Валерий Тишков: “Теперь мы знаем, что означают слова лидер нации”

Сегодня Валерию Тишкову исполняется 65 лет

6 ноября 2006 в 00:00, просмотров: 661

Есть люди, которые говорят громко, но их не слушают. Тишков из другой породы — голосом не берет (может, фамилия обязывает?), излагает спокойно и на удивление просто. Но каждая мысль убедительна. Записывать хочется. Что, собственно, и сделал ваш корреспондент, беседуя с председателем Комиссии Общественной палаты России по вопросам толерантности и свободы совести, директором Института этнологии и антропологии, членкором РАН Валерием Александровичем Тишковым.


— Сегодня вам исполняется 65 лет, поздравляем. Но дату эту, похоже, мы встречаем в условиях, когда в России все-таки не все ладно — “Русские марши”, профашистские настроения?

— Не считаю себя борцом против “русского фашизма” и не пользуюсь этим термином. На одном из собраний Марат Гельман список “неофашистов” оглашал, так я его даже в руки не взял, как, впрочем, не видел и списка “врагов русского народа”, где, говорят, есть и моя фамилия. Да, проблемы национализма, экстремизма и насилия, проявляемого на этой основе, есть и требуют серьезной работы. У политиков появилось стремление использовать ультранационалистические взгляды и лозунги типа “Мы за бедных, мы за русских”. Да, это опасный и лишь на первый взгляд беспроигрышный вариант. Как, впрочем, и миф, что беды наши от мигрантов, тех, кстати, чья доля в российском ВВП составляет 8—10 процентов, а по некоторым оценкам, аж под 20. Мы можем выпустить из-под контроля эти настроения — но не забывайте: подрастает поколение детей этих мигрантов, уже родившихся в Москве или в других городах. Они запомнят, как унижают, оскорбляют их родителей, и будут брать реванш. А закрыть миграцию невозможно — нам нужно решать еще и демографическую проблему. Но не надо нагнетать и преувеличивать. У нас вообще имеет место кризис понимания России, преуменьшение степени позитивных перемен, которые произошли за 15 лет, и преувеличение негатива.

— Два слова о том, чем, как говорится, встречаете свой юбилей?

— Ну для меня это не юбилей вовсе. А так... рад, что книги мои читают — 11 авторских и еще десятка два-три под моей редакцией, две энциклопедии “Народы России” и “Народы и религии мира”, за которые я Госпремию получил. Рад, что некоторые мои идеи нашли воплощение и в политике, и в управлении государством.

— Какие? Можете раскрыть тайну?

— В 92-м, будучи министром по делам национальностей России, я высказался, что помимо нацобразований в виде республик, которые нам остались от СССР, вопросы этнических отношений надо решать на путях национально-культурных автономий, экстерриториально. Тогда эту идею подвергли критике, но наконец-то в 96-м был принят закон “О национально-культурной автономии”. Второе — считал и считаю, что не нужно фиксировать в паспортах нацпринадлежность, этим не занимается ни одно государство. Этничность — сложное, динамичное, индивидуальное чувство. Возьмите детей от смешанных браков, это как минимум треть населения страны — они имеют право заявить двойную идентичность: и по отцу, и по матери. Тогда моя инновация с трудом воспринималась, но в конце концов было принято и это предложение! Когда президент Путин в начале 2000 года приезжал к нам в академию, я высказался по Чечне. Второй раунд войны начался, “замочить в сортире” сразу не удалось — и я предложил, чтобы властью, а значит, возможностями устанавливать порядок, бороться с бандитами, создавать свою милицию, побольше наделяли самих чеченцев. И это было реализовано. Многие говорили, что Путин зря вооружил Кадыровых — на самом деле это была единственно правильная стратегия. Она позволила и жертв избежать, и поставить под контроль центра и населения Чечни этот регион. Ну и последнее. 10 лет назад я обосновал положение, что помимо этнических наций нужно утверждать понятие о российском народе как гражданской нации. Что без этого будущее России невозможно. Первый раз мне удалось вписать это Ельцину в ежегодное послание 1994 года. А Путин сделал более решительный шаг и не раз уже говорил то, что мы есть единый российский народ, единая гражданская нация, что не отменяет, конечно, наличие этнических наций. Все встает на свои места — становится понятно, что это за “национальные проекты”, “национальная экономика”, “лидер нации” и т.п.




Партнеры