Дружба на разрыв

Не надорвется ли Россия, выполняя свои обещания Китаю?

21 июня 2006 в 00:00, просмотров: 237

Любимый конек президента Путина — энергетика. Он не раз поражал иностранных корреспондентов глубоким знанием всего, что связано с темами газа и нефти. Вот и на последнем, юбилейном саммите стран Шанхайской организации сотрудничества Президент России выступил с идеей создания Энергетического клуба стран-участниц этого союза. Символично, что новые энергетические инициативы прозвучали в Китае. Стране, которую Путин за шесть лет своего правления уже пять раз посетил с официальными визитами. Такое количество визитов обычно наносится в страну в двух случаях. Либо между государствами существуют очень тесные, чуть ли не союзнические отношения. Либо Китай становится ключевым деловым партнером для реализации новой российской внешней политико-экономической концепции.

“Дядя, достань воробышка…”

Если для нас КНР становится важнейшим партнером в мире — вторым после Германии, то мы для нее — задворки рынка. В лучшем случае заканчиваем первую десятку среди партнеров по внешнеэкономической деятельности. Товарооборот КНР с США больше, чем с Россией, практически в 10 раз, с Японией — в 9, со странами ЕС — в 8, а с Южной Кореей — в 6. Об этом следует помнить, потирая руки от того, что в 2005 году объем официальной российско-китайской торговли превысил 29 млрд. долларов, что на 37% больше показателей предыдущего года.

Как бы там ни было, недавний визит главы нашего государства в Китай ознаменовался подписанием очередных проектов века. Было окончательно решено строить ответвление в Китай от нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий океан, а также вести две ветки газопровода в КНР. Кроме этого Россия выразила желание экспортировать в Поднебесную электроэнергию. А Китай полностью это желание поддержал. Еще бы ему отказываться от таких проектов: экономика КНР растет невиданными темпами. За пять лет внешнеторговый оборот КНР вырос в три раза. ВВП Китая прибавляет со среднегодовой скоростью в 9,8%.

Китай имеет теперь самые большие в мире золотовалютные резервы в 854 млрд. долларов. Российские ЗВР сейчас приближаются к 250 млрд. В китайскую экономику ежегодно приходит не менее 60 млрд. долларов прямых инвестиций из-за рубежа. В нашу в лучшем случае — чуть более 9 млрд. баксов. И то в основном в добывающие нефтегазовые компании. Причем КНР не только получает иностранные деньги, но и вкладывает свои за пределами страны. По подсчетам экспертов, именно Поднебесная вложила в американские ценные бумаги более 700 млрд. долларов и создала за пределами своей страны десятки тысяч предприятий. И китайская экспансия на мировых рынках из года в год только усиливается. В общем, мы оказались в роли мальчика, который скоро попросит китайского великана “достать воробышка”.

Одним словом, даже если поставленные задачи будут достигнуты, мы в лучшем случае в торговле с Китаем догоним по товарообороту Южную Корею. А вот с этим “если”, похоже, нас ожидают самые большие трудности.

Обещанного не три года ждут

Начиная с 2011 года Россия обязалась поставлять в КНР по двум новым газопроводам до 80 млрд. кубометров газа в год. Минимальная стоимость строительства составит около 10 млрд. долларов. Главный вопрос: а откуда газ-то будем качать? Да и наш газовый гигант отстает от своего же графика по освоению месторождений. Что уж говорить о разведке и разработке новых. До сих пор основной прирост что газа, что нефти мы получаем за счет месторождений, которые были разведаны еще советской властью.

Непонятно, откуда брать и десятки миллионов тонн нефти в год для нефтепровода Восточная Сибирь — Тихий океан (ВСТО). Нынешних запасов нефти, как подсчитали специалисты, хватит России на сорок-пятьдесят лет лишь при одном условии: если добывать за год не больше 150 млн. тонн. И по возобновлению ресурсов картина примерно такая же, как и по газу: взамен выкачанных в прошлом году 470 млн. тонн “черного золота” Россия приросла всего 600 млн. тонн новой нефти. Одним словом, впереди у нас — сплошные затраты с непредсказуемым результатом. Для того чтобы выполнить договора по нефти только с азиатскими покупателями, надо обеспечить добычу 80 млн. тонн в Восточной Сибири. А на это требуется потратить не меньше 15 млрд. долларов. А ведь разведка месторождения — это еще даже не пол-, а четверть дела. Его надо осваивать, создавать ту же транспортную инфраструктуру. На что требуются не только десятки миллиардов инвестиций, но и годы.

Не меньше вопросов и по поставкам в Китай электроэнергии. Во-первых, для того, чтобы выполнить взятые на себя обязательства, необходимо строить новые электростанции. Договорились о ежегодных поставках в будущем порядка 60 миллиардов кВт/ч электроэнергии из России. В непонятном будущем, потому что сейчас все электростанции РАО “ЕЭС” в Сибири вырабатывают чуть больше 32 миллиардов кВт/ч в год. Значит, придется строить новые. И не только электростанции, но и ЛЭП, чтобы доставить российское электричество до китайского потребителя. Тысячи километров по Сибири, бездорожью, через горы-перевалы. Как подсчитали эксперты, для 1 км такой магистрали надо потратить не менее 1 миллиона долларов.


