На какой машине ездит президент?

Поменять одного генпрокурора на другого — все равно что поменять машину, на которой ездит президент

5 июня 2006 в 00:00, просмотров: 1316

Событие примерно той же степени важности.

Возьмем самого простого, самого обывательского россиянина с минимальной заработной платой, “двушкой” в хрущобе, дочерью на выданье и сыном призывного возраста.

Какая этому россиянину разница, кто в стране генеральный прокурор — тот или этот?

Абсолютно никакой.

Любой генеральный прокурор россиянину до звезды, поскольку он никоим образом не влияет на его монотонную жизнь, которую разнообразят лишь запои, болезни и смерть родственников.

Только очень узкому кругу важно, кто занимает генпрокурорское кресло. Его подчиненным, потому что если падает он — они падают вслед за ним. И его конкурентам, потому что если падает он — они занимают его вершину. Для остального человечества при этом ничего не меняется, так как основной функцией генерального прокурора, кем бы он ни был, является исполнение воли президента. Президент у нас, слава богу, пока прежний. Соответственно, и воля его остается такой же, какая была, и как она исполнялась, так и будет исполняться.

Поменять одного генпрокурора на другого — все равно что поменять машину, на которой ездит президент. Событие примерно той же степени важности.

Генеральный прокурор Устинов в последнее время действительно стал недостаточно быстро ездить — это факт. Но все хорошие вещи портятся от трения, никто не вечен, и ничего удивительного, если у человека кончился завод. К тому же он много успел сделать. Вспомните, как могучи и нахальны были олигархи, когда Устинов занял свой пост. И где они сейчас? Гусинский посидел в Бутырке и исчез в Испании, Березовский оказался в Лондоне, Ходорковский — в Краснотурьинске. Чтоб разметать таких демонов — сколько сил надо потратить!

Хотя, конечно, силы — не главное. Можно назвать руководителей наших важнейших ведомств, у которых силы кончились еще до того, как они заняли свои посты. Но президент их в отставку не отправляет.

К тому же, если бы дело было только в том, что у генпрокурора кончились силы, его не снимали бы так скоропостижно и таинственно. И Совет Федерации не собирался бы рано утром — перед заседанием! — чтоб проголосовать — срочно! — за отставку Владимира Васильевича Устинова.

Безусловно, здесь зарыта какая-то малоприличная собака. Видимо, Владимир Васильевич все-таки выкинул напоследок какой-то номер, свидетельствующий о том, что он слегка утратил адекватность. Может быть, выяснилось, что он втихую собрал компромат на первых лиц? Или занялся лоббированием украинских художественных промыслов? Или неуважительно отозвался о национальном проекте “Доступное жилье” на встрече с американской делегацией?

Короче, сделал нечто ужасное, о чем и рассказать нельзя, и простить невозможно. В результате такая вот противоречивая форма прощания: заявление якобы по собственному желанию, сопровождаемое представлением президента с устным поручением спикеру Совета Федерации провернуть это “собственное желание” как можно быстрее.

Если мы когда-нибудь узнаем, в чем дело, — я думаю, будет смешно. Но скорее всего не узнаем, потому что решения в нашем государстве принимаются тесной компанией друзей, которые умеют хранить тайну.

…А нам и не надо знать их тайн. Они не имеют отношения ни к государственной политике, ни уж тем более к монотонной жизни в “двушке” с запоями, болезнями и смертями родственников.

Какая нам разница, на какой машине ездит президент? Да абсолютно никакой. На какой хочет, на такой и ездит. Его право.






Партнеры