Гигантский пленник

Самый высокий в мире человек не может выйти из дома. “МК” взялся ему помочь

13 сентября 2006 в 00:00, просмотров: 636

Одним 36-летний Леонид Стадник, чей рост составляет 2 метра 55 сантиметров 6 миллиметров, внушает страх. Под 200–килограммовым великаном прогибается любая скамейка. Футбольный мяч в его руках кажется теннисным мячиком, а трехлитровая банка — стаканом.

Другие восхищаются могучей статью Гулливера. “Одной левой” он поднимает застрявшую в грязи бричку с мукой, за раз переносит трехметровую скирду с сеном.

Третьи жалеют великана. Его мучают боли в ногах, левый глаз почти ничего не видит. Шить одежду и обувь на заказ для Леонида непозволительная роскошь. Когда развалились единственные самодельные валенки, Гулливер вынужден был бросить любимую работу.

“МК” решил помочь великану. Чтобы снять с ноги гиганта мерки, наш репортер отправился на Житомирщину, где в глухом селе Подолянцы живет Гулливер. В скором времени московские мастера сошьют для страдальца теплые сапоги.

“В первом классе я был лилипутом”

Сначала появляется его тень. Накатывает, заслонив от солнца весь двор. Следом из-за амбара выдвигается великан, сам не меньше амбара. Делает три громадных шага и нависает надо мной черной горой. Уткнувшись в ноги-столбы, пячусь к плетню. Гулливер смеется. Сложившись пополам, протягивает на ладони яблоко. В руке гиганта оно кажется горошиной. Приседает, говорит: “Привет!” — а на лице улыбка Чеширского кота — от уха до уха.

Это раньше чужое любопытство и набеги непрошеных гостей страшно раздражали великана. Из–за “жирафьего” роста он лишний раз из дома старался не высовываться, а на собраниях неизменно забивался в дальний, темный угол комнаты.

— Долгие годы я считал свой рост бедой, и это отравляло мне жизнь, — признается Леонид. — Помог отец Герасим из ближнего прихода. Я в конце концов свыкся со своими “двумя с половиной метрами”. И теперь по-доброму могу посмеяться над собой.

На крыльцо дома, опираясь на костыли, выходит грузная женщина. Леонид торопится усадить мать на низкую скамейку.

Галина Павловна всю жизнь была опорой сыну, а полгода назад сломала ногу. Долго не могла ходить. Только недавно, после удачно проведенной операции, появилась надежда, что хозяйка дома сможет самостоятельно передвигаться.

Под навесом вместе с семейством Стадник, к которому присоединяется старшая сестра — инвалид детства Лариса, мы садимся отделять фасоль от стручков. Рядом на частоколе сушатся связки груш и яблок. Кто–то за околицей перебирает струны балалайки. “Бандура поет”, — поправляет Леонид.

Это для столичного жителя село Подолянцы, что в трех километрах от райцентра Чуднова, глухомань. Леонид другого мира не знает. По единственной деревенской улице, вытянувшейся на 7 километров, он ходил в школу в Ольшанку.

— В первом классе сидел на первой парте, был практически лилипутом — самым маленьким учеником в школе. В пятом классе увлекся спортом. А потом пришла беда…

В 12 лет у Лени обнаружили доброкачественную опухоль мозга.

В Киеве подростку сделали операцию, во время которой был задет гипофиз. Травмировали Лене и зрительный нерв. Выписавшись из клиники, он стал плохо видеть. Кроме этого у него нарушились секреция и обмен веществ. Мальчишка стал расти как на дрожжах.

— Мы не успевали покупать для сына обувь и одежду, — рассказывает Галина Павловна. — Достали ему как–то по знакомству в начале лета ботинки на три размера больше, чем он носил, а к сентябрю они оказались ему малы.

Провожая взглядами вымахавшего Ленчика, в Подолянцах все чаще вспоминали историю про дядю Степу: “Он через любой забор с мостовой глядел во двор. Лай собаки поднимали: думали, что лезет вор”.

К восьмому классу Леонид перерос всех учителей. Новенькие преподаватели принимали его вначале за второгодника. Правда, пока подросток не начинал отвечать урок. Несмотря на плохое зрение, школу Леонид окончил с золотой медалью. С выбором профессии определился еще в детстве.

— Мама — бухгалтер, отец — агроном. А специалистов по лечению животных в семье не было. Вот и решил стать ветеринаром, — объясняет великан.

Окончив с отличием Житомирский сельскохозяйственный институт, Леонид предстал перед комиссией в военкомате. Врачам не хватило планки, чтобы измерить рост великана.

— А забраковали меня не из–за гигантского роста и не из–за слабого зрения, а из-за плоскостопия, — смеется Стадник. — К тому времени я уже носил 60-й размер обуви.

“Если растолстею — слягу”

После института была одна стежка–дорожка — в колхоз. Устроился Леонид ветеринарным врачом на ферму, что в семи километрах от дома. И потянулись для великана дни–близнецы.

