В чем сила, брат?

Кузен Путина встал с левой ноги власти

18 октября 2006 в 00:00, просмотров: 276

Партийную кашу Путиным не испортишь. Владимир Владимирович — свет в окошке и для “Единой России”, и для ее нарождающегося конкурента: Жизни—Пенсионеров—Родины. Но у кашеваров Сергея Миронова Путина теперь чуть больше, а “ЕР” понесла невосполнимую утрату.

В Партию жизни, покинув стан “медведей”, вступает кузен президента. Вопрос: “В чем сила, брат?” — получил актуальный ответ: “В фамилии”.


Возможно, Игорь Александрович предпочел резервуары лицензиям потому, что дальновидные люди предложили ему отличные условия работы — кто откажется иметь родню Путина в руководстве?..

“Единая Россия” тоже не дремала: как только двоюродный брат президента перестал быть госслужащим и переехал, в Самаре созвали внеочередную конференцию регионального отделения. Там Путину торжественно вручили партбилет. Но кто же знал, что Кремль решит создать вторую партию власти!

И вот через год в городе грянули выборы мэра. Нынешний градоначальник, которого поддерживают “медведи”, по словам Путина-кузена, ему не нравится. Зато его конкурент — главный местный “жизненец” — нравится старшим бизнес-партнерам Игоря Путина. И вот родственник президента ошарашил единороссов — написал заявление о выходе из партии “в знак протеста против лоббирования на выборах Вячеславом Володиным действующего мэра”. И пожелал вступить в Партию жизни.

Возможно, самарской карьерой кузен ВВП не ограничится. Как рассказал “МК” первый зампред РПЖ Николай Левичев, Путин подал заявление в президиум Общенационального совета партии: “Мы не склонны тянуть с рассмотрением, и решение будет принято оперативно”.

— Игорь Путин пробыл членом “Единой России” лишь около года. Вы не боитесь, что он, если поменяется конъюнктура, и вас так же быстро покинет?

— Если наша партия предоставит ему такой же повод, как “Единая Россия”, которая приняла не очень понятное своим членам самарской городской организации решение (о поддержке мэра. — “МК”), наверное, у него будет такое же право разойтись с нашей партией.

Пообщался с “МК” и сам Игорь Александрович. “Единая Россия” на данный момент себя уже изжила”, — провозгласил он.

— Но, простите, “ЕР” во всем разделяет позиции Путина. Идете против брата?

— Я недавно встречался с Сергеем Мироновым, и он рассказал мне, что президент его поддерживает, даже разрешил использовать свое изображение на рекламных плакатах. Так что ни о каком противодействии речи быть не может.

— Сколько всего кузенов и кузин у Владимира Владимировича?

— Не думаю, что это так важно — сколько нас всего. А контакты мы поддерживаем. Это естественно!..

Надо признать, что пиар-ход оказался сильным: до сих пор на выборах использовали банальных двойников. А теперь устроили перетягивание чистокровного Путина.

Учитывая, что у ВВП — трое дядьев и две тетушки, двоюродных должно быть много. Пока публике известны лишь три человека. Но ближе к выборам, глядишь, узнаем и про остальных.


Каждый человек — кузен своего счастья

53-летний Игорь Путин — сын дяди Владимира Владимировича по отцу. Он закончил Рязанское высшее военное автомобильное училище, служил в армии (подполковник в отставке), потом работал в Рязани — главой Лицензионной палаты области. А в прошлом году вдруг перебрался в Самару и возглавил совет директоров Самарского резервуарного завода.


МЕЖДУ ТЕМ

Несколько лет назад газеты написали о скандале в Екатеринбурге. С частным визитом в город (кстати, перед выборами в Госдуму) приехал из Новосибирска некий Игорь Арефьев, представившийся двоюродным братом ВВП. Он осмотрел культурные объекты Екатеринбурга в сопровождении местного архиепископа и одного кандидата в депутаты. Уральская пресса визит всесторонне осветила. Но спустя 2 месяца местное управление ФСБ довело до всеобщего сведения, что “по имеющимся данным, у Президента РФ нет родственников с именем Арефьев Игорь Владимирович”.


ИЗ ДОСЬЕ "МК"

Житель Ульяновска Владимир Александрович Путин после нескольких лет изысканий, по его словам, доказал, что президент приходится ему “внучатым племянником в шестом поколении”. Ульяновец заявил, что для этого ему пришлось нарисовать генеалогическое древо из 200 000 человек.




Партнеры