Кристиан Слейтер: “Я готов носить кофе для Шэрон Стоун”

2 апреля 2007 в 00:00, просмотров: 421
  — О, вы тот самый молодой человек из аэропорта? Рад видеть снова — так Кристиан Слейтер, уже изрядно замученный, встретил репортера “МК”. Сняв бейсболку с надписью “Истории о любви слишком жестокие для меня”, зачесав волосы назад и накинув тесную кожаную куртку, он вмиг стал похож на свойского парня из “Настоящей любви”. Так он и давал эксклюзивное интервью “МК” — без понтов и с юмором.
     
     — В начале актерской карьеры вам посчастливилось работать с Шоном Коннери в фильме “Имя розы”. Не страшно было?
     — Я тогда был совсем молодой — всего 15 лет. И это одна из тех ситуаций, когда хотелось ущипнуть себя за руку, чтобы поверить, что ты действительно работаешь с самим “Джеймсом Бондом”! Он великий актер, живая легенда, и я на самом деле многому у него научился.
     — За свою жизнь вы успели сыграть с внушительным количеством звезд первого эшелона: Кевин Костнер, Морган Фримен, Гари Олдман, Шэрон Стоун... Но никогда их не было так много, как в вашем новом фильме “Бобби”, — каково вам всем было уживаться на одной площадке?
     — Каждый раз, когда я смотрел по сторонам, я натыкался взглядом то на одну звезду, то на другую. Кого-то я просто знал, с кем-то я уже работал, кого-то мне хотелось узнать поближе. Как я уже сказал: “Я готов был кофе разносить на съемочной площадке, лишь бы участвовать в таком грандиозном проекте”.
     — Кстати, количество звезд прямо пропорционально качеству фильма?
     — Я понимаю, что в какой-то момент это может сбить с толку: внимание рассеивается, привлекается к звездам и отвлекается от основной идеи. (Посмеивается, глядя на Светлану Меткину, русскую актрису, снявшуюся в “Бобби” в роли чешской журналистки. — Н.К.) Но в данном случае, мне кажется, это пошло на пользу, потому что все звезды представляли реальных людей, с реальными характерами и судьбами, которые в самом деле когда-то окружали Роберта Кеннеди.
     — После роли в “Смертельном влечении” вас сравнивали с Джеком Николсоном. Вам нравится такое сравнение?
     — Безусловно, я горжусь этим фактом. Джек Николсон оказал на меня огромное воздействие, когда я только начинал свою творческую карьеру. Я многим обязан ему, и, пожалуй, я бы не хотел, чтобы меня сравнивали с кем-нибудь другим.
     — У вас достаточно бурная биография: пресса не раз писала о ваших конфликтах с законом. Теперь вам 35 — вы изменились и ведете тихий образ жизни, ведь так?
     — Конечно, в чем-то я остепенился — у меня же появились дети, и я как-то подкорректировал свои жизненные ориентиры. Я теперь больше путешествую, наблюдаю мир. Я хочу запомнить каждое место, где я побывал. И мне нравится это. Но это не значит, что я совсем тормознул. В душе я такой же, как и раньше.
     — Что такое Голливуд, по вашему мнению? Один большой скандал или столица мирового кинематографа?
     — У меня в Лос-Анджелесе живут дети, поэтому для меня это прежде всего дом. Что касается Голливуда, то там очень много творчества. Много замечательных людей, которые пытаются претворить в жизнь интересные проекты. Фильм “Бобби” — один из них. Кстати, Лос-Анджелес сам является действующим лицом нашей картины, потому что вся эта история вышла из Лос-Анджелеса. Этот фильм и о нем тоже.
     — Что вы знаете о русском кино?
     — Русское кино и вообще Россия — это прекрасно. Я до сих пор нахожусь в каком-то сюрреалистичном состоянии. Я приятно удивлен тем, как меня принимают. Я чувствую себя очень комфортно и безопасно. Теперь я хочу посмотреть и узнать как можно больше за эти дни.
     Уже распрощавшись с актером, я услышал, как Слейтер просит шариковую ручку, чтобы оставить автограф одному из поклонников. Ручкой я, конечно, поделился и забирать обратно не стал. Значит, еще встретимся?
     
     P.S. В воскресенье, как и обещал, Кристиан Слейтер побывал в Кремле. Оставил свой шикарный лимузин марки “ЗИЛ” у станции метро “Библиотека имени Ленина” и пешочком прошелся до касс у Главного входа. Да еще и в очереди за билетом постоял. Погулял полтора часа вместе со своим ассистентом (тем самым, с кем актера ненароком перепутали в “Домодедово”) и экскурсоводом по территории Кремля. Экскурсовода слушал внимательно, не перебивал. Ни в Алмазный фонд, ни в Оружейную палату заходить не стал. Зато заглянул в соборы.
     Когда позировал для нашего фотографа на фоне Царь-пушки и Царь-колокола, восклицал: “Фантастика!” Схожий восторг испытывали и иностранцы, которым посчастливилось в это утро встретить на экскурсии в Кремле своего кумира. Подходили за автографами. А вот наши туристы только недоуменно восклицали: “Кого это фотографируют? Вроде, не Билан...” Почти всю экскурсию снимал на камеру ассистент актера Дэвид Стоун. И только ближе к выходу Слейтер взял все в свои руки. В какой-то момент к компании неожиданно присоединилась Ксения Горбачева — старшая внучка Михаила Сергеевича. Поприветствовала актера, проводила до машины. Когда вся делегация подходила к подземному переходу на станции “Александровский сад”, Ксения на всякий случай поинтересовалась: “Мы точно туда идем?” Но звезды не ездят в метро, и, расцеловав на прощание явно очаровавшую его Ксению Горбачеву, актер исчез за тонированными стеклами своего лимузина.


Партнеры