Война идет как волк

Неделя в мирной республике — 8 убитых, 7 раненых

14 ноября 2006 в 00:00, просмотров: 632

Чечня возвращается. В телевизионные новости, в глухие слухи, в наши дома. 7 ноября в Шатойском районе убиты 7 и ранен 1 милиционер из Мордовии. 10-го у села Беркат-Юрт подорвана боевая машина инженерно-разведывательного дозора, двое раненых. 13-го в Ачхой-Мартане милиционеры по ошибке открыли огонь по подозрительному автомобилю, водитель погиб, четверо пассажирок ранены. Потери за неполную неделю — 8 убитых, 7 раненых. Командующий Объединенной группировкой войск на Северном Кавказе открытым текстом сообщает о семистах боевиках, в чьи ряды вливается новое поколение мятежников. Механизм войны — его пружины, шатуны и поршни — скрыт от глаз рядовых граждан. Им достается выхлоп — трупы детей, мужей, жен, матерей, отцов. Обозреватель “МК” пытается разобрать этот двигатель, понять принцип его работы, выяснить, какое топливо приводит его в движение и на каких заправках это топливо заливают.

БАРБЕКЮ ИЗ КРАСАВЧИКА

Прежние чеченские мятежи имели конкретное человеческое лицо.

В 94-м — генерала Дудаева. В 99-м — землемера Басаева. Нынешний кризис (см. “МК” от 10.11.2006) сложнее. Противника вроде нет, а война не кончается. Кто хранит этот очаг? Не найдя кострового среди врагов, вглядимся в друзей.

Лицо новой войны

Все линии нынешнего конфликта сходятся на Рамзане Кадырове. Он нам не враг и не предатель, но сам по себе человек, распространяющий беспокойство. В начале ноября командующий северокавказской группировкой заявил о семистах боевиках и притоке в банды молодого пополнения. Показательный итог насильственного замирения. За два с половиной года своей активной деятельности Рамзан не только не уничтожил боевиков, но невольно умудрился омолодить их ряды и обеспечить новой идеологией. Беззаботно убивая противника в сложном гражданском конфликте, Рамзан порождает новых врагов. Одни идут в банды мстить за убитых родственников, другие просто оказались за бортом нынешней чеченской действительности, ход которой определяет не Москва, и не избранная власть, а один малообразованный боксер. И действительность эта запредельно жестока.

— Взяли мы одного фугасника. Я спрашиваю, ты зачем хотел меня подорвать. Он отвечает — триста долларов обещали. Привязали его к шесту, развели огонь. Крутили, как свинью на вертеле. Говори, кто тебе триста долларов обещал. А он вообще больше ни слова. Мущщина! Красавчик! Из него барбекю делают, а он молчит. Так молча и помер.

Командующий группировкой фактически объявил, что чеченское подполье живо и пользуется поддержкой населения. Пока мы не в силах уничтожить врага, с ним надо считаться и обращаться очень осторожно. А Рамзан не считает нужным уважать противника, унижая его при первой возможности. Его пропагандисты что ни день объявляют о новых сдавшихся боевиках. Правды в таких сообщениях не больше, чем в любой рекламе. Опровергнуть ее боевики могут только диверсионными вылазками, что они и делают, восстанавливая свое реноме в глазах финансовых доноров. Так пренебрежение к врагу провоцирует новые жертвы. Разумеется, это не единственная причина активизации подполья, но бестолковая пропаганда Рамзана — один из двигателей конфликта.

Грубый и воинственный лидер в условиях гражданской войны опасен еще и тем, что своими агрессивными методами отвращает от себя местное население. Чеченский обыватель не то что любит боевиков и разделяет их идеи, но не видит между бандитами и кадыровцами большой разницы. Обе стороны ему равно постылы, и он самоустраняется от борьбы за светлое будущее, а это в условиях Чечни чревато жертвами среди милиционеров, командированных сюда из других регионов.

