Убийство под прикрытием

Садистское преступление не стали раскрывать в целях конспирации?

13 сентября 2006 в 00:00, просмотров: 1507

Перед Новым, 2006 годом в тверской деревне Карамзино произошло дикое убийство. Зарубили московского дачника, а с ним еще трех женщин и — что самое жуткое! — двух малышей, 4 и 5 лет от роду.

Злодея поймали почти сразу. Он сознался. Летом предварительное следствие было закончено, а скоро суд будет решать, направлять ли убийцу на принудительное лечение. Но… над выводами следствия смеется вся деревня.

Спецкор “МК” побывала на месте происшествия, в двухстах километрах от Москвы. И убедилась: кровавый след ведет на Петровку. Может, поэтому следователи прокуратуры Тверской области в упор не заметили противоречий в своей версии?


По узкому шоссе, ведущему в сторону озера Селигер, поздно вечером 30 декабря ползла сквозь снегопад черная “Волга”, битком набитая людьми, теплыми одеялами и разными вкусностями. 45-летний Сергей Беляков вез на дачу, в Зубцовский район Тверской области, трех женщин. Маму — 68-летнюю пенсионерку Лилию Белякову, жену — 37-летнюю Ольгу Морозову. Уговорили поехать и гостью — 31-летнюю Марию Комарову, институтскую Ольгину подружку. На руках у пассажирок сладко посапывали во сне усталые Машины детишки — Лиза и Гена Тецлав.

— Во втором часу ночи один из парней заметил Серегину машину около дачи. Движок работал, — вспомнила заведующая сельмагом Ира.

Но и наутро 31 декабря, и еще несколько дней тяжело груженная “Волга” с горящими огоньками сигнализации продолжала маячить у ворот дачи Белякова. Бабульки, увидев в салоне какие-то тюки, ворчали: “У, куркуль!”. Мужики ухали: “Ну, Серега, навез подарков”. В деревне посмеивались над москвичом: напился и машину бросил. Ну сколько можно квасить?

Только к вечеру 3 января деревенские подошли к машине. Дотронулись до дверцы — та легко распахнулась, и с переднего пассажирского сиденья повалился Беляков с размозженным затылком, давно и непоправимо мертвый.

Вызвали милиционеров. Те содрали тряпье с “тюков” на заднем сиденье и увидели невозможную, невероятную картину: скорченные, с разбитыми головами, тела обоих малышей. И женский труп (это была Ольга). Еще два заледенелых тела — Лилии Дмитриевны и Маши — вытащили из багажника, куда их засунули поверх пакетов с неуместно веселыми новогодними надписями.

Но кроме ужасных находок были находки странные. На заднем сиденье нашли отчетливый кровавый след мужского ботинка. Чей — так и не установили (но не Белякова и не предполагаемого убийцы: тот был в тапочках). В машине — бейсбольную биту. Она видна на фототаблице, однако ни в один протокол ее не внесли. Притом что ни один свидетель не мог вспомнить, что видел такую биту у Белякова. Москвич и сам оказался не так-то прост: в его нагрудном кармашке лежало удостоверение на фамилию Павловского, а в машине — наручники. Эти предметы следствие вещдоками не сочло. Неизвестной осталась судьба барсетки с документами, которую Беляков никогда не выпускал из рук: куда она пропала, не узнали.

Слуга

Милиция начала искать самого близкого к Белякову человека в деревне — его работника, 19-летнего Арслана Сайфутдинова.

— Из наших, деревенских, убить Серегу никто не мог, — твердят местные.

Татарин Арслан был чужаком.

Три года назад Беляков приветил молчаливого подростка из неблагополучной семьи (“мать пьет, отец по тюрьмам скитается”). Поселил в доме. Учил мастерить, одевал, брал с собой на рыбалку и шашлыки, сажал с гостями за стол. Те радовались: “Хоть одному из семьи повезло”. Зарплата — 4,5 тысячи рублей в месяц. Недурно для безденежной деревни! В тетрадку хозяин записывал легкие задания: “подмести пол”, “полить растения”, “разобрать автофургон и вынуть оттуда шампуры”. Их можно было выполнить за два дня — работник растягивал удовольствие на неделю. В Карамзине мне рассказали анекдот:

— Копает Арслан грядки за домом. Ольга глядь, а к задней стене дома прислонена лестница — он влез себе потихоньку на второй этаж и отсыпается там пузом кверху!

Жена Белякова искренне не понимала, почему муж так носится с отъявленным лентяем. Изредка Арслан сбегал из деревни, а когда кончались деньги, возвращался к матери. Но Беляков приходил за ним — и все начиналось снова… Без спросу взял машину хозяина и разбил. За что получил в зубы и все лето отрабатывал ущерб.

Если и был некий предупредительный звонок, то москвич его не услышал.

