Градус страсти по средней школе

Как занять место за хорошей партой?

10 апреля 2006 в 00:00, просмотров: 705

В апреле родителям не до смеха. Они выбирают заведение, куда отдадут своего ребенка на долгие 11 лет. И где, по мнению мам и пап, их и так прекрасного лебеденка превратят в еще более распрекрасного лебедя. Произойти сказочное перевоплощение должно аккурат на 11-м году и счастливо закончиться поступлением в другое заведение, ступенью выше. Выбор школы — одна из самых тяжелых на сегодняшний день дилемм. В ход идут слезы, связи, взятки и угрозы прилюдного самосожжения. Но первый этап — метания.

Школа — как кухонный гарнитур. В советское время получил раз в жизни югославский с пеналом — счастье, и дом полная чаша. Сегодня ноги собьешь в мебельном центре, а уйдешь ни с чем. Не лежит сердце к представленному ассортименту. Так и со школой. Раньше детей отдавали учиться по территориальному признаку — в ближайшую к дому. И всех научили читать и считать, и большинство родителей, которые сегодня ночами не спят — выбирают, окончили и среднюю, и высшую. Сейчас в школу родители готовы возить ребенка с другого конца Москвы, жертвуя сном и удобством, но чтобы в хорошую, лучшую и престижную.

Департамент образования города Москвы и Министерство образования и науки умыли руки: рейтингов школ не составляем, решайте сами.



В бизнес-классе мест нет

По закону ребенка обязана принять та школа, к которой будущий ученик относится по району. Поэтому чтобы учиться в хорошей гимназии, достаточно жить рядом. А вот если с местом под солнцем не повезло — придется вставать в очередь на вакантные места. Это круче, чем конкурс в вузе. Потому что критерии не разработаны, в документах не отражены. Кто успел, тот и съел. Директора школ, естественно, начинают привередничать. Требуют хорошей подготовки и денег. В центре Москвы, в школе, окруженной, как стражами, элитными частными особняками, в списках выпускников которой значатся имена детей, чьих родителей знает вся страна, — цена вопроса доходит до пяти тысяч долларов. Впрочем, верхняя планка не выставляется — все зависит от желания, щедрости и платежеспособности родителя. Бедных учеников, попавших сюда по территориальному признаку, просто нет. Дети вращаются в знакомой с детства среде. Потом дружно едут в Лондон. Или посещают курсы лекций в МГИМО.

Но если существуют “VIP-школы”, то имеются в Москве и учебные заведения класса “сток”. Отличительный признак — близость МКАД или лес дымящих труб в округе. В этих школах — хронический недобор. Поэтому берут всех желающих. Под эту категорию в Москве подпадают дети гастарбайтеров. Как только вопрос с наполняемостью классов решается, школа начинает медленно, но упорно избавляться от “всех желающих”. Происходит это после начальной школы: “Ах, у нас только гимназические классы, ваш ребенок не потянет”. Или после 9-го класса: “Ох, у нас классы — лицейские, не для вашего…”

Школы со статусом образовательного центра могут находиться в любом районе. Их отличает высокий культурный уровень. Справа от двери обязательно цветут растения в горшках (дар благодарных родителей), в центре цветочной композиции журчит фонтанчик типа фэншуй (везде почему-то одинаковый). В холлах стоят диваны (их покупка на совести директора). На стенах — инсталляции (что Бог послал).

Отдельная история — школы-новостройки. Особенно повезло тем, чье строительство поддержала организация-спонсор. Школы светлые, новой планировки, с закрывающимися дверцами в туалетах и застекленными пролетами между этажами. Бытие определяет сознание. Разрушая старую и строя на ее месте новую, часто меняют и директора. Педсостав стремится внутренне соответствовать внешней обстановке. Детей учат быть бережными к общественной собственности, чего, естественно, не происходит без повышения общего культурного уровня. Так что воспитание происходит исподволь. В школу-новостройку часто попадают дети из неблагополучных семей. Они вандальничают и ненавидят всю эту красоту (по мнению одного директора). Плохиша или перевоспитают, или аккуратно выдавят из образцового заведения.



Преподавание с душком

Но это все внешнее. Внутренний дух заведения — вот что важно; его, кстати, легко спутать с тошнотворным запахом из столовой. Хуже всего, когда в школе сложились две прочные коалиции: ученики и учителя. Старшие классы передают эстафету младшим, и так из года в год ученик враждует с педагогом. Класс бунтует против учителя. Учителя, озверев, уже не пытаются наладить диалог с детьми. Дети в таких школах — неинициативные, вялые.

Еще одна неформатная категория школ — авторские. Тут уже кто во что горазд. Я была в двух — очень разных. В первой — не старый еще директор с коммерческой и творческой жилкой занимается инновационными разработками в области образования. И учителей заставляет. Образование считает услугой, предоставляемой населению, поэтому плохих учителей гонит взашей. Занимается изучением успешности бывших учеников, чтобы внедрить еще более эффективные методы обучения. В школе этой много платного.

