Резник в квадрате

Как маэстро презентовал новую книгу стихов

29 июня 2006 в 00:00, просмотров: 349

Жара. Тишинка. Черный “Роллс”, преграждающий вход в заведение. Охранники, списки, “только свои”. А по залу, весь в белом, раскланиваясь с вновь прибывшими, аристократично шествует Илья Рахмиэлевич. Впрочем, отчества его никто не знает. Знают другое: Резник, поэт. Открывший нынче “Квадрат четверостиший”:


Перо в руке. Луна на крыше.

А на окошке рыжий кот.

Пишу “Квадрат четверостиший”

Весь этот високосный год.

Располагаемся на диванчиках. Минута-другая — дары Резнику отовсюду: книжка от супруги Барщевского, букет от коменданта Кремля…

— Неужто за год написали? Или все-таки собирали, как хокку, всю жизнь?

— Нет-нет-нет, я обычно пишу на одном дыхании, меняя лишь жанры. Поэму “Мужик”, которую печатал “МК”, я за две ночи написал. Хотя больной был: сорок градусов температура! Или десять лет назад в Пицунде, на кураже, за два дня написал 102 частушки. Ряшенцев тому свидетель. Сейчас я уж ни одной не напишу, я их выдохнул — и всё! А нынче пришла пора жанра — или формы — четверостиший: книжка строгая, квадратная. Четыре строки, четыре стороны — и в них я должен уложиться. Рассказать историю, вступить во внутренний монолог…

Пролегают по местности

Две дороги-харизмы:

Скромность — путь к неизвестности,

Наглость — путь к карьеризму.

…Любопытно, что стихи еще до выхода в свет были опробованы на читателе. Резник вручил издательству 600 четверостиший, а те показали их 20 гражданам разных сословий: бомжу, академику, бизнесмену, врачу… И сказали: вычеркивайте те, которые вам не понравятся. И если даже два человека вычеркнули одно и то же — Резник это неукоснительно браковал. Сухой остаток (то, что не вымарал никто): 314.

— Эксклюзивный вариант — в кожаном переплете — я послал Владимиру Владимировичу. Я ему все книги посылаю.

— И как? Читает?

— На приеме однажды встречаю его (а до этого одну ироническую книгу ему послал), спрашиваю: “Ну что, смешная книга?” Он говорит: “Почему — смешная? Очень серьезная!”.

— Многие жалуются на время. Дескать, оно погрязло в пошлости… А вы — аккумулируете свет, благополучие… Где правда?

— В самом человеке. Я могу сказать, что в советское время я в десять раз больше зарабатывал. И авторские были нормальные, а сейчас же почти нет их. Но все равно крутимся-вертимся, и время хорошее. Чего плевать-то? Президента люблю своего и не скрываю этого. А так, конечно… Денег никогда не будет хватать. У тебя — миллион, у него — десять… Уже плохо! Это я шучу. Нет, у меня было трудное блокадное детство, нищая юность, театральная жизнь — тоже нищая… И только с 35 лет пошли песни и все прочее.

Но мы вынуждены прерваться: на входе появилась едва ли не главная гостья — Алла Борисовна, которую маэстро тут же увлек к накрытым столам…




Партнеры