Ловля форели в горной Чечне

— Решил я как-то на выходные форель половить, — рассказывает мне горный чеченец. — Приехал в Шаро-Аргун. Там речка в ущелье. И так увлекся, прошел за этой форелью километра полтора. Вверх по реке рыбы должно быть больше, она ж против течения идет, а ее все меньше и меньше. Гляжу — запруда! А рядом в гору свежая тропа поднимается. Села наверху нет, значит, боевики запруду построили. Они всю мою форель и потаскали. Я к тому, что все там прекрасно знают, где боевики сидят, где рыбу ловят, по каким тропам ходят. Знают, но никому не скажут.

Места, о которых рассказывает мой собеседник, давно имеют дурную славу. Это на стыке Шатойского и Шаройского районов, на юго-востоке горной Чечни. Зона обитания нынешнего главаря мятежников — Доки Умарова. Пять лет назад на речке Шаро-Аргун разведывательная группа специального назначения №513 под командованием капитана Ульмана ловила отнюдь не форель, а самого Хаттаба, скрывающегося в мирном селе Дай. Сейчас Ульмана и его бойцов судят за убийство чеченцев, проезжавших на “уазике” и не остановившихся по требованию командира группы. Все идет к тому, что группу посадят, а пока суд да дело, 7 ноября уже 2006 года у того же мирного села Дай попадают в засаду и гибнут семеро милиционеров из Мордовии. У этой трагедии есть предыстория.

Вот что известно из официальных сводок. Четыре месяца назад, 20 июля, у села Дай группа боевиков в 15 человек остановила машину Шатойского РОВД, в которой ехали четверо чеченских милиционеров — капитан Эрсмухамбетов, лейтенант Узакбаев, сержанты Музышев и Чапанов. Боевики забрали у милиционеров три автомата и три пистолета с боеприпасами, документы и машину, расстреляли офицеров, а двух сержантов отпустили, строго наказав не служить оккупантам и другим передать, чтоб не служили.

А вот что я узнал из своих источников. Этих натерпевшихся страху сержантов кадыровцы допрашивали с таким пристрастием, что они позавидовали своим мертвым товарищам. Обвиняли в сговоре с боевиками, корили за трусость, жестоко били. Местные милиционеры оказались меж двух огней. С одной стороны — умаровские бандиты, промышляющие рыбкой у них под носом, с другой — родная власть, бессильная против мятежников, но жестокая к своим бойцам. После этого случая шатойские и шаройские милиционеры стали уходить со службы. Одни подали рапорт на увольнение, другие остались, но работали без особого рвения. Именно поэтому с преступниками в этих местах борются не местные милиционеры, а прикомандированные из Мордовии. Чужаки, отрезанные от агентурной информации. Вслепую работающие на незнакомой враждебной территории. Смертники, идущие, как та форель, против течения всей местной жизни до первой запруды боевиков.

Конфликт по всему фронту

В обстановке поголовной пассивности особенно полезны чеченцы, готовые и умеющие с оружием в руках бороться с бандитами. Все известные чеченские силовики — командир батальона “Восток” Сулим Ямадаев, командир батальона “Запад” Сайд-Магомед Какиев, специальные милицейские полки и ОМОН, подконтрольные Кадырову, должны действовать одним фронтом. Но из-за конфликтной натуры Рамзана единства меж этими людьми нет.

Уже полгода в заложниках у Рамзана Кадырова в селе Побединском Грозненского района Чечни сидит 100 человек — отряд Мовлади Байсарова, бывшая боевая специальная группа оперативного управления ФСБ, ныне расформированного. Люди Рамзана заблокировали людей Мовлади в здании бывшего ПТУ. Сам Байсаров под защитой чекистов сидит в Москве, а Кадыров пытается выкурить его из столицы, используя все свои связи. Пока крутые чеченские парни выясняют отношения в Москве, в Побединском в любую минуту может пролиться кровь. О причинах ссоры премьера Чечни и офицера ФСБ читайте в следующей колонке.




Партнеры