— Садился ни свет ни заря на велосипед — и колесил на дойку, — рассказывает Гулливер. — Потом ни один из “железных коней” мой вес уже выдержать не мог. Я пересел на бричку. Моими ногами стали четыре пары лошадиных копыт Машки и Тюльпана. Зимой дорогу заметало. Чтобы поспеть к шести утра на работу, вставать приходилось порой в три. Однажды в 25–градусную стужу отморозил пальцы на ногах.

С той морозной зимы ноги перестали слушаться великана. А тут еще напасть — едкий навоз. В “агрессивной среде” ботинок хватало максимум на три месяца. Стоила сшитая на заказ обувка около 500 гривен. После десяти лет стажа, когда окончательно развалились последние самодельные валенки, Леня вынужден был оставить работу. А к лету и ферма загнулась.

Ныне минуло два года, как жизнь великана протекает исключительно за забором собственного дома.

— А мне с моими Ласунькой и Белочкой хорошо! — говорит Леонид, показывая нам с гордостью своих буренок.

Хозяйство у Гулливера обширное: лошадь Ксюша, выводок поросят, индюки, куры с главой “гарема” — разноцветным петухом Бароном, две собаки — Джесси и Барсик, два кота — Пух и Маркиз. А еще сад и гектар огорода.

Многообразию сортов кустарников и ягод в Гулливеровом огороде могла бы позавидовать любая опытная станция.

— Актинидия, кизил, ежевика, ремонтантная малина… — говорит, осторожно обходя растения, великан.

С сада-огорода семейство и кормится. В ежедневный рацион входят картошка и молоко. Банками с дарами буренок заставлен стол летней кухни, лавки, стулья, приступочки.

Избыток молока Стадники сдают на молокозавод.

— Почти даром отдаем, — сетует хозяйка. — 50 копеек за литр. Минеральная вода стоит дороже.

Как ни любит Леонид домашнее сало да душистый хлеб–буханец, старается ограничивать себя в еде. Лишние килограммы гиганту ни к чему. “Суставы и так не успевают за моим ростом, если растолстею, вообще слягу”, — уверен Гулливер.

В селе нет магазина. За промтоварами надо ехать в райцентр Чудново. “Сяду в чью–нибудь легковушку — как в тазик залезу. Всю дорогу хлопаю коленками по ушам”, — сетует великан. И автобус не для гиганта: в салоне приходится стоять, согнувшись в три погибели. Гулливер мог бы разместиться в открытом мини–тракторе. Но где взять денег на диковинный транспорт, если не хватает средств на одежду, которую приходится шить на заказ? Об обуви и говорить нечего. Пара ботинок, сшитая на житомирском протезно-ортопедическом предприятии, тянет ныне на 1059 гривен. При том что пособие по инвалидности у Гулливера — 340 гривен (что-то около 60 долларов).

“Кому нужен муж–небоскреб?”

Усталое солнце, проплыв свой полдень, уходит за поля. Открывая в хате окна, хозяйка говорит, будто дает наказ:

— Жинку бы Лене хорошую!

Галина Павловна не может смириться, что Бог одарил ее сына гигантским ростом и одиноким сердцем. Любую женщину, заглянувшую к ним на огонек, она рассматривает как потенциальную невестку.

Леня лишь отмахивается: “Кому нужен муж–небоскреб?”

Психологи отмечают, что великаны до конца своих дней остаются “большими детьми”. Они очень привязаны к родителям и друзьям. Как никто другой, Гулливеры ценят доброту и хорошее отношение к себе. Но в то же время они очень ранимы и сильно переживают за те неудобства, которые причиняют своим ростом другим.

Между тем жизнь великанов — сплошной дискомфорт. Например, даже в собственной хате Леонид может по-настоящему отдохнуть только лежа. В старой части дома потолки — 2.20, в новой — 2.60. Вот и приходится гиганту ходить, склоняя голову набок, беспрерывно “подныривая” под перекладину.

В сельской избе четыре комнаты. Одну из них полностью занимает огромная Ленина кровать — подарок родственника. До недавнего времени гиганту приходилось спать на двух составленных в длину топчанах. Для пущего комфорта в спальне вывешена репродукция картины “Три богатыря”. В компании с великанами Лене жить веселее.

— Выбери меня, выбери меня, птица счастья завтрашнего дня! — напевает Леня на кухне.

— Горилку не пьет, а поет, — удивляется сосед Федор.

Деревенским Леонид кажется чудаковатым не только из–за громадного роста. К празднику на хуторе все бегут за бутылкой, а человек–гора на последние деньги книги покупает. Ведь в сельской библиотеке из новенького — областная газета да журнал по садоводству. Будучи не в состоянии выбраться из дома, великан “путешествует” по миру с героями книг. Особенно любит Гулливер фантастику и приключения. А глаза перенапрягать нельзя. Левый глаз у Леонида почти ничего не видит, а правый — только на 14 процентов. Слышал великан, что есть повести и романы, записанные на аудиокассеты, а вот увидеть воочию новинку Гулливеру пока не довелось.

Впрочем, возможно, в ближайшее время жизнь Стадника изменится.