СПРАВКА "МК"

По расчетам международных специалистов, мировая экономика прирастает в год в среднем на 3,5%. По их же расчетам, для роста ВВП на 1% необходимо увеличить энергопотребление на 0,3%. В России для увеличения ВВП на 1% надо нарастить энергопотребление как минимум на 0,5%. В Китае, где энергосбережение является приоритетной задачей, сейчас этот показатель выше среднемирового и даже выше нынешнего российского. Для роста китайской экономики на 9% в год китайская энергетика должна прирастать не меньше чем на 5%. В Поднебесной жуткий дефицит энергии, и потому руководители КНР готовы хвататься за каждое предложение, которое обещает им решение этих проблем.


В общем, получается, что проекты по развитию отношений с Китаем вырисовываются у нас либо очень затратные, либо мало и очень трудно реализуемые. И крайне трудно отделаться от мысли, что, обозначив главным вопросом повестки саммита “Большой восьмерки” создание системы глобальной энергетической безопасности и заявив себя в качестве гаранта системы, мы взвалили на свою страну непосильное бремя.

Ведь в результате принятых прошлогодних решений Россия теперь строит Северо-Европейский газопровод, нефтепровод ВСТО, достраивает “Голубой поток” в Турцию, а теперь — еще и два газопровода в Китай. При этом никто не отменял долгосрочные контракты по поставкам природного газа в страны Европы. Объемы поставок по которым тоже увеличиваются год от года. И если мы все это построим (и ничего у нас нигде не лопнет и не треснет), то чем мы все эти трубы будем наполнять?

Не окажется ли Россия, в которой и так уже наблюдается энергетический дефицит, лет через пять в ситуации, когда придется признать невыполнимость подписанных контрактов? Или наши стратеги решили обесточить собственную страну, чтобы выполнить экспортные обязательства? В последнее верить очень не хочется. А первое чревато очень крупными неприятностями. Особенно в отношениях с Китаем.

Не дергайте тигра за усы

Если мы не выполняем свои обязательства, то для российско-китайских отношений наступает самое страшное — мы теряем лицо. А теряя свое, заставляем потерять лицо и китайскую сторону. Они готовы простить что угодно, даже прямой конфликт, но только не “потерю лица”.

КНР, в конце концов, справится и без нас со своими энергетическими проблемами. Поднебесная строит электростанции вместе с Казахстаном, с ним же начала осваивать казахские нефтяные месторождения. Недавно из Пекина вернулся окрыленный Туркменбаши: Ниязов договорился строить в КНР газопровод с пропускной способностью до 30 млрд. кубов в год.

Ничего страшного, уверяют нас проправительственные аналитики. Даже если с нефтью и газом не получится в полном объеме, мы все равно нужны Китаю в качестве хозяев высоких технологий. Они без России не смогут осуществить технологический прорыв для своего развития. Вот и Путин заявил, что мы должны изменить структуру торговли за счет увеличения опции высокотехнологичных проектов. Вот только хотелось бы знать, за счет каких именно? Единственный хай-тек, которым мы можем похвастать, это Тяньваньская АЭС. Два энергоблока которой строит Россия. И есть надежда, что третий и четвертый блоки тоже будут наши.

А вот насчет остального — тут уже вопрос, кто у кого должен учиться и перенимать. Взять тот же ВПК. В 90-е годы Китай за счет закупок вооружения фактически спас нашу оборонку. Но сейчас этот ресурс почти исчерпан. Китай создал свой ВПК, используя наш же опыт. И пусть никого не смущает, что заказы еще идут. Они сопоставимы с индийскими — 4,5 миллиарда долларов в год. Но в ближайшем будущем их объем будет сокращаться, поскольку китайцы предпочитают покупать лицензии на собственное производство или на основе базового варианта разрабатывать свои модификации.

Исторически мы поставляли в КНР продукцию нашего машиностроения. А теперь все изменилось с точностью до наоборот. Если посмотреть на структуру экспорта-импорта России с КНР, то впору хвататься за голову: удельный вес сырья в нашем товарообороте вырос с 34,5% в 2004 году до 40% в прошлом. При этом почти 30% российского импорта из Китая — высокотехнологичная продукция и оборудование.

А чего еще можно ожидать, если страна, в которой совсем недавно основным транспортным средством был паршивый велосипед, выпускает более 5 миллионов автомобилей в год. Пусти сегодня китайский автопром в Россию, завтра весь наш можно закрывать. О чем говорить, если российская сторона радуется словам Ху Цзиньтао о планируемых 14 млрд. долларов долгосрочных вложений в российскую экономику. А в это время Китай ежегодно вкладывает 350 миллиардов долларов только в приобретение новых технологий и высокотехнологичного оборудования по всему миру.

