Кабан боевику не товарищ

Символ 2007 года похоронили как героя войны

29 декабря 2006 в 00:00, просмотров: 213

Новый год настает и по законам календаря делает это на каждом кусочке Земного шара. По человеческим законам, Новый год не везде праздник и не всегда вызывает ощущение безмятежного счастья. В Грозном, например, в эти дни усиливается патрулирование города спецвойсками. Но те, кто будет встречать Новый год на боевых постах, тоже люди, и тоже хотят праздника, и так же, как все, мечтают в главную ночь года о сказке. А не дождавшись — пишут их сами. В свободное от войны время. Одна из таких кавказских сказок — специально для читателей “МК”.


Теплый дух Бачи-Юрта
Кавказская сказка


Всю ночь артиллерия долбила предгорье. Лесной квадрат — километр на километр. Круглые сутки над Чечней кружит вертолет с тепловизором. Земля холодная — человек горячий. Собираясь вместе, люди выделяют столько тепла, что прибор видит их с воздуха. Четкое живое пятно засекли поздно вечером в лесу к югу от Бачи-Юрта. Мирным там делать нечего, значит, духи. Артиллеристы накрыли квадрат вслепую, по координатам. А нам приказали сбегать на место и доложить о результатах обстрела. Я вывел группу заранее, в полночь. Не дойдя до цели километра четыре, мы упали в засаду на лесной тропе и ждали рассвета.

Бойцы лежали по кругу тройками. Один спит, двое смотрят. Радист качал связь. Я развернул карту. Где-то над нами висел вертолет разведки, ловя поднимающее в небо тепло.

— Командир, вас, — радист протянул наушники.

— В твоем направлении с большой скоростью движется группа боевиков. Человек 70.

Значит, разведка угадала с квадратом. Артиллерия зацепила духов, и они ломанулись на восток, в сторону Дагестана. С большой скоростью. Торопятся уйти до рассвета. Может, кого-то и потеряли. 70 вооруженных злых духов бегут прямо на нашу засаду. А нас 14 человек.

Я стал готовиться к бою.

— Видишь тот куст? Это левый край твоего сектора. А дерево в виде оленьих рогов — правый. По всем, кто там появляется, ведешь огонь. Стреляете по очереди. Двое долбят, один наблюдает. Магазин отстреляли, пока перезаряжаетесь, стреляет третий. Огонь должен быть непрерывным. Все поняли?

О том, что боевиков 70, я бойцам не сказал. Все они подготовлены, но не все обстреляны. Шансов у нас почти не было. Если духи остановятся и вступят в бой, группе конец. Правда, боевики спешат, и мы им не сильно нужны. А пока отстреляемся, придет помощь. Хотя какая помощь в ночи?

Солдаты, почуяв опасность, стягивали с себя нижнее белье. Страх и так хорошо греет, а отступать без кальсон легче.

Тропа проходила через освещенную луной поляну. Враг не мог появиться внезапно. Через час мы услышали быстро надвигающийся шум. Казалось, духи перли толпой, не таясь, без разведки, сметая все на своем пути. Земля дрожала. Их было не меньше тысячи. Группа сжалась в предсмертной злобе, щелкнула предохранителями, разогнула усики на кольцах гранат, но, когда духи выскочили на поляну, выстрелить от неожиданности никто не успел.

Прямо на засаду неслось огромное стадо диких кабанов. С хрюканьем и визгом, наседая друг на друга, падая, перекатываясь и снова вскакивая на ноги, они летели нам в лоб, срывая расставленные растяжки. Ракетницы сигнальных мин, свистя, взлетали, как фейерверк, рассыпаясь белыми искрами. Впереди, пробивая тропу, шли крупные и выносливые. За ними, в колонну по одному, пятачок к хвостику, не отставая ни на шаг, бежали полосатые подсвинки. Смяв оборону, стадо прошло насквозь меньше чем за минуту. Первым захохотал радист.

— Отставить смех. Никто не ранен? Не затоптали? Доложить о наличии оружия?

Я передал отбой. В штабе хмыкнули, приказали наблюдать дальше. Но я уже знал, что других духов не будет. Прибор не отличает человека от зверя. Тепловизоры засекли кабанье стадо. Артиллерия ударила по животным, ввергла их в ужас и погнала прочь из Чечни.

На рассвете мы обшарили лес. Человечьих следов не было. Боец головного дозора поднял правую руку — внимание. Пулеметчики припали к земле, снайпер укрылся за корягой, я опустился на колено. За мной спина к спине присел радист, заслонив меня с тыла. Я услышал, как шипят его наушники.

Впереди на снегу что-то темнело. Ты и ты — на досмотр, жестами приказал я. Бойцы долго крались, прикрывая друг друга. Дойдя до цели, один оглянулся и сложил руки крестом — отбой.

За деревом лежал убитый кабан. Осколок сразил его на бегу, кабан с разгона упал на живот, пропахав пятаком борозду. Ноги — вытянуты в прыжке. Копыта грязные, как солдатские берцы.

Мы стояли в центре квадрата, накрытого артиллерией. Лес пережил обстрел и приготовился к обороне. Выкорчеванные взрывами стволы, падая, зацепились за сучья соседних деревьев и оперлись на них, как на руки товарищей. Срезанные минами верхушки рухнули вертикально и сложились на земле в противотанковые ежи. Жилистые стебли стоп-травы, обычно стелющейся по земле и мешавшей идти, поднятые из-под снега взрывной волной, повисли на кустарниках, окутав лес, будто проволочное заграждение. Израненную землю засыпали грязные щепки, застелили выкошенные осколками жухлые лопухи, крупные, как слоновьи уши. Этими лопухами я прикрыл мертвого кабана — пусть будет похоронен как солдат. Осколок попал ему в бок, кровь из раны незаметно стекала по бурой шерсти. Он был еще теплый.


Об авторе: Егор Грач — русский офицер, майор, служит в Чечне. В свободное от боевых выходов время занимается этнографией и сочинительством. Постоянный автор “Кавказского словаря”. “Теплый дух Бачи-Юрта” господин Грач написал специально для новогоднего выпуска “МК”.






Партнеры