Худая совесть хуже коммерции?

Ростропович похвалил Соколова

18 сентября 2006 в 00:00, просмотров: 233

До конкурса имени Чайковского еще полгода. Но Минкульт загодя и с помпой подает его — по кусочкам, с подливочкой, — аки фирменное блюдо. И вчера после оргсовета состоялся “подход к прессе” г-д Соколова (культминистра) и Ростроповича (президента конкурса).

Ростропович (к прессе): “Пожалуйста, вопросы…” Вопросов не последовало. Событие пока неактуально, а про то, что насущно, вроде и неудобно спросить. Однако сам маэстро на эту “актуальность” таки вывел:

— Пока подготовка идет сугубо по техническим вопросам. Мы имеем на это время, а еще имеем замечательного министра культуры, который руководит всей организацией. (Соколов зарделся.) Зашел, например, разговор, приглашать ли в жюри технических людей — скажем, директоров театров… Ведь атмосфера конкурса должна контролироваться совестью каждого члена. Вот существуют большие музыканты. Это одно. А существуют люди, которые являются директорами театров или филармоний. И мы будем избегать их приглашения, потому что эти директора могут быть связаны с кем-то из членов жюри. И часто они — очень большие коммерсанты, у них коммерция превышает художественную совесть. И поэтому они часто делают такие постановки классических опер…

— Тогда уж прокомментируйте, раз начали… — попросил я, памятуя о недавнем заявлении г-жи Вишневской по поводу “мерзостей” премьеры “Евгения Онегина” в Большом театре.

— А что комментировать? Это такая эпидемия, которую надо лечить. Медицински, к сожалению, ее нельзя лечить. “Аиду” и “Евгения Онегина” поставили очень странно. Мы не вправе корректировать тех гениев, которые оставили нам в наследство великие произведения.

— А по поводу призыва к цензуре? — это то, что цитировали из заявления г-жи Вишневской более всего.

— А при чем здесь цензура? Цензуры вообще для меня никогда не было и нет. Слово “цензура” для меня заменяет совесть!

— В чем вы видите ваше личное участие в конкурсе?

— Во-первых, я встречаюсь со своими старыми друзьями. Ведь тем самым я как бы возвращаюсь в Московскую консерваторию — на мою самую любимую родину. Меня настолько это трогает, что буквально слезы на глазах. И для меня это счастье. И счастье для Министерства культуры, что у них такой министр. (Соколов зарделся еще раз.) Потому что я знал разных министров. А я… я просто хочу все знать, знать, что здесь происходит. И я имею личный контакт с министром, мы говорим о конкурсе Чайковского. Даже просто вдвоем часто… И мы попробуем создать атмосферу, достойную нашей великой Руси!




    Партнеры