Анти-Штирлиц

Алексей Серебряков: “Человеческая глупость не имеет границ”

22 ноября 2006 в 00:00, просмотров: 287

Без малого тридцать лет прошло с тех пор, как фильм Бориса Фрумина “Ошибки юности” уложили на полку, а самому режиссеру заявили: “Вам не место в советском кинематографе!”. Фрумин уехал в Америку и место свое нашел. Обучает режиссуре студентов ведущей киношколы США. Step by step вернулся в пространство российского кино, сняв сначала русско-американскую картину “Черное и белое” (1991), затем фильм российского производства “Вива, Кастро!” (1994). На экраны вышел его фильм “Нелегал”, поставленный по сценарию Юлия Николина-Лурье совместно с режиссером Юрием Лебедевым. И главную роль в нем сыграл Алексей Серебряков. Роль анти-Штирлица.


Забытый звук — потрескивание пленки в киноаппарате. Почти забытое ощущение живого и рукотворного кино. “Нелегал” — словно провал во времени, эффект погружения в 70-е. Лишь через несколько минут начинаешь понимать: историческое время слоится, ты сразу там и здесь, тогда и сейчас. “Тогда” создается с помощью фактуры — облезлых зданий, рисунка обоев, одежды, сигарет Оpal (художник Владимир Светозаров) и самого воздуха, который именно таким был тридцать лет назад (оператор Николай Волков). Но это взгляд из сегодня — ироничный, играющий парафразами с нашим главным разведческим мифом “Семнадцать мгновений весны”. Взгляд печальный до того, что хочется смеяться над ошибками юности, над кристальной, беспримесной глупостью, над торжественно-победоносным абсурдом, которому немыслимо противостоять.

Нелегал — “наш человек” в Хельсинки — мирно “пашет” под прикрытием ветеринарной лечебницы, переправляя шифровки в Центр. Однако Центру нужен профессионал для работы в Советском Союзе. И героя возвращают на родину. Здесь, отрабатывая новую легенду для новой работы, он становится нелегалом в собственной стране.

Алексей Серебряков (“Фанат”, “Бандитский Петербург”, “Антикиллер-2”, «9-я рота») феерически играет человека, которого, как безвольное тело, передвигают с места на место, а он с усталым профессионализмом вписывается в крутые повороты головоломных разведывательных будней. Следователем районной прокуратуры? Пожалуйста! Быстро обжил кабинет, завел роман с сотрудницей, раскрыл преступление, пошел на повышение. Ленинградская таможня? Легко! Наладил отношения с коллегами, но провалил курьера советской разведки — не беда, тем более что курьер впоследствии оказался двойным агентом. Снова на повышение — в ту же Финляндию. Провал и обмен с объятиями, примерно как в “Мертвом сезоне”.

Такова шпионская жизнь — теряешь ориентиры, нет чужих, но нет и своих. Такова российская жизнь — “под собою не чуя страны” и зная только свою ответственность на маленьком пятачке службы, человеческих отношений, любви, на какую ты способен.

Борис Фрумин с точностью до миллиметра, до каждого мгновения обживает пространство-время. С безошибочностью тончайшей психологической портретности рисует характеры и судьбы. При очевидном лидерстве Серебрякова в фильме парадоксальным образом нет второстепенных персонажей. Питерские актеры: Анатолий Петров, Екатерина Унтилова, Ольга Альбанова, Сергей Кудрявцев, Екатерина Решетникова, Сергей Уманов — на удивление, органично обживают небольшое драматургическое пространство. Здесь нет случайных лиц, живые все — даже певица в ресторане, даже какая-то парочка, усердно наяривающая твист. И от того, что все они живые, как-то особенно грустно. До смеха.

Известно, что Алексей Серебряков не любит давать интервью. Но бывают исключения — для “МК”.

— В “Нелегале” очень точно показана атмосфера 70-х годов, их депрессивность и абсурдность. Как, по-вашему, Алексей, с тех пор что-то изменилось?

— Пожалуй, за последние тридцать лет мало что изменилось. Человеческая глупость не имеет границ ни в пространстве, ни во времени. Но я говорю о глупости населения — не народа, потому что это другая конструкция.

— Вы так убедительны в роли разведчика, так и тянет спросить: что движет людьми, избирающими эту профессию?

— Думаю, во многом — романтические соображения, стремление служить Родине. Точно так же студенты театральных вузов движимы романтическими идеалами служения искусству. И так до первого попадания в ситком, сиквел, пуквел…

— Готовясь к съемкам в “Нелегале”, вы читали воспоминания разведчиков?

— Борис Фрумин дал мне несколько книжек, я даже попытался их полистать. Но, во-первых, я полагаю, что написанное слово не есть прожитое. И есть какая-то рисовка в том, что человек описывает. А во-вторых, это очень плохая литература.

— Какую литературу вы любите?

— Русскую классику.

— Любимый писатель у вас есть?

— Все зависит от возраста и настроения. Какое-то произведение, давно и много раз читаемое, вдруг зазвучит по-новому. Без сомнения, это великая литература, которую можно читать и перечитывать по кругу — закончил и через некоторое время можно заново открывать. Но сказать, кто любимый писатель, не могу. Их много. Гении слова и мысли здесь рождаются. Вот уж действительно нелегалы!

— Шесть лет назад вы говорили, что ситуация с российским кино плачевна. Сейчас картина та же?

— Изменилось многое. Кино через телевизионное форматирование, через сериалы постепенно стало товаром. Это плюс для возникновения киноиндустрии, но минус в том смысле, что мы теряем кино как вид искусства.

— Зато “Нелегал” — абсолютное искусство.

— Конечно. Поэтому эта картина — бизнес так называемых длинных денег, она будет окупаться постепенно. Но окупится сполна.

— А фильм Александра Рогожкина “Перегон”, в котором вы замечательно сыграли капитана Юрченко?

— Тоже длинные деньги. Это кино будут смотреть и через тридцать лет.

— Благодаря вашему герою…

— Спасибо большое. Но думаю, благодаря все-таки тому, что Рогожкин максимально серьезно относится к тому, что он делает.

— Вам нравятся его “Охоты” и “Рыбалка”?

— Талант этого человека достаточно многогранен. А природа его юмора все-таки сильно отличается от многих телепередач, которые сегодня востребованы.

— Вы не раз говорили, что главная публика, перед которой вы будете отчитываться, это ваши дети…

— Для меня очень важно их мнение. Правда, они пока слишком малы для того, чтобы высказать его.

— “Нелегал” не устареет, даже когда ваши дети подрастут. По-моему, таков и “Последний побег”, где вы снимались подростком. Вы помните, как работали на этой картине?

— Очень хорошо помню. Это одна из моих самых любимых картин. Мне кажется, то, что я делал там, я никогда больше не делал. По степени искренности. И артистом могу считать себя именно с этого фильма, хотя у меня до того было шесть ролей в кино. В “Последнем побеге” я оказался на съемочной площадке с Михаилом Александровичем Ульяновым, работал с ним в паре. Вот тогда и началось мое понимание того, что такое артист, чем он должен заниматься. Стала очевидной степень ответственности по отношению к тому, что ты делаешь и за что отвечаешь.




Партнеры