Незадолго до убийства отравили одну из свирепых кавказских овчарок Белякова. Сергей отвез пса на вскрытие — оказалось, что собаку отравили карбофосом. В принципе, если Арслан затаил злобу, он мог убить пса: яд имелся в доме. Но Беляков оставил работника при себе. Значит, не заподозрил его. Почему?

“Серега спит”

Подозревать юного слугу были основания.

Пока трупы не обнаружили, Арслан оставался в деревне. Разменял в магазине тысячную бумажку, купил выпивку. Объяснил, что Беляков выдал зарплату. Первые дни нового года мальчишка вел себя, словно купюры жгли ему руки: вызывал такси из райцентра, катался по ближним деревням, навещал знакомых девчонок, ездил во Ржев и Зубцов. Тем, кто интересовался судьбой Белякова, врал. Одним — будто Сергей пьян и отсыпается. Другим — якобы тот бросил заглохшую “Волгу” и “уехал в гости”. А сам пытался запустить двигатель. Позвонил трактористу: “Вытащи, дядя Володя, машина в сугробе застряла”. — “А где ж Серега?” — “Спит”.

— Арслан открыл водительскую дверцу. Я в салон заглянул: на заднем сиденье — одеяло, переднее пассажирское тоже прикрыто, под ним что-то лежит. Мы машину из сугроба выдернули, и он попросил протащить по деревне, чтоб завелась. Мол, во двор загнать надо. Но я отказал: “Серега проспится, сам загонит”.

А потом парень исчез. Сбежал в Москву.

Версия, что убийца — Сайфутдинов, сложилась молниеносно. Искали его три дня. Сыщики с фотографиями Арслана отправились в столицу, на автомойку, где работала его сестра. И там выяснили, что 5 января подозреваемый появлялся у сестры, что тем же вечером был отправлен ею на междугородном автобусе “Тихий Дон”, рейс Москва—Таганрог, госномер такой-то… Парню нужен был билет на любое направление, лишь бы подальше.

Многострадальный автобус до Таганрога милиция останавливала несколько раз. Но Арслана (он назвался Андреем Савельевым) не задержали! Значит ли это, что у него имелись документы на имя Савельева? Если да, то у кого и когда он их получил?

В ночь на 6 января автобус вновь остановили в Липецкой области, в Ельце. Пассажирам разрешили выйти на свежий воздух. Беглец, припомнили водители, спокойно курил рядом с автобусом.

…Выручила сметка сотрудника ГИБДД: он незаметно набрал номер Арслана (данные были в ориентировке). В кармане у парня зазвонил телефон. “А ну, кто это тебе звонит?” — потянулся к трубке милиционер, стоявший рядом…

Дом-призрак

“Теперь всех, кто заезжает в Карамзино, на первой улице, на перекрестке, встречает дом-призрак. Идешь мимо — до сих пор мурашки по коже!” — написала в Интернете соседка-дачница.

Арслан дал признательные показания в день задержания. Если бы я не побывала в Карамзине и в доме-призраке, я бы им поверила. А так...

“Я хотел уйти от Сергея, так как мне надоело быть у него рабом. К Сергею и Ольге я испытывал очень сильную ненависть и злобу. Сергей оскорблял мои национальные чувства татарина, говорил, что татары 300 лет унижали Россию, а теперь он мне отомстит”, — объяснил Арслан.

Сначала он “назло, чтобы испортить Новый год”, надумал повеситься. Затянул петлю из проволоки, пять-шесть раз пробовал удавиться (а балочка, на которую была наброшена петля, — хлипкая, и 20 кг не выдержит! — Авт.). Но передумал и захотел зарезаться. Затем увидел большой топор и решил, что лучше убьет хозяина.

Из объяснений Арслана выходило следующее. Ночью 30 декабря, увидев в окно, что подъехала машина, он потушил свет в прихожей и встал слева от двери с топором. Первым вошел Беляков. В кромешной тьме заметил Арслана, отругал слугу за невключенный свет и неубранный снег. Повернулся и сделал несколько шагов к двери, ведущей в дом, и к щитку, с которого включалось электричество. Тогда Арслан обухом топора ударил Белякова по голове, а когда он упал, нанес ему еще 3—4 удара.

Следствие приняло это на веру. Но, если судить по выводам судмедэксперта, на лице и кистях рук Белякова осталось множество прижизненных кровоподтеков, гематом и ссадин. Их он явно не мог получить от удара обухом топора. Может, ударился об пол при падении? Но “повреждения на лице могли возникнуть при вертикальном положении пострадавшего”, — отметила эксперт.

Что же тогда выходит — перед смертью москвича избили? Кто?

