Спиной напролом

Чемпион Европы по плаванию подарил нам супергероя

15 декабря 2006 в 00:00, просмотров: 200

Вятчанин может смело сказать: все держится на моей спине. И не соврет. Летом на чемпионате Европы Аркадия прорвало — три “золота”. Нынче — опять Европа, правда, “короткая вода”, и два личных “золота”! Зря, что ли, за год он проплывает более трех тысяч километров?

Чтобы звезда не растрачивала себя эмоционально перед новыми ответственными стартами, мы обратились с вопросами к его тренеру и отцу — Аркадию Вятчанину-старшему. Как раз тот случай, когда отец за сына в ответе.


— Аркадий Федорович, ваш пристрастный глаз на чемпионате Европы увидел, что вы с сыном плывете правильной дорожкой или что надо корректировать движение?

— Ну, если одним словом, нормально все было. Для данного этапа. Потому что специально к этим стартам мы не готовились, это, что называется, проходящие соревнования.

— А вот Аркаша сказал, что готов максимально, но покрасоваться не удалось — соперников не было, поэтому тихо сам с собою и плыл… В такой победе больше плюсов или минусов?

— Это и хорошо, и плохо. Хорошо, что он был на голову выше тех, кто приехал в Хельсинки. Хорошо, что он прекрасно регулирует сам себя на дистанции. Знаете, это когда такое чувство превосходства появляется: захотел — выиграл, захотел — проиграл. Но сам по себе такой подход может, мягко говоря, расхолодить пловца, потому что сейчас он — на голову выше, а что будет через полгода? Никто ведь не знает, как будут соперники готовиться и как они будут готовы? Для того чтобы выиграть чемпионат мира, а может быть, и Игры — нет, не может быть, а точно выиграть, мы же на это нацелены! — все равно необходимы хорошие соперники, ведь рост результатов всегда идет только с отличными партнерами.

— Но это, к сожалению, от вас не зависит, они тоже — захотели — приехали, не захотели — не приехали.

— В общем-то да. Но если все знать, то и жить-то неинтересно.

— Тогда как вы настраиваете Аркадия психологически? Удается ли ему вообще что-то внушить? Он же…

— …неординарный, хотите сказать, да? Не спорю, сложный парень. Ну как? До начала стартов начинаешь объяснять — вот это, это, это надо сделать. Не о соперниках говорим, а о том результате, который надо показать. Внушить, похоже, удается, потому что, видите, те результаты, на которые мы настраивались, соперникам оказались сегодня явно не по силам.

— Прошлый чемпионат Европы — три “золота”, этот — два. У вас все наконец идет по расписанию?

— Мы к этому шли долго. Во-первых, организм преодолевал возрастную ломку — это было сложно, хотя и неизбежно. То болячки, то характер пер… Я знал, что этап этот просто надо спокойно “отжить”, Аркадию, конечно, трудно было смириться. Во-вторых, проделанная работа, ее объем наконец аукнулись. И самое главное — надо уметь ждать. Это же не бывает так — пришел в спорт и начал выигрывать. Надо пройти сначала все вот эти проигрыши, недоработки, обиды, чтобы получить награду.

— Как-то Аркаша рассказывал, что в дни интенсивной подготовки проплывал по 11 км в день. Ваши нагрузки уже воспринимаются просто как легенды — 80 “полтинников” перед прошлым чемпионатом России за одну тренировку, это вы сознательно так его зарядили или сгоряча?

— И что удивительного? Нагрузка периодически меняется: то больше, то меньше. Все ведь зависит от периода подготовки. Но я всегда считал и считаю: что для того чтобы бегать быстро, надо бегать. Для того чтобы плавать — надо плавать.

— А у вас есть претензии к сыну?

— Конечно, есть.

— Неужели лоботряс?

— И лоботряс — это тоже есть. Лени как таковой нет, и не то чтобы хочет увильнуть в сторону, но, если что-то не понравится, не пошло что-то, рвется сразу бросить.

