Морпех на безымянной высоте

Ирина Козулина, супруга кандидата в президенты Белоруссии: “Властям выгодно представить Козулина как провокатора и хулигана”

2 июня 2006 в 00:00, просмотров: 234

После президентских выборов в Белоруссии судьба кандидатов на главный пост сложилась по-разному. Один стал президентом, и вы хорошо знаете этого человека. Кандидат Александр Милинкевич отсидел 15 суток и большую часть времени проводит в европейских столицах, где рассказывает об ужасах режима Лукашенко. А третий кандидат, Александр Козулин, сразу после выборов попал за решетку, где находится и по сей день. За свое участие в выборах он может поплатиться несколькими годами жизни, проведенными в местах лишения свободы. Самое интересное, что именно Козулина считают пророссийским кандидатом. В редакцию “МК” пришли его супруга Ирина и его адвокат Игорь Рынкевич, которые рассказали, за что и почему сидит Александр Козулин.


— Ирина, за время президентской кампании у вашего мужа несколько раз возникали проблемы с правоохранительными органами — вечно его куда-то не пускали, отменяли его пресс-конференции, несколько раз задерживали. За что его задержали в последний раз?

— 23 марта разогнали палаточный городок оппозиции. И не просто разогнали: людей били, многих схватили и увезли в приемник-распределитель на Окрестина. О месте их нахождения не сообщалось. Родители несколько дней не могли найти своих детей. В общем, атмосфера в Минске была очень напряженная. А 25 марта белорусская оппозиция отмечала День воли. Мы — небольшая делегация от Социал-демократической партии — с цветами поехали в центр города…

— У кого возникла идея идти к приемнику-распределителю?

— На митинге было очень много молодежи, были родственники задержанных, и все говорили: надо поддержать наших. Когда митинг закончился, часть людей пошла к приемнику-распределителю. Люди с цветами, шариками мирно шли по тротуару, причем переходили дорогу только на зеленый свет. На проспекте Дзержинского путь им преградил спецназ. Демонстранты остановились… Шествие проходило мимо нашего дома, а я была на шпильках, я сказала мужу, что схожу домой переобуться. Надела другие туфли, взяла машину, чтобы ехать прямо на Окрестина, но, когда выезжала, увидела, что колонна уже заблокирована спецназом. Сейчас моему мужу предъявляют имущественный иск: якобы общественный транспорт понес убытки из-за того, что движение было перекрыто. Но ведь движение перекрыли спецвойска.

— Что за инцидент произошел у Козулина с командиром спецназа?

— Козулин с товарищами по партии и двумя священниками пошел на переговоры с командиром спецназа Павличенко. Он поинтересовался у него, почему людям не дают пройти. Тот ответил: “У меня такой приказ”. Бесполезно было пытаться прорвать цепь вооруженных дубинками спецназовцев. Поэтому муж повернулся спиной к спецназовцам, чтобы сказать людям: идем назад. И в это время Павличенко изо всех сил врезал ему кованым сапогом в спину. Как сказали врачи, если бы он попал немного ниже, Козулин остался бы инвалидом. Это было провокацией, отвечать на этот удар было невозможно. Поэтому Козулин пошел назад, и люди тоже развернулись. На фотографиях видно, как люди уходят, а стена спецназа идет следом за ними. Не было повода силой разгонять людей. Тем не менее на людей накинулись и начали бить.

— Была информация, что якобы ваш муж призывал штурмовать тюрьму...

— Такое обвинение на следующий же день выдвинул министр МВД Наумов. Он сказал три кощунственные вещи: во-первых, что Козулин хотел застрелить президента, во-вторых, что митингующие хотели штурмовать спецучреждения, и в-третьих, что Козулин хотел свергнуть власть насильственным путем. Это ложь. Есть расшифровка речи Козулина, и даже в его уголовном деле записано, что он говорил: пойдем поддержать наших товарищей, которые незаконно брошены в застенки. Что же, люди пошли бы с цветами и шариками штурмовать тюрьму? Это же нелепость.

— За что же задержали Козулина?

— Когда люди побежали, спецназ начал выдергивать из толпы активистов и забрасывать их в автозаки. Активистов они знают в лицо, так как на митингах всегда ведется оперативная съемка. Мужа тоже бросили в автобус. Его долго возили по городу, причем заставили встать на колени. Мы стали его разыскивать, звонили во все РОВД, но везде отвечали, что его у них нет.

Адвокат:

— Вечером, когда все это случилось, я приезжал и в МВД, и в прокуратуру, и все меня дурили, хотя прекрасно знали, где он. Прошло почти 19 часов со времени фактического задержания, когда я узнал, где он находится. 30 марта ему было предъявлено первое обвинение — два эпизода по “хулиганке” и один по “организации групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок”. 15 апреля предъявлено итоговое обвинение, туда добавили иски от якобы потерпевших милиционеров и от предприятий, которые якобы потерпели убытки.

