Спасти Спас

Старинное село закатывают в асфальт неприметной улицы

30 августа 2006 в 00:00, просмотров: 802

Мегаполисы наступают на глубинку ковшами экскаваторов, асфальтоукладчиками, высотками домов — города растут за счет пригородов. Да, людям где-то нужно жить, но везде люди стараются сохранить свою историю, хотя бы ее частицы. Везде, но не у нас… Некогда знаменитое старинное село Спас сейчас превращается в банальную улицу Староспасскую. А ведь когда-то здесь едва не “прописалась” столица Русского государства. Коренной житель Спаса Александр Матвеев — один из тех, кто бьется за малую родину и отстаивает ее исторический статус.

Москва не сразу строилась…

В устье реки Всходни в незапамятные времена Москва как торговый и промысловый узел намеревалась устроить первоначальное свое гнездо. Свидетелями такого положения здешней местности остаются земляные памятники: раскиданные по окрестностям многие группы курганов.

Устье Всходни впадает в Москву-реку под селом Тушинского вора (местом, которое избрал для своего лагеря Лжедмитрий II во время своего похода). Но, как предполагает историк Иван Забелин, в древнее время Всходней называлась не сама река, а местность, находящаяся выше по Москве-реке, перед которой на берегу стояла церковь Андрея Стратилата. (Летом 1890 г. эта церковь была разобрана, а материал поступил на постройку храма в селе Рождествено, расположенном на 4 км дальше по той же реке).

Здесь же на берегу Москвы-реки в XVI в. (а некоторые археологи настаивают на дате X—XI вв.) существовали церковь и монастырь Спас Преображения на Всходне. Этот монастырь находился более чем за версту от самой реки, ныне называемой Сходней. По всей вероятности, название монастыря связано с легендой о спасении московского князя Ивана Калиты воеводой Родионом Нестеровичем. Он сам или его сын, Иван Родионович Квашня (монах и воин — участник Куликовской битвы), стали основателями монастыря на пожалованной князем земле “в области круг Всходни на пятнадцати верстах”. Всходненская вотчина становится родовым владением Квашниных. В Смутное время Спасо-Преображенский монастырь и окрестные селения были сожжены отрядами Лжедмитрия II, который в 1608—1609 гг. устроил здесь практически вторую столицу.

Монастырь был разрушен в результате оползней. Но сохранился пруд, выкопанный монахами. Еще в 1929 г. здесь били ключи, и пруд наполнялся водой.

“Значительная населенность всходных к Клязьме мест может указывать, что торговые и промысловые сношения нашей древности уже намечали здесь место для знатного торгового узла <…>, и мы не можем отказаться от предположения, что здесь закладывалось основание для древнейшей Москвы-города” (И.Забелин “История города Москвы”, 1905 г.). И сейчас Спас является одним из самых используемых транспортных узлов, о чем свидетельствует строительство здесь МКАД в 1962 г. и новой развязки, которую обещают открыть к декабрю этого года.

Сельская застройка внутри кольцевой автодороги была полностью уничтожена. Небольшая часть села сохранилась за пределами Москвы. В 1984 г. эта территория была включена в состав Москвы, а через год Спас переименовали в Староспасскую улицу. Местные власти предложили “ветеранам” старинного Спаса поменять свои дома на квартиры в отдаленном микрорайоне Солнцево. Но не все захотели покинуть Спас.

Сейчас в Спасе постоянно живут примерно 8 семей. Вот уже несколько лет местные жители вынуждены обходиться без водопровода — его отключили из-за непригодности.

Не последний из Спаса

Коренной житель Спаса Александр Николаевич Матвеев решительно отказался покидать родное село. Здесь он провел практически всю жизнь — учился и работал, встретил свою супругу и настоящих друзей.

Александр Николаевич родился в 1932 г. в усадьбе Братцево. Учился в спасской школе, закончил юридический факультет МГУ. 25 лет проработал следователем в различных отделениях ГУВД и даже в 1965 году в Георгиевском зале Кремля получил медаль как один из лучших следователей. Его настоящая фамилия Мытаркин, так как предки Александра Николаевича были мытарями — брали мыту (налог на проезд). Но в 1917 году все Мытаркины стали Матвеевыми.

Сейчас Александр Матвеев живет в Спасе со своей семьей: женой Анной Дмитриевной, сыновьями и внуками. Свою супругу он называет не иначе как Аннушка. Говорит, что благодаря ей бросил пить. Александр Николаевич занимается сельским хозяйством — выращивает салат, кустарники (барбарис, жасмин, айва, жимолость), цветы, клубнику. Матвеев, можно сказать, профессиональный агроном, его дипломная работа называлась “Компетенция исполкома райсовета по руководству сельским хозяйством”. У него три козы и примерно 50 кур. “Я продаю козье молоко; начал было продавать и саженцы, но не покупают. Даже бесплатно не хотят брать”, — сетует Александр Николаевич. Раньше он держал шестерых поросят, столько же коз и семерых козлят. Ему не привыкать — с 6-летнего возраста присматривал за скотом. Александр Николаевич обожает своих коз Дымку, Бровку и Чумку. Помимо коз сельский житель любит петь. У него чудный тенор: “В детстве я участвовал в школьной и университетской самодеятельности. Мама всю жизнь хотела, чтобы я пел в церкви и стал служителем культа”.