Чем еще мы можем убедить китайцев в нашей исключительности и полезности? Ах да, космос и та же энергетика! Увы, адептов нашей исключительности в этих областях и тут ждет разочарование. Китай, следуя незыблемым принципам забирать у партнеров все самое лучшее, поступил с космосом, как раньше с российским ВПК. И сейчас тратит на космос в несколько раз больше, чем Россия. По оценкам международных экспертов, космический бюджет КНР составляет не менее 2 млрд. долларов в год, в то время как российские затраты на космос варьируются в пределах от 0,5 до 1 млрд. При этом в рамках китайской космической программы трудится более 200 тысяч человек. А это гораздо больше, чем даже в США, где на космос работают 75 тысяч специалистов. Немудрено, что в КНР уже сейчас разработано 12 типов ракет-носителей, а сейчас завершается работа над носителем нового поколения. Который сможет вывести не меньше 15 тонн груза на геостационарную орбиту. Не за горами и китайская орбитальная космическая станция. Китайцы даже решили опередить американцев в следующей высадке на Луне, хоть и не афишируют это. Во всяком случае, к 2017 году они планируют получить свои собственные образцы лунного грунта.

Да и в плане энергетики скорее не им у нас, а нам у них впору поучиться.


СПРАВКА "МК"

Во времена советской плановой экономики в среднем мы ежегодно наращивали производство электроэнергии на 6-8 гигаватт (Гвт). Пиковым достижением можно считать 13,8 Гвт в конце 70-х годов. В нынешней России, с ее “стабильным ростом экономики”, в прошлом, чуть ли не самом удачном году ввели в эксплуатацию всего лишь около 1 ГВт мощностей: парогазовый блок мощностью 450 МВт на Калининградской ТЭЦ и 330-мегаваттную гидротурбину на Бурейской ГЭС. А в Китае в 2003-м производство электроэнергии увеличилось на 29,7 Гвт, в 2004-м — на 38,5, а в прошлом году — на рекордные 50 Гвт. В этом году Поднебесная станет энергетически мощнее на 60 Гвт, и производство электроэнергии в КНР в три раза превысит российские показатели.


При этом китайцы, делая упор на уголь (около 70% вводимых мощностей), используют не наши старые технологии, а покупают новые западные, где выше КПД и меньше загрязнений окружающей среды. И опять остаются верными себе, идет ли речь об угле или газе. Они заключили контракт с General Electric (GE) на поставку 10 газовых турбин мощностью 250 МВт. Но выставили условие о передаче всей технической документации для их производства. И теперь GE поставит полностью собранными только две турбины, а остальные восемь соберут уже в самом Китае. Увы, мы и тут ничем похвастать не можем.

Куда идти, кому отдаться

Будет ли для нас Китай дружественен или смертельно опасен, зависит только от нас. Китайцы сейчас, может быть, единственная из стратегических держав мира, которая по-настоящему думает на исторически длинные временные сроки.

И если Китай увидит, что мы не в состоянии удержать собственные территории, что мы теряем влияние в мире, а уж тем более теряем лицо (не отвечаем по своим обязательствам), — нас не только перестанут уважать окончательно, но и, в конце концов, просто захватят. Кусок за куском. И без всяких там выстрелов.

Китай все делает мягко. Сначала увеличится поток мигрантов, затем начнут как грибы после дождя расти экономические структуры. И так — по нарастающей. До полного растворения российских народов и экономики в китайском море. Для того чтобы обезопасить себя от будущих неприятностей, нужно искать то, что было бы интересно и Китаю, и нам. Новые сферы взаимодействия: транспорт, дороги, телекоммуникации.

Кстати, возвращаясь к предпоследнему визиту Путина в КНР, наиболее символичным, прежде всего с точки зрения самих китайцев, было посещение Путиным Шаолиньского монастыря. Термин “кунфу” (гунфу — в нормативном китайском произношении) используется в значении “высшее мастерство”, “усердная работа”. Как раз то, что нам и предстоит делать вместе. Но и здесь остается очень большая опасность. В китайской традиции есть понятие одоления. И Китай легко может одолеть Россию. Просто так, по дружбе.

Алексей МАСЛОВ, китаист, профессор, завкафедрой всеобщей истории РУДН, автор книг по истории Китая:

— В целом по поездкам первого лица в Китай у меня окончательно сложилось ощущение чрезвычайного политического проигрыша, связанного с недоработками в подготовке визита и, самое главное, отсутствием понимания того, как сам Китай действует на внешней арене. Есть простая цифра: со стороны Китая китайско-российские отношения обслуживают около 13 тыс. человек, около десятка стратегических институтов и столько же центров. Со стороны России — от силы наберется человек 400, и ни одного серьезного аналитического центра. Это даже не экономическая, а интеллектуальная победа Китая. Мы протрубили, что объем торговли перевалит за 60 млрд., что, конечно же, очень хорошо. Но вот только одна сеть супермаркетов Wall-mart в США закупает в Китае продукции на 15 млрд. А страны Океании торгуют с Китаем на ту же цифру, что и Россия. В общем, Россия — просто трамплин для Китая, и не стоит по этому поводу раздувать щеки.




Партнеры