Сатира и юмор

Если не в деньгах счастье, так отдай их соседу

12 февраля 2007 в 00:00, просмотров: 202
  

осенило

     Так горел на работе во власти,
     что стал прожженным.
     
     Молодо-зелено,
     а иногда и красно-коричнево.
     
     От перемены мест сбежавшего олигарха
     сумма его криминальных деяний не меняется.
     
     Все болезни лечатся,
     кроме политической дурости.
     
     Не пора ли к передаче “Вокруг смеха”
     добавить цикл “Вокруг слез”?

Смотри, осторожнее

     Здравствуй, племя младое, незнакомое! Как бишь тебя там?.. Поколение “Пи”, поколение Интернета, поколение пепси, поколение MTV, поколение NEXT?..
     Поколение, которое не выключает за собой свет, не умеет приготовить яичницу и пишет с чудовищными орфографическими ошибками.
     Поколение, которое, обронив, ничего не поднимает (что упало, то упало) и всегда первым проходит во все двери, никого не пропуская вперед, плюя на пол и возраст.
     Поколение — не потерянное, но и еще не найденное.
     Уже все обсмеявшее, но еще ничего не выстрадавшее.
     На, возьми, теперь твоя очередь забавляться этой страной — игрушкой хоть и не новой, но еще не окончательно доломанной. Еще есть что отвинчивать, откручивать, потрошить.
     Посмотри, какая интересная цаца. Называется атомная подводная лодка. Водоизмещение 12 тысяч тонн. Стоит миллиард долларов. Пустяки, для тебя ничего не жалко! Играй, малыш, на здоровье! Только смотри, осторожнее. А то случайно не на ту кнопочку нажмешь, она как жахнет — и нет малыша.
     А вот космическая станция “Салют”. Прелюбопытная штука, стоит какую-то ерунду — всего 10 миллиардов долларов. Ничего-ничего, народ еще заработает. Малость попотеет и заработает. Ну не заработает, так продаст чего-нибудь. Немножечко нефти, немножечко газа, немножечко фамильных драгоценностей… Зато сколько удовольствия она может доставить!.. Ты только погляди!.. Вот так она состыковывается с другим космическим модулем… А вот так расстыковывается… А вот так опять состы… Ой, что-то не состыковывается… Не понимаю, в чем дело… Не состыковывается — и все тут! Ну что ты будешь делать, другие малыши уже здесь, наверное, набедокурили, что-то с чем-то не так соединили…
     Ну и бог с ней, с этой космической станцией, и кроме нее есть чем заняться… Много всего есть… Авианосцы, атомные электростанции, средства ПВО, железные дороги, плотины, леса, поля, реки и моря, еще не сведенные на нет и не до конца изгаженные.
     И даже, чтобы тебе не соскучиться, есть маленькая долгоиграющая война — не на одно поколение малышей хватит... Мальчики ведь любят играть в войну, лазить по горам, стрелять из автоматов, брать в плен других мальчиков…
     Ну а уж на тот случай, если тебе окончательно все надоест, у взрослых дядей припасена для тебя еще одна штукенция… Вот это штукенция так штукенция... Русское национальное самосознание называется… Незаменимая вещь для молодого человека… Железный прут в руки — и айда на рынке приезжих громить… Чурок всяких, азерботов, черножопых… А чего они сюда к нам прутся?.. Пусть у себя сидят в своих азербайджанах, африках, израилях…
     Для ребят попроще имеются и совсем простые игры. “Ты чего к нашим девчатам клеишься?! Еще раз увидим, руки-ноги пообломаем!” Или: “Ты чего по нашей улице ходишь?! Еще раз увидим…” — ну и так далее.
     А для мальчиков из приличных семей существуют “Идущие в ногу”. Правда, куда они идут и дойдут ли куда-нибудь — один бог знает. Не нравятся “Идущие” — есть “Любящие “Сибгаз”, “Боготворящие “Нефтьпром”, “Поющие в терновнике”, есть “Соколы Жириновского” и “Орлята Зюганова” в конце-то концов! Какое богатство вариантов, выбирай на любой вкус!..
     “Здравствуй, племя младое, незнакомое! Не я увижу твой могучий поздний возраст…”
     Да и не больно-то хотелось.
     
