В “Хануме” угощают по-французски

Державин и Бабаян едва не поженились

3 марта 2007 в 00:00, просмотров: 373
  …Смешить три с лишним часа? Мало кто решается нынче на такие “эксперименты”: зрители свалят сейчас же, тем более пьеса-то самая наиклассическая — “Ханума” Цагарели; да еще пред глазами смачная БДТшная постановка 1974 года со Стржельчиком в роли Князя… Как тут удивлять? Но Роберт Манукян (это режиссер) таки решился. И вчера на сцене Вахтанговского дали премьеру…
     
     …Зал забит до отказа, весь цвет театра тут. Задержка на 20 минут, занавес!
     Манукян, впрочем, удивил своим классическим прочтением. Не сделал, по счастью, из “Ханумы” пародию на “Хануму”, когда прежние шутки не смешны и надо добавить чуток цинизма, чтоб “заострить”. Нет, здесь текст играется, а не обыгрывается (уловка слабых режиссеров). Да и актеры подобраны в “самое яблочко”: Державин-Князь (вечно навеселе, полувменяем, но с гербом и усом, которым клянется), острый Дмитрий Харатьян (Приказчик), Юлия Рутберг (Кабато, соперница Ханумы), сама Ханума — в обаятельной оправе Роксаны Бабаян…
     Образы поданы а-ля Феллини — как “говорящие лица”: едва на сцену выходят — уже смеешься, благодаря умопомрачительному гриму. Усатые, толстобровые, кривоногие… настоящие грузинские женщины. Когда из декораций вышла кубышка с парабоидальными бровями и толстым носом и тут же плюхнулась в кресло-каталку, зал чуть не упал — я лишь по голосу в “грузинской бабушке” узнал потрясающую Ольгу Волкову. Ставка на колоритный эпизод, в котором каждый штрих свеж и запоминаем…
     …Или одна потасовка на базаре чего стоит, когда Ханума всадила зонтик в самое чего-то там у Кабато (Рутберг), а та со словами “нет повести печальнее на свете” падает мягонько на парапет фонтана.
     — Эй, Кабато, а чего это ты тут лежишь? — спрашивает у нее слуга.
     — Да не знаю пока, а что?
     Рутберг “купается” в своей кривоногой свахе — иронично, тонко, оптимизм неубиваемый так и прет, даже больший, чем от “знающей себе цену” Ханумы…
     Наверное, и лучшего Князя, чем Михаил Державин (артист Театра сатиры), сейчас не найти. Верно, ему было приятно выйти на сцену театра, где когда-то играл его отец Михаил Степанович… Слуга:
     — А как угощать-то будем гостей? В доме хоть шаром покати…
     — А по-французски, одними названиями…
     И начинается неугомонный поток иноземных словес из уст князя, прерываемый появлением богатого сапожника Микича Котрянца (Сергей Рубеко)…
     Ханума… Зрители шептались в антракте (и, кстати, никто не ушел!): “Нет, ну Бабаян просто всё затмевает своим обаянием!” Но когда эта красавица переоделась в лысое чучело, чтоб отбить у князя охоту жениться, публика окончательно полегла в угаре. Наверное, так мало повода сейчас для искреннего смеха, без рюкзачка злобинки за спиной, что люди ценят любую предоставляемую возможность. Поэтому успех “Хануме” гарантирован.


Партнеры