ВВС поставили “Яком”

Надежда российских летчиков развалилась на три части

28 июля 2006 в 00:00, просмотров: 230

В среду вечером во время испытательного полета разбился учебно-боевой самолет “Як-130”, вылетевший с подмосковного аэродрома “Жуковский”. Летчики катапультировались в Рязанской области и не пострадали. Однако эту аварию нельзя считать обычным летным происшествием: разбился не серийный самолет, а один из трех летных образцов новой российской машины, с которой в ВВС связывают большие надежды.


Полет выполняли военный летчик, полковник Сергей Щербина из Государственного летно-испытательного центра в Ахтубинске, и летчик-испытатель ОКБ Яковлева — Олег Кононеко, потомственный пилот, отец которого, тоже Олег Кононеко, погиб, испытывая самолет “Як-38”.

Проблемы с машиной начались на высоте примерно 10 тыс. метров. Летчики доложили, что отказало продольное управление (ручка “на себя — от себя”). Они попытались посадить самолет, но когда стало ясно, что это невозможно, то решили катапультироваться. Покинули машину летчики на высоте 3000 метров, когда самолет находился в положении кабиной к земле. Обычно в таком перевернутом положении пилоты часто травмируют позвоночник. Однако на “Як-130” установлено кресло с двигателем, “уводящим” катапульту от падающего самолета. Правда, пилоты сильно порезались осколками остекления кабины.

Приземлившись, Олег Кононеко по мобильнику сообщил руководству фирмы Яковлева о случившемся. После чего, как рассказывают источники “МК” в ЛИИ, происходящее стало напоминать фарс.

И.о. начальника ЛИИ Игорь Кузнецов, металлург по образованию, с такой ситуацией столкнулся впервые. Он сразу запаниковал: “Катастрофа!”. Летчики объяснили шефу, что если все живы, то это лишь авария.

Слегка успокоившись, глава ЛИИ начал выяснять, что же ему теперь делать. На что ему посоветовали позвонить РП.

— Кто это такой — РП? — спросил Кузнецов.

Ему объяснили, что это — руководитель полетов.

— А как ему звонить?.. — стал выяснять начальник ЛИИ.

Пока Кузнецову рассказывали, что в его кабинете имеется телефон с прямой связью, пока связывались со спасателями ЛИИ, летчики ждали помощи. Когда с большим опозданием вертолет ЛИИ все же прилетел, врача на его борту не оказалось. Хотя он уже был и не нужен, так как первыми на месте аварии оказались представители МЧС:

— Как только поступило сообщение о падении самолета, — рассказал “МК” заместитель начальника Управления МЧС Рязанской области Сергей Юхимович, — на место крушения были сразу же направлены спасатели и пожарные. Место, где это произошло, нашли сразу. Оно находится в поле, в 1,5 километра от деревни Оськино в 100 км от Рязани. В считанные минуты затушили обломки самолета, который при ударе развалился на три части. Пилоты стояли в 200 метрах от упавшей машины. В том месте, где упал самолет, не было никаких домов и строений.

Сейчас летчики находятся в медстационаре ЛИИ, где проходят обследование.

А вот утрату самолета можно считать очень серьезной потерей. “Як-130” Минобороны уже с десяток лет обещает принять на вооружение. Пока будущие летчики учатся летать и воевать на старых чешских “Л-39” времен Варшавского договора. Им уже не раз продлялись все мыслимые сроки эксплуатации, в надежде, что новый “Як-130” вот-вот появится в войсках. Главком ВВС Владимир Михайлов еще в августе 2003-го обещал: “Уже в ближайшее время мы должны получить четыре “Як-130”, которые поступят в один из вузов ВВС. Сначала будем создавать эскадрилью, затем — полк, и все это — в ближайшие год-полтора”.

Год-полтора давно прошли, а эскадрильи и полки все не появляются. “Л-39” списываются, и курсантам училищ летать становится уже не на чем. Последняя же авария в очередной раз затягивает историю с “Як-130”.




Партнеры