Лев НОВОЖЕНОВ

Воровство

     У нас ведь как устроено — либо нет ни фига, либо было, но уже сперли. Менталитет такой, что поделаешь. Нет, иногда, конечно, бывает и так, что кое-что есть, но не туда положили. Но это обычно делают перед тем, как спереть. Зато после того, как сопрем, обязательно начинаем искать — чего бы спереть еще. И ведь находим! Ну казалось бы — нет уже ничего, все стибрили! А что не стибрили, то охраняется государством. То есть сгнило. Но глядишь — опять чего-то тащим.
     Нам вслед стреляют, кричат: “Стой! Положь взад! Это ж отрава — в цвай секунд окочуришься!” А мы ничего — прем.
     Ну, положим, с теми, которые стреляют, — с ними все ясно. Чего их бояться? Они ж тоже не дураки — боевые давно сами попятили. Так что палят холостыми.
     Но ведь отрава же! От нее даже тараканы дохнут! А нам ничего — до дому допрем, в угол поставим, чтоб было, — и нормально, живем. То есть тибрим дальше.
     А с другой стороны — если справа воруют, слева тащат, наверху уже забыли, в какую по счету кубышку заморскую деньгу складывают, напротив прут так, что пыль столбом стоит, а сзади вообще пусто, как Мамай прошел, то что остается простому человеку делать? Тырить самому. Ведь как сказал поэт: “Ты вором можешь и не быть, но тырить все подряд обязан!” То есть если ты не сопрешь сегодня, то завтра другой точно попятит. И тебе будет обидно.
     А еще обиднее, если ты что-то прешь, из последних сил своих недокормленных надрываешься, а в это время у тебя какая-то сволочь по карманам шарит. Пользуется, гад, что у тебя руки заняты. Вот такого у нас уже не любят! Это уже крайний цинизм, доходящий до надругательства.
     А к остальному мы нормально относимся, с пониманием. Нет, конечно, порой обидно бывает, что кто-то тырит по-крупному, а тебе одна мелочевка недотыренная достается. Но, с другой стороны, окажись ты на его месте, что — удержишься? Карманы зашьешь и гордо руки на груди скрестишь, чтоб только к деньгам этим поганым, прямо перед твоим носом практически бесхозно лежащим, не прикасаться? Нет, как говаривал товарищ Сухов в “Белом солнце пустыни”: “Это вряд ли…”
     У нас ведь даже когда на завод какой-нибудь или фабрику работать поступают — о зарплате не спрашивают, все равно же не платят, а если и платят, то столько, что проще сразу загнуться — меньше мучиться будешь. Поэтому сразу интересуются: хоть спереть тут у вас чего-нибудь можно? И им тут же по большому секрету отвечают: то-то, то-то и то-то. Вот эту пумпочку можно отвинтить — не знаем зачем, но в хозяйстве пригодится, вон той радиоактивной хреновиной со взрывателем и лампочками отлично капустку квашеную можно придавливать — во такой засол получается! — а эту причиндалину в Нижнем Тагиле, если поторговаться, с руками оторвут — там из нее местные умельцы для киллеров бронебойные рогатки делают. И человек сразу: “Зачисляйте на оклад несуществующего жалованья. Будем работать”.
     Причем что любопытно: чем богаче человек, тем больше он норовит чего-нибудь свистнуть. В крайнем случае — если уж совсем вокруг ничего нет, а искать лениво — прет у себя. Сопрет, спрячет — и радуется. Потом достанет, на видное место положит — и опять сопрет. Культурным досугом это еще у некоторых избранных слоев называется.
     Нет, кое-где у нас порой иногда, конечно, и ловят. Вот недавно учительницу одну сельскую поймали. Прямо с поличным. Ну с зарплатой ее всем понятно. Последние деньги, которые она отчетливо видела, были еще с Ильичем. С другими она уже если и встречалась, то так ненадолго, что толком не успевала и разглядеть. Так чего она с голодухи удумала! Учебный скелет из школы сперла. Холодец хотела сварить к большому религиозному празднику. Чтоб, значит, было чем разговеться.
     А тут ей навстречу участковый. Причем злой. Он утром на поле одного фермера-буржуя ходил — мешок картошки себе накопать. А на обратном пути в кустики отлучился — и у него в момент и мешок с картошкой, и лопату свистнули. Хорошо фуражку в руку взял, а то б и ее… Ну и он тогда свистнул. Учительнице.
     Правда, не сразу. Сначала-то, как ее со скелетом издали увидел, он хотел обратно в кусты. Телевизора насмотрелся: “Э, — думает, — небось это мафия городская следы заметает. Мне что — больше всех надо?” А потом пригляделся: ё-моё, да это ж знакомая! Учительница первая его. С явно не своим скелетом. И тогда он ей грозно и свистнул. И спросил официально: “Объясните, гражданочка, чей это у вас скелет и что вы такое уголовно наказуемое учинили с его обладателем?”
     Учительница: бэ… мэ… — и пошла в несознанку. Сначала сказала, что скелет будто бы ей в больнице выдали как запасной, обнаружив, что родной ее сильно поизносился, потом залепетала что-то о муже покойном, который скелет свой науке завещал, о чем она только теперь вспомнила… Короче, стала неумело врать.
     А участковый тем временем к скелету пригляделся и постепенно его опознал. Этому скелету он все свои школьные годы чудесные в челюсть бычки вставлял. Ну и всякие там дополнительные кости для девичьего интересу ниже пристраивал.
     И все, погорела учительница. Громкое тогда дело было. Газеты о нем писали, по телевизору чин большой милицейский им гордо отчитывался и лично участковому именной свисток подарил. А учительнице показательно пять лет отвесили, по совокупности. Она же мало того что нанесла непоправимый ущерб государству в лице сельской школы, так еще от слабости оголодавшего рассудка и милиционера укусила при исполнении, когда тот стал у нее скелет отнимать, плюс сильно оскорбила его мужское достоинство — коленкой.
     Так что ловят у нас, ловят. Для острастки. Чтоб, значит, лишнего мы себе не позволяли, не нарушали установившийся в государстве порядок, а воровали строго согласно чину и должности. Иной раз и двоих у нас могут замести, и троих, которые как-то подозрительно в районе места преступления оказались. И даже если потом оказывается, что к этому конкретному злодеянию они не причастны, все равно это справедливо. Потому что к другому злодеянию они причастны точно! Или собираются причаститься. Иначе чего они, спрашивается, из дома вышли? Не просто же так? У нас же не европы какие-нибудь, где народ просто так может по улицам шляться, от общего романтизма и сытости. У нас коли ты из дома вышел, то изволь вернуться с добычей. Иначе в семье тебя могут запросто не понять. Ведь семья, как нас учили, — это прежде всего ответственность. А ответственный человек у нас должен понимать: если он ничего спереть не может, то как же он сможет семью прокормить? Да никак!


Партнеры