Преуспевающий “бизнесмент”

Директор мебельного салона стал простым участковым

5 апреля 2007 в 00:00, просмотров: 179
  Это только в сказке Золушка может стать принцессой. В жизни все по-другому, хотя порой не менее сказочно. Например, преуспевающий директор мебельного магазина превращается... в участкового. Такова биография 37-летнего москвича Андрея Писаренко. Почему он бросил прибыльный бизнес и как ему теперь работается в новом качестве — удивительный участковый сам рассказал “МК”.
     
     Все началось в начале 1990-х, когда родной дядя устроил Андрея, тогда совсем молодого парня, разнорабочим в мебельный магазин. Юноша быстро пошел вверх по карьерной лестнице и вскоре стал директором. Российско-итальянское СП, которому принадлежал мебельный салон, было хорошо известно в Москве, имело сеть магазинов и торговало элитной мебелью. Наиболее важным персонам ее делали на заказ и привозили прямо из Италии. Среди клиентов Андрея были именитые люди, например Алла Борисовна Пугачева.
     — В середине девяностых мы были в фаворе. Но в какой-то момент руководить магазином мне надоело, — вспоминает он. — Начинались другие времена, и я понял, что надо от дорогой мебели переходить к более дешевой. А коллеги моего мнения не разделили. В итоге я бросил всем этим заниматься и закрыл магазин.
     Дальше стал Писаренко думать, на каком бы поприще себя применить, но ни к одной профессии душа не лежала. А тут встретил друга детства, который предложил: иди к нам, в милицию. И пошел он работать в роту ППС. Потом стал участковым. Где и нашел себя.
     Между тем Андрей как в воду глядел. Вскоре после его ухода многие “не перестроившиеся” магазины прогорели. Он убедился в этом лично: послали их от учебной части ГУВД на практику в район Пресни. Увидел Писаренко то самое здание, где был его магазин, а его уже нет — автосалон открыли. А еще через некоторое время встретил бывшего руководителя своего СП. В метро. Тот пожаловался на тяжелые для мебельного бизнеса времена.
     А у вовремя наплевавшего на бизнес Андрея настроение сейчас очень даже веселое. Сидя в своем опорном пункте, что в 10 минутах ходьбы от ст. метро “Кантемировская”, он буквально светится от счастья и говорит, что нашел себя. Из окон участкового открывается живописный вид на розовый каменный забор и розовые корпуса. Это — местная психбольница. Впрочем, как раз ее обитатели никаких хлопот милиции не доставляют. Как и местные грабители. С тех пор как Андрей в прошлом году обезвредил охотника за мобильными телефонами, больше нападения на граждан не повторялись. “Серийника мы тогда, видать, поймали”, — предполагает участковый.
     Но все равно работы у Писаренко — непочатый край. Каждый день с 10.00 до 14.00 ему положено ходить вокруг домов (т.н. профилактика квартирных краж). Плюс рядом огромная промзона. Местные предприятия — тоже участок Андрея. Травмы на производстве, грабежи фур, незаконная свалка снега…
     Но самое сложное в работе участкового — подростки лет 14, за которыми нужен глаз да глаз. И освободившиеся зэки, что уходили на зону еще в перестроечные времена, а теперь вернулись.
     ...Уже конец рабочего дня, но Андрей домой не собирается. Надо обойти квартиры проблемных граждан.
     — Каждое утро, когда я слушаю на разводе, что мне нужно сделать, удивляюсь: как это все успеть за один день? Мне не нужно разве что ходить в детсад и вытирать сопельки малышам.
     Думаете, это Андрей жалуется? Ничего подобного! Рассказывает улыбаясь. Потому что эти хлопоты обожает.
     Так что мебельный бизнес мебельным бизнесом, а если не лежит к нему душа, никакие деньги не в радость.
     — Мне тут приятель, милицейский генерал из одного управления, говорит: “Перебирайся к нам — будешь сидеть в теплом кабинете”. А я не могу. Не мое это. Вот работа с населением — это да, — говорит участковый так, будто рассуждает об отдыхе на Канарах.
     Единственное, что огорчает участкового, — пробелы в законодательстве:
     — Есть у нас хорошие законы, а наказание за их нарушение не предусмотрено. Да и уважения бы к нам побольше. В Америке к полицейским гражданам положено обращаться: “Сэр”. А у нас преступники говорят “командир” или “товарищ милиционер”. Ну какой же я им товарищ?


Партнеры