Ох, рано нас бьет охрана

Прокуратура и милиция передрались из-за подростка

13 июня 2006 в 00:00, просмотров: 819

Два месяца назад в столичной вневедомственной охране произошло громкое ЧП. Трое сотрудников милиции, приехав по вызову — в охраняемой квартире сработала сигнализация — и скрутив на месте подозрительного молодого парня, только в участке узнали, что заковали в наручники несовершеннолетнего, хотя и рослого пацана. А это карается законом. Цена ошибки — от 3 до 10 лет.

Прокуратура настаивает на аресте милиционеров, и суд уже дважды рассматривал вопрос об избрании им меры пресечения. Мнения служителей Фемиды разделились, но в итоге вневедомственники пока на свободе. На горизонте — третье судебное разбирательство, накануне которого корреспондент “МК” встретился со всеми действующими лицами этой непростой истории.

Все началось с сигнала тревоги, который поступил в ОВД “Басманное” 6 апреля с. г. из охраняемой вневедомственниками квартиры на Новорязанской улице. Через 4 минуты наряд уже осматривал дом. Следов взлома не нашли, и стражи порядка уже собрались возвращаться.

Однако во дворе они обратили внимание на необычную конструкцию дома — два подъезда соединяет общая крыша. Вневедомственники смекнули, что по ней преступник мог легко перебраться в соседнюю парадную. Так как они обязаны проверять все входы и выходы, было решено прошерстить и этот подъезд. Как раз там и произошла роковая встреча милиционеров с 12-летним Никитой Гладышевым.

— Погода была хорошая, я шел гулять, — рассказывает свою версию случившегося пострадавший Никита. — Когда выходил из лифта, ко мне подошли милиционеры. Устроили допрос — где живу, как оказался в подъезде, есть ли у меня ключи от квартиры…

На самом деле милиционеры задавали мальчику обязательные в таких ситуациях вопросы — как зовут, где живет и какая нелегкая его занесла в дом, в котором, вероятно, скрывается виновник сработавшей сигнализации. Правда, Никита утверждает, что милиционеры не предъявляли документов и не представились. Вневедомственники же говорят обратное.

— Конечно, как и полагается по инструкции, мы показали удостоверения и объяснили мальчику, откуда мы. Затем стали задавать ему наводящие вопросы, чтобы убедиться, что он на самом деле здесь живет, — рассказал старший сержант милиции Рашид Старков, один из “антигероев” этой истории.

Никита на вопросы сотрудников отреагировал неожиданно.

— Парень внезапно изменился в лице, у него забегали глаза, стал нервничать. Это навело на мысль, что ему есть что скрывать. В довершение всего, не ответив на вопросы, он сорвался с места и побежал из подъезда. Что мы могли еще подумать? — пожимает плечами второй “фигурант”, рядовой милиции Дмитрий Первушин.

И правда — что? Могли ли вневедомственники догадаться, что подросток принял милиционеров… за переодетых бандитов? По его словам, “сработал” вопрос вневедомственников про ключи. Ну, о таком точно могут только грабители спросить. А форма… Так это в каких только обличьях сейчас мошенники не ходят! К тому же родители не раз внушали ему, что и милиционеры вполне могут быть бандитами.

Мама Никиты Кира Феликсовна (кстати, судебный пристав-исполнитель) объясняла страх сына просто:

— Все мы смотрим фильмы. Ребенок испугался. Тем более что они вели себя некорректно, ругались и на милиционеров не были похожи…

Словом, Никита бросился наутек, милиционеры — за ним.

— Когда мы его поймали, он повалился на землю и стал биться в истерике. Такой реакции мы не ожидали и растерялись. Смешно, конечно, но мы его даже поднять на ноги не могли. Он, как ветряная мельница, размахивал руками и ногами, — рассказывает рядовой Первушин.

Никита объяснил свое поведение сработавшим инстинктом самосохранения:

— Они стали меня бить руками и ногами. Я защищался.

Несомненно, навыки, полученные в секции по конькобежному спорту, в которой Никита серьезно занимается уже 3-й год, помогли ему отбиваться от “врагов”.