Другая авторская школа — мягкая и либеральная. Руководят ею женщины. Детей считают цветами жизни. Первоклашкам на уроки разрешают приносить игрушки из дома. Родителей предупреждают сразу: если хулиган и недисциплинированный — станет еще хуже. Потому что в этой школе учеников не муштруют, а дают свободу творчества. А детей иногда нужно строить...



Покажи маме язык

На школы, как и на вузы, существует мода. Школы с углубленным изучением одного направления — самые востребованные на сегодняшний день. Лидер школьного хит-парада — гимназии с углубленным изучением иностранного языка. Случаются накладки. Родители пристраивают ребенка в языковую, а в третьем классе выясняется, что чадо не может осилить чужой язык — нет способностей, поэтому приходится переводить в обычную общеобразовательную. То же — со школами, ученики которых побеждают в предметных олимпиадах. У ребенка может не оказаться таланта к физике. Все вокруг — маленькие Ландау, а ваш — Пушкин. И что делать? Переводить? Единственного гуманитария среди физматов учитель литературы будет лелеять, как бесценное сокровище, уделять ему внимание — и к вузовскому сочинению подготовит. Может, и неплохо, но оценки по математике будут стремиться к нулю.

Опасность профильных школ — в том, что, усиливая один предмет, ослабляют другой. Из гуманитарного класса поступить в технический вуз практически невозможно. Сама стала жертвой эксперимента. Завуч лицея прямо сказала: “Не будет “пятерки” по литературе — вернем в обычную школу. Там у тебя после нашего инновационного обучения по всем техническим дисциплинам появятся “двойки”. Останешься на второй год. А выпускной экзамен все равно не сдашь, а здесь умрем, но натянем “тройку” по алгебре”. Было страшно. Правда.

Верный вроде бы критерий оценки качества школы — по числу поступивших в вузы — тоже уже не актуален. Во-первых, высшее образование стало доступнее (были бы деньги), во–вторых, поступают те, кто в старших классах нацелился на определенный вуз, записался на подготовительные курсы и занимается с репетитором. Уровень школы может быть любым. Школа уже открыто признала, что ее знаний для поступления в вуз недостаточно.



Сарафанное

радио сообщает

Если вам лень самим обходить школы и знакомиться с директорами (от его личности многое зависит, именно директор задает тон — помните, рыба гниет с головы?), можно обратиться и в агентство по подбору школы. Агенты за вас изучат пять—десять школ. Не факт, что предложат не ту, с которой их связывают нежные финансовые отношения. И активно будут предлагать учиться в частной. В частных школах приятно и комфортно, но уровень непосредственно образования может быть ниже плинтуса. Через 11 лет эйфории (ребенок — чудесный, оценки — хорошие) вас как холодной водой обольют известием: “В государственный престижный вуз не пробьется даже с репетитором”. Хотя если есть деньги на частную школу, наверняка изыщутся средства и на коммерческий вуз — рассчитывайте силы сразу.

В каждом административном округе Москвы действует управление образования, курирующее 150—200 школ. Кураторы отлично знают, какая школа чего стоит. Некоторые из них назвали номера лучших в своем округе, другие смолчали, третьи предложили школы с недобором, чтобы спровоцировать интерес. Мы сознательно отказались от мысли публиковать эти данные. Прислушиваться нужно не к рейтингам и рекламе, а к собственному ребенку. Абсолютно все руководители школьных отделов управлений образования Москвы сошлись в одном: выбирать нужно не школу, а учителя начальных классов. Первый в жизни ребенка педагог заложит в него то, что потом годами будет прорастать или гнить на корню.

Найти хорошего учителя можно только прислушиваясь. В буквальном смысле слова. Как вы, мама, ищете гинеколога? Как вы, папа, выбираете автосервис? Советы, слухи и народная слава. О хорошем учителе (и о плохом тоже) вам расскажут родители, которые с 12 часов дня ждут своих малышей с уроков возле школьного крыльца. Тусуйтесь — будете знать все. И кто что к празднику заказывает, и кто на детей матом орет, и у кого вундеркинды вырастают.

И самое важное — в школе должно быть комфортно.


Р.S. Мне как журналисту доставляет удовольствие невинное развлечение: о директоре и школе я пытаюсь составить свое мнение по... звонкам с урока на урок. Когда стало технически возможным сменить душераздирающую трель на любую музыкальную мелодию, директора развернулись во всю ширь своей натуры. “Тоска за мною гонится, за прошлое плачу, уйди, прошу, бессонница, забыть его хочу” — так отпускают на перемену в одной московской школе. В другой — с детьми разговаривают учителя: записывают речь на диктофон и потом прокручивают. Расставаясь на урок, нежно прощаются. В третьей — бодренько звучит современная попса, в четвертой — классика и еще раз классика. Что вам ближе?







Партнеры