Три других убийства слуга, как следовало из его показаний, совершил как на конвейере. Ольга Морозова, Мария Комарова и Лилия Белякова по очереди, с интервалом в 1—2 минуты, входили в темную прихожую. А Арслан, притаившийся за дверью, бил каждую обухом топора по голове. Маше, например, нанес 9 (!) ударов. Оказывали ли женщины сопротивление, он не помнит.

Следователь: — Когда вы совершали убийства, где были собаки?

Сайфутдинов: — Во дворе.

Но поверить в такое просто невозможно! Злые обученные псы не впускали на территорию никого, кроме трех человек — Белякова, Арслана и местного жителя Александра Комарова, который в тот день лежал в больнице в райцентре. Если ни слуга, ни хозяин собак не привязали и не загнали в дом, то посторонние — Маша, а тем более пенсионерка Лилия Дмитриевна, в Карамзино практически не ездившая, — самостоятельно зайти во двор никогда бы не смогли.

В деревне над версией следствия откровенно издеваются:

— Чтобы женщины пошли гуськом, одна за другой, в темнотищу, а не позвали Сергея с порога? Неужели они не слышали шума? Четыре убийства — а “кавказцы” молчат? Да собаки от запаха свежей крови озверели бы, рвались и выли. Наверное, москвичей где-то оглушили, а потом привезли в дом и добили…

Это похоже на правду. Ольга Морозова явно отбивалась: у нее изрезаны руки. Успела бы она крикнуть? Вполне. Часть ударов, определил эксперт, нанесена, когда Ольга еще стояла. Но комнатка маленькая, а на штукатурке стен я не нашла ни единого пятнышка крови… О повреждениях рук у Марии Комаровой в протоколах не говорится. Но полсотни человек, которые на похоронах прощались с молодой женщиной, видели, что кисти ее рук рассечены — этого не смог скрыть даже толстый слой грима.

Арслан утверждал, что ставил свой топор к стене, а в этом месте следов крови нет.

“Подойдя к машине, я увидел, что на заднем сиденье спят маленькие Лиза и Гена, — завершил свои показания Арслан Сайфутдинов. — Я автоматически пошел в дом, взял топор… После убийства детей я решил, что мне надо спрятать трупы. Я отматывал от рулона целлофана большие куски, разрезал их и волочил трупы до автомашины. Это заняло 5—6 часов. Топор я бросил в печь в подвале. 31 декабря я пытался уехать на этой машине, но машина заехала в сугроб”.

Не верим!

— Арслан худенький, одному ему не справиться, — заявлял мне каждый второй в Карамзине. Так же считает мать Ольги Морозовой. Отец Сергея — доктор химических наук, профессор, академик Владимир Беляков: “Я думаю, сторож — не убийца, а способствующий убийству”.

Подтверждение этому, если постараться, можно найти в материалах дела. Обыскивали дом. На столе стояли две кружки, в мойке лежала грязная посуда. Обработали их специальным порошком, но отпечатков пальцев не обнаружили. На холодильнике — тоже. Значит, посуду и холодильник протерли. Кто постарался уничтожить улики? Арслану стирать свои отпечатки ни к чему — в доме их полно. Следы крови, найденные в самом доме, на экспертизу не отправили. А они чьи? О травмах и порезах Сайфутдинова в деле ничего не говорится.

— А почему в обвинительное заключение не вошло, что эксперт в морге Ржева, где осматривали трупы, говорила о нескольких орудиях убийства? — удивился близкий родственник Сергея. — Было как минимум три орудия нанесения повреждений: топор, молоток для отбивания мяса и большой тупой предмет типа кувалды. Следы от молотка видели друзья Сергея на опознании.

Допрошенная эксперт от своих слов отказалась, но ее “обрезанные” показания в деле остались.

И это делает версию следствия шаткой и приблизительной.

“Убийцы — криминальные лица, которым было за что мстить Сергею”, — сделал вывод академик Беляков. И заявил на допросе: сын в Москве фактически принимал участие в проведении оперативно-розыскных мероприятий с Управлением по борьбе с организованной преступностью. Об этом сын рассказывал сам, к тому же отец общался по этому поводу с начальником Сергея.

Может, это и было настоящей причиной убиства, совершенного “под прикрытием”? Но для тверских следователей единственный преступник — Арслан. Так удобнее. Зачем им лезть в столичные разборки?

Нельзя сказать, что следствие не пыталось проверить информацию о том, что убитый москвич был убоповцем. Пусть даже внештатным. Отправили куда надо запрос. И получили двусмысленный конспирологический ответ с Петровки:

Из письма УБОП ГУВД г. Москвы:

“Факт сотрудничества гр. Белякова С.В. с подразделениями по борьбе с организованной преступностью ГУВД Москвы установить не представляется возможным. В картотеке Беляков как сотрудник ГУВД Москвы не значится. Проверить участие Белякова в мероприятиях, проводимых УБОП ГУВД г. Москвы, не представляется возможным”.