Инцидент завершился надетыми на руки Гладышева наручниками, что в случае с несовершеннолетними категорически запрещено. Но милиционеры и не подозревали, что Никита — малолетка. На вид — парень крепкий, физически прекрасно развит.

Вневедомственники решили “проверить” подростка в отделении милиции, ведь четкого ответа — кто он и что делал в подъезде — они от него так и не добились. А отпустить парня они не имели права.

Никита утверждает, что вневедомственники колотили его “руками и ногами”.

“Травма хрящей гортани, множество ссадин, ушибы головы, туловища, конечностей” — такое заключение мы прочли в справке, выданной при поступлении Никиты в больницу Св. Владимира, где он провел 4 дня…

Но сотрудники милиции категорически отрицают, что против Никиты применялась сила. По их словам, травму хрящей гортани он получил, когда попытался сбежать — парня схватили за капюшон, и он поранил шею молнией куртки.

— Не били мы его, — говорят вневедомственники. — Если бы мы привезли избитого подростка в отделение милиции, мы автоматически вынесли бы себе приговор.

К сожалению, врач, который приезжал на вызов в ОВД и подписал диагноз, — Марголин Евгений Аркадьевич — наотрез отказался от общения с корреспондентом “МК”. Однако нам удалось выяснить, что, давая показания в Басманной прокуратуре, эскулап заявил, что оснований для госпитализации подростка не видел…

Надо заметить, что у милиционеров до этого случая на службе не было ни одного нарекания. Сведения о взысканиях в личных карточках тоже отсутствуют. В характеристиках записано, что “в сложной оперативной обстановке ориентируются быстро и грамотно”.

Самый молодой — 22-летний Дмитрий Первушин — проработал в охране 2 года, Рашид Старков — 11 лет, Сергей Рябов — 12.

Как же случилось, что опытные сотрудники так прокололись?

Закон о милиции запрещает применять спецсредства против несовершеннолетних, кроме случаев “…вооруженного сопротивления, совершения группового либо иного нападения, угрожающего жизни и здоровью людей”.

Однако закон о милиции также гласит, что “сотрудники милиции имеют право применять специальные средства, имеющиеся на вооружении милиции, для доставления задерживаемых лиц в милицию, конвоирования и охраны задержанных… когда они своим поведением дают основание полагать, что могут совершить побег либо причинить вред окружающим или себе или оказывают противодействие сотруднику милиции”. В рамках этой статьи, не зная о возрасте Никиты, и действовали милиционеры.

— Мы бы никогда этого не сделали, если бы знали, что парню только 12 лет. Но подросток выглядел на все 15! У него рост 1,7 метра, размер ноги 43-й. Тем более он без причины оказал сопротивление сотрудникам милиции, — объясняют милиционеры.

…Сразу после скандала их арестовали, и трое суток вневедомственники провели в камере. За это время адвокатам удалось раздобыть аргументы для изменения меры пресечения. Басманный суд отпустил милиционеров на свободу — решил, что они все-таки не представляют опасности для общества. Однако 17 мая Мосгорсуд по протесту прокуратуры отменил это решение, и теперь судьи будут снова решать: отправлять охранников за решетку или нет. Кстати, обвинения им до сих пор не предъявлены.

* * *

Думается, что пострадавшими можно считать всех участников этой истории.

12-летний Никита до сих пор не оправился от стресса.

У милиционеров и их родных — тоже шок. Мать Старкова после скандала получила инфаркт, невеста Первушина, которая находится на 8-м месяце беременности, боится осложнений. 17-летний сын Рябова, который собирался в этом году поступать в милицейский вуз, после случившегося наотрез отказался от этой идеи…

И все-таки кого и как наказывать — решать суду.

Есть такая старинная притча. Однажды к восточному мудрецу пришли два соседа и попросили рассудить их. Мудрец сначала внимательно выслушал первого и подтвердил его правоту. Потом выслушал второго и согласился с ним. Внучка мудреца, наблюдавшая за всем этим, спросила у дедушки: “Как же так? Ты сказал, что правы и первый и второй. Но так не бывает!”

“И ты права, девочка”, — ответил мудрец…




    Партнеры