Старички-разбойнички

84-летняя “кидала”— это реально!

20 декабря 2006 в 00:00, просмотров: 261

Все чаще суды сталкиваются с ситуациями, когда, прикинувшись божьим одуванчиком, предприимчивые старички многократно спекулируют своим возрастом и недвижимостью, а затем вероломно разрывают договор пожизненного содержания. Закон в этом случае полностью на стороне пенсионеров. Поэтому всем, кто решается примерить на себя роль опекуна (или плательщика ренты), нужно помнить: плательщик не вправе требовать компенсации расходов по содержанию получателя ренты, сколько бы времени, денег и сил ни было потрачено им на уход за стариком-разбойником…


Жительница Протвина Тамара Николаевна Лобанова на четыре года приютила у себя внешне абсолютно безобидную старушку — 82-летнюю Марию Петровну Акулову. Сейчас Тамара Николаевна как страшный сон вспоминает подробности этой дикой истории. Однако сон был явью, и тому подтверждение — кипа документов, оставшихся на долгую память в семье Лобановых.

В эту благополучную во всех отношениях семью одинокая Мария Петровна свалилась как снег на голову: в ноябре 2001 года ее привела к Лобановым знакомая. Дряхлая старушка плакалась: ее двухкомнатную квартиру заняла некая чеченка, и некуда ей, Марии Петровне, кинуться искать защиты. Слово за слово, уговорила бабушка Тамару Николаевну оформить с ней договор пожизненного содержания с иждивением. Понравилась ей просторная четырехкомнатная квартира и обильный гостеприимный стол хозяев. Договор был заключен. Семья приняла на себя обязательство обеспечивать старушке заботу и уход из расчета 10 МРОТ в месяц, а та, в свою очередь, передала им в благодарность свое жилье. По условиям договора Тамара Николаевна должна была лишь навещать иждивенку на ее квартире.

Но через неделю поздно вечером Акулова позвонила Лобановым и заявила, что чеченка выгнала ее из дому и стоит она, голая-босая, посреди улицы. Муж Тамары кинулся за ней, привел домой. И как-то само собой получилось, что когда сын с молодой женой съехали с родительской квартиры на съемную, бабуля заняла их, лучшую, только что отремонтированную комнату. Спустя некоторое время дворовые старухи приняли Акулову в свою компанию, а она без устали хвалилась, в какое замечательное семейство попала: жизнь по расписанию, поел-поспал, пошел прогуляться. Санаторий, словом.

Если бы Тамара Николаевна придала должное значение тому, что Акулова обманула ее с первой же минуты, то, возможно, чары рассеялись бы… Дело в том, что квартира, которую бабка по договору содержания оформила на нее, уже имела обременение. Получила бабка ее лишь около года назад и не самым достойным способом.

До того как стать хозяйкой двухкомнатной квартиры в девятиэтажке на улице Гагарина в Протвине, Акулова имела лишь комнату, куда некоторое время назад приехала из Москвы (там, по словам родственников, бабушка кинула собственную племянницу — тем же способом, что был применен в Протвине). Точно так же, на наживку своей старости, она поймала гражданку Шейханову, проживающую в Протвине в общежитии. Шейханова хотела перевезти из Кременок к себе поближе больную дочь Алину. Для этого она продала однокомнатную квартиру Алины за три с половиной тысячи долларов и, доплатив к комнате Акуловой 3300 долларов, купила на имя последней ту самую двухкомнатную квартиру на улице Гагарина, которая, судя по всему, еще долго будет предметом бабкиных спекуляций. Акулова написала завещание, по которому в случае ее смерти квартира переходила к Шейхановой (завещание бабка затем аннулировала).

Какие актерские усилия потребовалось от Акуловой, чтобы завлечь в силки обмана чеченку, это отдельная история. Но факт есть факт: все их договоренности носили исключительно устный характер, женщина полностью доверилась старухе, оплатила сделку с обменом из собственного кармана, несколько месяцев ухаживала за Акуловой за свой счет, возила ее на операцию, нанимала медсестер, чтоб делали уколы, и пр.