Александр Николаевич признается, что прожил интересную жизнь. И вся она прошла в Спасе. Для его семьи это единственное родное место. “Я бы очень хотел, чтобы Спас облагородили. Это же культурно-исторический памятник Москвы. Местные жители готовы помочь всем, чем смогут. Я лично обещаю посадить сто каштанов на территории Спаса. А еще у меня есть мечта — разводить карпов”.

Из этой школы вышли Жозефина и голубые ели

Значительную часть беседы с Александром Николаевичем Матвеевым занял его рассказ о местной спасской школе. До создания земской школы, размещающейся в одном из крестьянских домов Спаса, местные жители ездили учиться грамоте в деревню Тушино. А в 1886 году (одновременно с храмом и больницей) для спасовчан было построено специальное двухэтажное кирпичное здание школы, которое впоследствии дополнялось различными пристройками в связи с увеличением количества обучаемых. В 1986 году на 100-летие сюда приезжало около восьмисот выпускников. Простояла школа до самого своего сноса за ненужностью в 1997 году (теперь на ее месте зияет огромный пустырь), пропустив через себя 6 или 7 поколений спасовчан, тушинцев, рождественцев.

Чего только не видела эта школа! В 1924 году из ее роскошного сада вывезли несколько голубых елей для кремлевского мавзолея. Об этом мало кто знает.

Александр Николаевич весной 1941 года закончил первый класс, а с октября по февраль спасская школа приняла на себя обязанности военного госпиталя. В это время ребята помогали взрослым. Весной учебный процесс был восстановлен.

С увлечением рассказывает Матвеев и про одну из старейших учительниц этой школы — Жозефину Михайловну Кавторину. Уроженка соседнего поселка Ветлечебница (нынешний 1-й микрорайон Митина), она сначала сама закончила это учебное заведение, а потом проработала здесь 25 лет преподавателем ботаники и природоведения. Через “ботаничку” прошла примерно тысяча школьников, две сотни из которых находились под ее классным руководством. Именно она поддерживала многолетнюю традицию и ухаживала за школьным садом вместе со своими учениками.

В 1988 году, получив квартиру, Жозефина Михайловна переселилась в Солнцево. Но спустя некоторое время разочаровалась жизнью в загазованном городе, заскучала по спасскому саду и мечтала о восстановлении села. Когда учительница увидела развалины биологического кабинета, она только и смогла из себя выдавить: “Какой кошмар!”. Под конец своего посещения Жозефина Михайловна остановилась у осин и тихо произнесла: “Интересно, а что бы сказали обо всем этом деревья, если бы могли говорить? Укорили бы, наверное. Стыдно за то, что разорили село…”

Планы на будущее

Есть у Александра Николаевича и свои представления о будущем Спаса. А кому же, как не ему, коренному жителю села, знающему все исторические особенности местности, предлагать проекты реконструкции? Надежду на восстановление архитектурных памятников (ну или хотя бы на защиту от разрушения оставшихся) дало спасовчанам Постановление правительства Москвы №223 от 22 марта 1994 года “Об утверждении зон охраны памятников археологии в районе Митино”. По этому документу на территории охранной зоны запрещены работы, искажающие исторический природный ландшафт; проектирование и строительство подземных и надземных коммуникаций, запрещается строительство производственных объектов. На территории села Спас возможно строительство усадебных жилых домов на месте утраченных, с сохранением архитектурного облика зданий, характерного для русских сел и деревень в XIX — нач. XX вв.

Именно со строительства 10—15 таких домов и предлагает начать реконструкцию Александр Николаевич. Причем при возможности в одном из этих строений хотя бы частично восстановить усадьбу именитого рода Квашниных (говорят, где-то в Штатах сейчас проживает один из потомков Родиона Квашни — Самарин-Квашнин), где можно будет создать местный музей. Ведь эти места были затронуты довольно громкими событиями из истории нашей страны и жители имеют право на официально закрепленную память об этом.

В планах сельского жителя значится также возведение памятника погибшим в Великой Отечественной войне коренным жителям Спаса, Митина, Новотушина, Пенягина и других населенных пунктов — только из Спаса на фронте пали 79 человек, 23 из них пропали без вести. Памятник же, который есть в Митине, посвящен героям, выходцам из разных городов России, умерших от ран в госпитале рядом с деревней.

Еще спасовчане в течение уже 18 лет возмущаются фактом переименования села в улицу Староспасскую и очень просят восстановить прежнее название — Спас. Так, по их мнению, будет лучше передан исторический колорит местности. По секрету нам рассказали и еще одну вещь: оказывается, правильнее будет говорить улица БарышИха, а вовсе не БарЫшиха, так как в древности местное население здесь “зашибало барышИ, а не барЫши”.

Также в словах Александра Николаевича проскользнула идея о посадке каштановой рощи — для красоты. Сотню саженцев он готов предоставить сам, причем безвозмездно.





Партнеры