Понимай как знаешь: то ли не был, не участвовал, а отцу врал. То ли запрашиваемая информация являет собой высший уровень секретности, и даже факт убийства не заставит Управление по борьбе с организованной преступностью засветить своего агента.

Следствие разгадывать загадку не стало и отступилось.

Подполковник или враль?

Как это никому из местных не пришло в голову пошуровать в брошенной “Волге” Белякова? Деревенские искренне изумлялись моей наивности: “Кто же у мента тронет?!” Беляков о своей работе не откровенничал, но то, что он “мент”, знали все. Иногда приглашал на дачу друзей из Москвы: “О-о, это одна милицейская компания!”. А прошлым летом 45-летний москвич торжественно отметил на даче выход на пенсию и объяснил, что в связи с отставкой получил очередное звание подполковника.

— Однажды поехали на шашлыки, — рассказал отец убитых малышей Дмитрий. — Сергей приехал прямо в официальном костюме. Выпил, задремал на травке. Распахнулся пиджак, и мы заметили плечевую кобуру. Объяснил: “Я прямо с работы”.

О том, что Сергей — сотрудник УБОПа, говорила Дмитрию погибшая Мария Комарова.

Я выяснила: человек, которого Беляков-старший считает начальником сына, действительно работал заместителем начальника ОБОП УВД Западного округа столицы. А позже перешел в Департамент по борьбе с оргпреступностью и терроризмом МВД России.

По данным “МК”, Беляков был предпринимателем — имел фирму, которая занималась продажей дисков, торговал на Горбушке. Каким-то образом познакомился с убоповцами, стал выполнить их поручения и даже участвовать в операциях. Так бывший предприниматель стал очень влиятельным человеком. Его приняли на работу в одну из тульских фирм — руководителем службы безопасности, состоящей из единственного сотрудника — самого Белякова. Используя связи в правоохранительных органах, Беляков выполнял поручения в Москве: например, “пробить” новых клиентов. Как-то на фирму наехали — вынуждали по дешевке продать большой производственный корпус. Беляков отправился в Москву и раздобыл такой компромат на конкурентов, который позволил разрешить конфликт в пользу фирмы-работодателя. Помещение продали за реальную цену и сохранили несколько миллионов рублей. И такое случалось не однажды.

Но вершина — это дело, которое… состряпали по заказу Белякова для его слуги — Сайфутдинова. Арслан взмолился: “Не хочу идти в армию!” Чтобы отмазать парня, на свет появилось уголовное дело по обвинению Арслана в контрафактной торговле дисками с популярной бухгалтерской программой. Работник чистил снег на даче, а по документам он якобы раз за разом в Москве, на проспекте Вернадского, попадался на контрольных закупках, которые проводили сотрудники ОБЭП УВД Западного округа.

Из показаний Сайфутдинова:

“Сергей сказал, что у него большие связи в милиции, прокуратуре и суде Москвы, и предложил мне “условный срок”, зато в армию не призовут. Перед судом я 2—3 раза по указанию Белякова ездил в Москву. Меня встречали, везли то ли в милицию, то ли в прокуратуру. В кабинете один из мужчин печатал какие-то документы, которые давал мне подписывать, а порой я подписывал пустые бланки. В суде ко мне подошел мужчина, который был то ли прокурором, то ли адвокатом, и подробно проинструктировал, что говорить…”

Итог фантасмагории вполне реальный: в апреле 2005 г. по приговору Никулинского суда парень получил 1,5 года условно за торговлю контрафактом. Сейчас материалы по этому эпизоду выделены в отдельное производство.

Итак, погибший Сергей Беляков являлся сотрудником правоохранительных органов, который работал под прикрытием. Могло ли неофициальное сотрудничество с органами стать причиной для устранения Белякова? Вполне. Если он, например, крупно подставил кого-то из игроков на рынке пиратской продукции, и ему жестоко отомстили.

И тут на роль единственного убийцы мог пригодиться Арслан. Ведь он уже был на крючке с условным сроком! Запугали, “замазали” — сунули в руки топор, чтобы добил москвичей. Потом — ободрили, дали денег. Научили, что говорить, если поймают. И пообещали легкое наказание за молчание. А к этому все идет: судебно-психиатрическая экспертиза обнаружила у Сайфутдинова признаки “временного психического расстройства в форме депрессивного эпизода средней степени”. 18 сентября суд будет решать, надо ли отправлять его на принудительное лечение. Вот выздоровеет, тогда и станут определять, был он вменяем в момент преступления или нет.

Когда еще дело дойдет до суда? Дойдет ли?


Просим считать эту публикацию официальным запросом в Генеральную прокуратуру РФ.




    Партнеры