— Зато у Аркадия всегда есть свое видение ситуации, вам это нравится или…

— Да, это обязательно должно быть у каждого спортсмена. Он должен спорить. Вот работает тренер с учеником и упирается в какую-то не поддающуюся никакому объяснению проблему: и только ученик может подсказать, в чем дело. И, может быть, даже грубо: да пошел ты, не это надо делать, я вот так чувствую! И это очень здорово.

— Но это вам сейчас “здорово”, а когда вас в тренировочном запале, да еще собственный сын просто посылает?

— Ну и что?

— Да нет, ничего.

— Не думайте, это не из серии: ничего страшного, мы мужики. И у девчонок то же самое должно быть, я не про грубость, а про отстаивание своего видения, и, между прочим, очень верного видения, изнутри. Так спортсмен становится действительно спортсменом-профессионалом. Он настаивает именно на такой работе. Не просто уходит куда-то в сторону и бросает втихаря то, с чем не согласен, а именно спорит. По-серьезному, по-умному.

— Аркадий именно так оценил победы на летнем чемпионате Европы: “Сам по себе новый рекорд не так важен, хотя время хорошее. Главное — показать результат работы, а не разговоров. Приятно осознавать, что полностью реализовал свой потенциал”.

— Правильно, потому что он в 2003 году тоже установил рекорд Европы на дистанции 100 метров, а потом три года не мог приблизиться к своему же результату.

— Что вам сегодня в сыне нравится?

— Умение себя настроить на практически невозможное. Он очень работоспособный. Но это еще и воспитывается, настрой-то. Через набивание шишек, провалы. Тот не спортсмен, кто не бил себя и по голове, и по заднице, простите.

— У вас были моменты, когда руки опускались?

— Нет, руки никогда не опускались, но перед Олимпиадой был момент… Неприятный очень. Какой-то психоз все время, Аркадий тренировался как бешеный, но организм перестраивался, брал свое, не давал ему возможности идти вперед. Трудно было ему что-то объяснить, заставить просто планомерно тренироваться и ждать. Ведь самое главное — надо было не упасть духом, а верить именно в то, что придет светлое будущее. Ведь как? “Надо верить, любить беззаветно, видеть солнце порой предрассветной, только так можно счастье найти…”

— Скажите, лирик, а светлое будущее близко или вы уже в нем?

— Пока еще не в нем.

— Предположу, что это Олимпиада. Ну, до Пекина еще можно и стихи почитать, а самое ближайшее будущее — Австралия, мартовский чемпионат мира. Для вас австралийская вода — легкая?

— Я даже не знаю, вроде бы ничего. Может быть, конечно, одна угроза — плохая адаптация.

— За сколько дней до старта приедете?

— За три дня, к сожалению, медики оценивают это очень по-разному — одни говорят, что Аркадию нужно сразу стартовать, как приехал, другие — через две недели.

— А вы что думаете, ребенок-то ваш?

— Наверное, за два-три дня до старта. Дело в том, что организм высококлассного спортсмена, я считаю, абсолютно приспособлен к тому, чтобы перейти от зимы к лету или от одного часового пояса к другому за два-три дня. Этого вполне достаточно — ведь есть масса препаратов, которые сглаживают переход. И надо их просто-напросто применять.

— Вы Аркашу в крайней степени отчаяния, как это бывает у больших мужчин, видели?

— Бывало, бывало… Он тогда бьет кулаком по стенке бассейна. Как-то всю руку правую разбил, по-моему, у него там даже или трещины, или переломы были. Но мне он об этом не говорил. Хотя все видно — там такая кувалда была, что… Но такое состояние быстро проходит — минут 15—20. Он постоит, подумает — прямо на лице написано: вот сейчас все брошу и уйду! Потом все сглаживается, начинает работать.

— А как выглядит высшая степень проявления радости?

— Э-э-э... Пока не видел.

…Когда Аркадия Вятчанина-младшего спросили, что он думает о сильнейшем пловце американце Ароне Пирсоле, Аркаша невозмутимо заметил: “С 2000 года Арон устанавливает мировые рекорды. Но на следующем чемпионате мира я не дам ему выиграть”. Кажется, уже включилось умение “настроить себя даже на невозможное”. Светлое будущее надо зарабатывать не только спиной, но и психологической атакой на соперника.




    Партнеры