— По вашей оценке, следствие было проведено объективно?

Адвокат:

— Защита считает, что следствие проведено односторонне и неполно. То, что случилось 25 марта, расследовать так быстро невозможно. Тогда впервые были применены войсковая спецоперация, шумовые гранаты, взрывпакеты. Есть информация, что один или два человека погибли. Вот в чем надо разбираться. Мы считаем, что уголовное преследование должно быть прекращено, потому что нет состава преступления. Максимум, что может быть, — это административное правонарушение. Но и его надо доказывать.

Как Козулин чувствует себя в тюрьме?

Ирина:

— Когда его задержали, то в изолятор приезжали две “скорые помощи”. Первую, которая хотела его госпитализировать, отправили назад. Со второй “скорой” милиционерам удалось договориться. Врачи сказали, что жизненно важные органы у него не задеты. Сейчас у него болит спина, он сильно кашляет, был бронхит, температура 38. Но он не жалуется.

— Как скоро может начаться суд?

Адвокат:

— Нам дают информацию, что поставлена задача засудить Козулина до июля, до саммита “восьмерки”. Для нас, кстати, очень важно мнение России. Хотя человека и называют “кандидатом Кремля”, пророссийским политиком, Москва Козулина почему-то не поддерживает.

Козулин — народный лидер Беларуси, который достоин быть на свободе и участвовать в политической жизни республики. И я бы хотел, чтобы Россия, к которой Козулин всегда относился очень тепло и говорил, что это наш стратегический союзник, это понимала.

— Ирина, почему Козулин пошел в политику? Серьезный человек, ректор БГУ...

— Его просто вытолкнули в политику. Козулин — человек очень высокой души, который всегда умел оставаться независимым и действовать так, как считает нужным. Поэтому президент и выгнал его из университета. Университет стал слишком самостоятельным, независимым…

Козулина поставили в такие условия, что он вообще ничего не мог делать. Его уволили с работы, на новую не брали, причем не только его самого, но и дочь. Племянника сейчас распределили в чернобыльскую зону, другого племянника с работы убрали… Козулин полтора года сидел дома. Это после такой активной работы!

— На что же вы жили?

— Мой муж — человек с мозгами, он никогда не будет нищенствовать. Он всегда умел приложить свои знания, свои руки. Он великолепный менеджер, в свое время работал первым замминистра по финансовой деятельности. А когда остался без работы, консультировал предприятия…

— Недоброжелатели говорили, что он был богатым человеком...

— Ходили сплетни, что у нас очень много денег. Чуть ли не золотые унитазы в квартире. Посмотрели бы они нашу квартиру! Приходите в гости…

— А еще говорили, что Козулин был близок к Лукашенко…

— Козулина действительно назначил ректором именно Лукашенко, но тогда Лукашенко был еще другой. Он пришел к власти законным, демократическим путем. Это был тогда действительно народный президент. Он старался слушать других и учиться. И отношения с Козулиным у него были партнерские. Но постепенно Лукашенко менялся и решил в конце концов, что он выше Бога. Козулин со своей независимой позицией был ему уже неугоден.

— Правда, что как-то Козулин прилетел на свой юбилей на вертолете и якобы именно это переполнило чашу терпения Лукашенко?

— Да, был вертолет! А юбилея не было. Это было 1 сентября, праздник для первокурсников. Козулин считал, что надо показать новым студентам, как им рады. И вот он придумал прилететь на такой праздник на вертолете. И спуститься по веревочной лестнице. Ему пришлось тренироваться, потому что летчики пригрозили, что, если он не приедет на тренировку, они просто не полетят. Зато как это было красиво на празднике! Мне еще тогда мудрые люди сказали: “Ирина Ивановна, на вертолете у нас может летать только один человек!” Так и вышло, не простили…

— Вы часто видитесь с супругом в тюрьме?

— С мужем я вижусь почти каждую неделю. Когда я туда еду, мне кажется, что я еду его поддержать. А когда возвращаюсь домой, я понимаю, что это я ездила к нему за поддержкой. Потому что Козулин — человек духовно очень сильный.

— А почему вы его все время называете Козулин, а не “мой муж” или “Александр”?

— Это еще студенческое. Мы же учились на одном факультете. Хотя по возрасту у нас разница четыре года, но учился он всего на курс старше меня.

— Козулин часто называет себя морским пехотинцем. Как же в нем совмещается ректор, профессор и морской пехотинец?

— Просто когда он был в армии, он служил в морской пехоте, на боевом корабле, они куда-то в Африку ходили. В нем сочетается все: и профессор, и морпех, и спортсмен… А во время президентской кампании и морпеховская составляющая пригодилась. Он все время говорил: моя задача — занять высоту, а остальные подтянутся.




Партнеры