на эту страну давление. Он не может реагировать иначе, поскольку национализм — это вызов всему человечеству. Вот и выходит, что националисты — вовсе не патриоты, потому что приносят зло в первую очередь своей родине.

Чем еще плох национализм для России? Тем, что Россия очень богата национальностями, особенно Москва. И бороться с кем-то по национальному признаку — прежде всего наносить удар самому себе.

Диалог между нациями схож с общением в коммунальной квартире. Если общение мирное — всем от этого только польза, но если кто-то начинает вредничать, он сам же от этого в первую очередь и страдает.

— Но ведь “национальная коммуналка” — признак не только России. Вы часто бываете в Мюнхене. Там, на родине германского национал-социализма, наверняка тоже существуют подобные проблемы?

— Вообще-то эта зараза существует везде, но в Германии ее меньше, чем где бы то ни было. Да, когда-то это была фашистская держава, но она давно превратилась в современное демократическое государство. Немецкий народ извлек хороший урок из чудовищных преступлений нацистского режима. Урок, экзамен по которому нам только предстоит пройти.

Зараза национализма есть везде, и она пока, к сожалению, неискоренима. Дело в том, что в обществе всегда находятся люди, страдающие комплексами неполноценности, люди, которые могут самоутвердиться лишь одним способом — ублажая себя мыслью, что он “чисто русский” или “чисто француз”.

— Наше общество поставлено перед трудной проблемой самозащиты, а правительство и его правовые и силовые структуры обязаны бороться с ростками национализма. Но как осуществлять борьбу? Каленым железом? Воспитанием?

— Бороться следует в зависимости от степени поражения этой болезнью. Насильно человека от комплексов, конечно, не освободишь. Но кого-то можно переубедить, с кем-то следует перестать общаться, а особенно рьяных, тех, кто режет таджикских девочек, нужно обязательно судить и давать им большие тюремные сроки. Не надо только делать вид, что проблемы национализма не существует. Она есть, и с ней обязательно нужно бороться. Поэтому государство непременно должно следить, чтобы в стране не создавались группы, объединенные ненавистью к людям иной национальности или веры.

— К сожалению, иные оппозиционные политики, вроде бы не самые глупые люди, объединяются с националистами во имя борьбы за светлое демократическое будущее, против “путинского тоталитаризма”…

— Дружить с националистами даже во имя благой цели нельзя. Тем более во имя свободы. Во время войны с Германией многие люди свои симпатии делили между фашистами, коммунистами, а потом некоторые (особенно те, кто попадал из немецкого лагеря в советский) убеждались, что хрен редьки не слаще и что враг твоего врага тоже может быть негодяем.

Жизнь очень сложна, чтобы делить ее на черное и белое. Политики часто пренебрегают принципами и в надежде достичь желанной цели объединяются с кем попало, но в конце концов это ни к чему хорошему не приводит. Национализм — это такая зараза, любое соприкосновение с которой способно принести непоправимый вред в первую очередь тому, кто выбрал его в союзники.

Это — болезнь, а с болезнью не сотрудничают. Ее лечат, иначе есть опасность заболеть самому.





Партнеры