Три версии одного заявления

Почему “Газпром” хочет поднять цену газа для Лукашенко

1 апреля 2006 в 00:00, просмотров: 309

Конец недели подарил сенсацию: “Газпром” устами председателя правления ОАО Алексея Миллера объявил, что со следующего года поставки российского газа в Белоруссию должны осуществляться по ценам, соответствующим европейскому уровню. Многие эксперты тут же расценили это обещание как нажим российской стороны, чтобы наконец-то завершить начатые еще в апреле 2002 года переговоры о создании СП с Белоруссией на базе “Белтрансгаза”. Но все может быть не совсем так просто.


Суть и цена вопроса. Через Белоруссию в Европу проложено два магистральных трубопровода. Первый принадлежит “Белтрансгазу”. Второй — “Ямал-Европа” — ОАО “Газпром”. Земля под вторым газопроводом отдана российскому газовому гиганту в долгосрочную аренду. Общий объем белорусского транзита российского газа составляет в этом году 40,4 млрд. кубометров. Из них по сетям “Белтрансгаза” транзит составит 19,7 млрд. кубов. В ходе переговоров о создании СП российская сторона оценила белорусскую транспортную систему в 600 млн. долларов, президент Лукашенко — в 5 млрд. На этом переговоры закончились.

Белоруссия осталась единственной страной на постсоветском пространстве, для которой в нынешнем году цена на российский газ не изменилась: 46,68 доллара за тысячу кубометров. Это вызывало и упреки Запада в отходе России от рыночных принципов, и обиды со стороны других соседей. И вот в четверг Миллер заявил, что ситуация вскоре изменится. Многие решили, что Россия решила додавить “последнего европейского диктатора”, вынудив его пойти на серьезные уступки.

Версия первая: “Хозяин дороги”. Действительно, стремление “Газпрома” стать собственником транзитных сетей достаточно явно было выражено еще во время газового конфликта с Украиной. Тогда ответственные российские лица говорили о возможности консенсуса, если Украина пустит россиян в свои газотранспортные сети. С Украиной не получилось, но у братьев-бульбашей позиции не так сильны. К тому же после выборов, вызвавших скандал в Европе, Лукашенко остался один на один со всем окружающим миром. Если он не хочет остаться без российской поддержки, сейчас очень удобный момент, чтобы попытаться “нагнуть “батьку”. Дескать, подстроимся под ситуацию и вытащим из нее все что можно. Впрочем, “батька” никогда не был жалован в Европах и тем не менее всегда из противостояния по газу выходил победителем. Шансы — примерно 50 на 50. Честно говоря, не верится. Тем более что такие переговоры обычно идут за плотно закрытыми дверями, а о попытке экономического шантажа в самом начале кричат только последние идиоты.

Версия вторая: “Сымай, добрый молодец, шапку-невидимку, да и отдавай ее подобру-поздорову”. Ни для кого не секрет, что Лукашенко активно занимается реэкспортом российского газа. При этом дальнейшая судьба денег за поставленный для Белоруссии газ, оказавшийся в Европе, никому, кроме него, доподлинно не известна. Демарш мог быть предпринят для того, чтобы ограничить аппетиты “батьки”.

Версия третья, государственно-политическая: “И тут вхожу я, весь в белом”. Газовый конфликт с Украиной вызвал неоднозначную реакцию во всем мире. Россию на примере Белоруссии ткнули в те же двойные стандарты, в которых мы частенько и не без оснований упрекаем Запад. А на носу, уже меньше чем через три месяца, — саммит “Большой восьмерки” в Питере. Где наш президент впервые в истории нашей страны будет председательствовать. Да еще и по вопросу создания глобальной системы энергетической безопасности и равных, рыночных условий доступа к топливу для всех стран. Кто теперь осмелится сказать что-либо об отходе России от рыночных принципов? Ведь (на момент саммита) даже с ближайшим союзником мы ведем переговоры о переходе на рыночные условия. Вот это, наверное, самое главное на ближайшие три месяца. Вне зависимости от того, какими окажутся в конце концов цены на газ. И какой уровень Лукашенко признает для своей страны соответствующим европейскому.




    Партнеры