Однако сразу же после оформления квартиры на ул. Гагарина в собственность бабушка из одуванчика превратилась в мегеру. Первым делом она демонстративно стала отказываться от приготовленной для нее пищи. Есть аудиозапись разговора старухи с Шейхановой, доведенной до полного отчаяния. Из диалога ясно, что Акулова выбрала определенную тактику: вместо ответа на прямо поставленные вопросы “включала” старческий склероз (хотя обладает исключительной для своего возраста памятью и изворотливостью), провоцируя свою собеседницу на эмоциональный взрыв. Если коротко: Акулова под предлогом того, что “прошлое было ошибкой”, засобиралась в дом престарелых — там в одиночестве ей, мол, спокойней будет. Для чеченки это означало одно: она рискнула квартирой своей дочери и проиграла. Но старуха, видно, с молодости усвоила: хороший блеф — тоже деньги. Естественно, она просто хотела под любым предлогом избавиться от Шейхановой. И тут подвернулась Тамара Николаевна со своей добротой и наивностью.

Итак, в квартире, уже зарегистрированной на Тамару Николаевну, жила “злая” чеченка. Акулова просто заявила своей новой опекунше: теперь квартира ваша — вы и судитесь. Семья Лобановых оказалась втянутой в многолетнюю судебную тяжбу с Шейхановой… Бабка же зажила припеваючи. Поскольку здоровье ее заметно поправилось, пенсия накапливалась, Акулова ощутила новый прилив жизненных сил. Это потом она будет говорить, что шерстяное платье, которое ей за 900 рублей купила Тамара Николаевна, годится лишь для дома. Тогда Акулова вечерами целовала своей опекунше руки в благодарность за счастливую старость, а днями посещала модные бутики. Казалось бы, зачем бабке, которой перевалило за восемьдесят, платье ценой в 3000 рублей или несколько пар сапог, туфель? Но Тамара Николаевна была слепа: не замечая ничего, бегала по судам, отстаивая бабкину квартиру, консультировалась с врачами по поводу старческих диет и процедур, покупала своей подопечной необходимые вещи и лекарства. Сама Акулова тоже старалась: на сэкономленные пенсионные деньги покупала себе дорогостоящие биодобавки, приобрела для душевного равновесия новый телевизор, пушистые покрывала…

В 2005 году Шейханова устала воевать и ушла из спорной квартиры. Квартиру она оставила в жутком состоянии, но по-человечески эту ее маленькую месть зловредной бабке понять можно. Вскоре Акулова уговорила поселиться в освободившееся жилье сына Тамары Николаевны…

В августе Тамара Николаевна стала замечать, что приготовленная для Акуловой пища (а она предпочитала телятину на пару и овощное рагу) пропадает, а в холодильнике появляются продукты, которых Лобанова не покупала. 13 сентября семью Лобановых ждал чудовищный сюрприз: проживая в их же квартире, бабка выслала Тамаре Николаевне по почте претензию. Суть документа сводилась к тому, что бабка разрывает договор ренты с Лобановой, потому что “оставили меня одну, не обеспечиваете меня питанием, а от приготовленного Лобановой я вся чешусь, не выплачиваете мне пожизненное содержание в размере 10 МРОТ в месяц (!) …”

От подобного вероломства семья пришла в состояние шока. Бабка же, ничего вразумительно не объяснив, собрала свои вещички и выехала… к новым покровителям, с которыми уже несколько месяцев “крутила новый роман со старым сюжетом”.

Затем для семьи Лобановых длинной чередой потянулись судебные процессы, копирующие историю с Шейхановой.

Прошло время. Тамара Николаевна постепенно стала “отходить” от истории, в которую ее втянули по доброте душевной. Как вдруг увидела на улице Протвина такую картину: стоит ее бабка, трясет бумагами на свою квартиру и агитирует молодую пару оформить с ней договор ренты. Вид у хитрой бабки такой, будто жить ей осталось два понедельника. Но уж кому-кому, а Тамаре Николаевне актерские способности Акуловой известны…

P.S. Мы описали механизм возможного обмана со стороны пенсионеров так подробно, чтобы столкнувшиеся с такими ситуациями люди знали, что их ждет.




Партнеры