“Пугалом работать не хочу”

Мечта увидеть мир так и осталась для Леонида Стадника мечтой. В радужных подробностях он вспоминает, как ездил с родителями в детстве на ярмарку. Позже он лишь однажды побывал в Киеве и в Закарпатье, дальше Украины так ни разу не выбрался.

Бойкие шоумены зовут Леонида на гастроли в Индонезию и Китай. Он неизменно отказывается:

— Я не ходячий аттракцион. Пугалом работать не хочу.

Леонид хочет работать на земле. Он любит свой сад, свою живность, свое село, где до сих пор варят картофельный кисель, пьют грушевый квас с терновыми ягодами, лепят вареники с изюмом и сливами и говорят любимым: “Мое серденько!” Леонид верит, что еще обретет свою вторую половинку, а у судьбы просит одного: чтобы видели глаза и не отказывали ноги. Но год от года жить великану становится все труднее. И “МК” решил помочь чудо-богатырю.

— Ступня — 41 см, подъем — 40, — тщательно измеряю я ногу великана. Мастера столичного ателье просили снять с конечностей Гулливера 12 мерок.

Мастера специализированного обувного ателье видели много на своем веку. Специалистам приходилось шить сандалии, ботинки, сапоги на всякую нестандартную ногу. Но, увидев контур стопы великана, привезенный нами с Житомирщины, долго цоколи языками. Взяв в руки линейку, определили размер: 62-й! Мастера прикинули, что на зимнюю обувку для Гулливера пойдет не меньше 65 дециметров кожи. Сходу подобрали и нежнейший меховой мутон для подкладки, который только что получили из Киргизии. Главное теперь — изготовить колодку и отлить гигантскую подметку.

Что ж, даст Бог, будут скоро у гиганта зимние сапоги на мутоне. А значит, можно отправляться в путешествие.


ИЗ ДОСЬЕ “МК”: САМЫЕ ВЫСОКИЕ ЛЮДИM

•Леонид Стадник, Украина, 255 см

• Александр Сизоненко, Россия, 250 см

• Мунир Фурар, Алжир, 244 см

• Чанг Юнсай, Китай, 242 см

• Радхуан Чарбиба, Тунис, 237 см

• Си Шун, Китай, 236 см

• Насир Соомро, Пакистан, 236 см

• Хусейн Бесад, Великобритания, 236 см

• Раджан Адхикари, Непал, 236 см

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА:

Профессор Ростислав БЕЛЕДА, руководитель Московского городского центра сексопатологии:

— Высокий рост накладывает отпечаток на формирование характера. Гулливеры, как правило, стеснительны, робки и нелюдимы. У них чаще, чем у обычных людей, развивается ипохондрия или депрессия. Но великаны более доверчивые, простодушные и непосредственные, чем обычные люди. Важно определиться, чем был обусловлен рост великана. Случается, что генетически, из поколения в поколение, в роду встречались высокорослые родственники. Но чаще всего гигантский рост — это отклонение в состоянии здоровья, в частности в работе эндокринных желез, которые и обеспечивают рост человека. У больного акромегалией начинают отдельно расти или нос, или конечности, а может и в целом он расти пропорционально. Играет роль и тот факт, в каком возрасте и как бурно у него начался рост. Если в период полового созревания, то это обстоятельство обеспечивает наиболее гармоническое развитие. Эти подростки легче всего адаптируются к окружающей среде. А когда идет преждевременное половое развитие, когда ребенок начинает интенсивно расти чуть ли не с 5—7 лет, он, как правило, развивается непропорционально, у него появляется и избыточный вес, и одышка. Он растет так быстро, что сосуды и нервы не успевают. Эти люди громадного роста, но физически слабы, у них пониженная работоспособность. Их нередко привлекают для игры в баскетбол, но двигаются они мало, выполняя лишь роль “вышки”, перекладывая мяч из руки в корзину.

Любопытно, что великаны своей избранницей чаще всего хотят видеть девушку среднего роста. Гулливеры подспудно понимают, что их высокий рост — это все-таки не норма, и не хотят, чтобы дети повторили их судьбу. Что касается сексуальной жизни, у великанов, которые развиваются пропорционально, никаких отклонений не наблюдается. У тех же, чей гигантский рост обусловлен каким-либо заболеванием, в частности акромегалией, когда снижена и психическая, и физическая активность, трудностей предостаточно. Некоторые из них просто не могут жить сексуальной жизнью. У них, как у стариков, вялая эрекция, а качество и частота половой жизни оставляют желать большего. Расхожее мнение, что у гигантов все большое, что они могут просто травмировать свою партнершу, неверно. Не думайте, что если рост у великана 2 м, если он физически развит, то и половой член у него будет 20 см; нет, он у него обычный — 10—12 см. Наоборот, большим членом и сильным половым потенциалом обладают мужчины небольшого роста, про которых в народе говорят: “Сухое дерево в сук растет”.


АНЕКДОТ ДНЯ

— А у меня нет девушки...

— Не может быть! Ты такой видный, высокий мужчина — и нет девушки? Почему?

— Мне жена не разрешает...




Партнеры