Куда катится Россия?

Великие Белоусова и Протопопов считают, что ледовый инкубатор пойдет нам на пользу

5 апреля 2007 в 00:00, просмотров: 488
  Провальное выступление российских фигуристов на чемпионате мира — тема болезненная. Уж где-где, а в фигурном катании, да еще с таким треском (ни одной медали чемпионата, да и самое высокое место — пятое), мы никогда не проигрывали. Случилось. И рано или поздно должно было случиться: болевые точки у фигурного катания — те же, что и у всего российского спорта. Но есть и дополнительная сложность: это тот вид, от которого побед будут требовать все — и начальство, и зрители. А наши тренеры просто сойдут с ума, если перестанут выигрывать.
     
     Прошла неделя после чемпионата. И в “Московском комсомольце” собрались профессионалы, остро переживающие то, что происходит.

МЫ ПЕРЕХОДИМ. ВОТ ТОЛЬКО КУДА?

     Прославленный Александр Горшков, гордость не только нашего, но и мирового фигурного катания, председатель технического комитета по танцам на льду Международного союза конькобежцев (ИСУ), не склонен драматизировать ситуацию. Он считает, что процесс, который переживает Россия, затрагивает не только нашу страну. И что такие этапы — проблемы роста, а не деградации.
     — Несколько лет назад в борьбе за медали в фигурном катании фактически участвовало четыре страны — Россия, США, немного Канада и Франция. Что получила сборная США на этом чемпионате? Одну “бронзу”. А ведь в Америке не было перестроечного периода, как у нас в 90-х. Так что получается, что проблемы возникают не только у российской команды. И в этой связи я подчеркну, что пятое место Домниной и Шабалина и восьмое Хохловой и Новицкого — это несомненный успех.
     То, что происходит в отечественном фигурном катании в настоящее время, можно назвать переходным периодом. Раньше этот процесс проходил менее болезненно, потому что на смену одним поколениям бесперебойно приходили другие. Но в первой половине 90-х годов, когда спортивные объекты превращались в автосалоны и каждый творил что хотел, цепочка преемственности прервалась. Тренерской — в первую очередь. Уехало столько, что… Смотрите, если проанализировать только турнир танцевальных пар в Токио: из 24 лучших дуэтов — 17 тренируют наши бывшие советские тренеры. А если учесть, что двум итальянским дуэтам помогает Людмила Власова, то остается и вовсе пять пар. Дальше: чемпионы мира болгарская пара Албена Денкова — Максим Ставийский готовятся под руководством тренера Натальи Линичук. Американский дуэт Белбин — Агосто тренирует Игорь Шпильбанд, в прошлом ученик Милы Пахомовой… Мы имеем то, что имеем.
     Знаете, четыре года назад я уговорил Сашу Свинина и Иру Жук (тренеры танцевальной пары Яна Хохлова — Сергей Новицкий) поработать с нашими фигуристами, хотя они и жили тогда в другой стране. Они вернулись и начали работать, хотя было трудно. Теперь я, правда, думаю: что же я сделал, во что я их втянул! Но мы им очень благодарны, работают талантливо, много, и результат не будет, а есть — весьма ощутимый.
     Есть сложности: критерии определения уровня сложности в танцах на льду сегодня расплывчаты. И эту вину как председатель техкома я беру на себя. В ближайшее время мы постараемся изменить создавшуюся ситуацию. Как глава технического комитета ИСУ я не имею права открыто говорить на тему, засудили российских танцоров в Токио или нет. Для этого есть оценочная комиссия ИСУ, которая оценивает работу судей. Но как вице-президент Всероссийской федерации фигурного катания могу сказать, что судейство на прошедшем мировом первенстве, в частности в произвольном танце, было по отношению к нам “недоброжелательным”.

КТО ДАСТ ПЛЮЩЕНКО ДЕНЕГ?

     Один из вопросов, который сейчас остро встанет на повестке дня нашего фигурного катания, — это в срочном порядке возвращение тех лидеров, которые могут и хотят вернуться. Ставка на молодых — дело долгое. Вырастить, выкормить, закалить да еще по дороге не потерять. Поэтому, хотим мы или нет, но, чтобы поддерживать имидж, нужны старики. Помимо их желания вернуться на это должны быть и средства. Татьяна Тотьмянина в интервью “МК” честно сказала, что должна знать, ради чего отдает здоровье, ведь с долгами разделалась только после Игр в Турине: “Почему должны страдать мои родные, почему они должны думать, где взять деньги на мое лечение в случае травмы или болезни? Я хочу выступать и показывать, на что я способна, с прикрытым тылом, если так можно сказать…”
     Алексей Мишин, специально приехавший из Питера на нашу пресс-конференцию, подтвердил серьезное желание Евгения Плющенко вернуться на лед. На вопрос о том, когда, по его мнению, фигурист должен приступить к регулярным тренировкам — а это автоматически означает, когда он должен получить финансовые гарантии, — тренер лаконично заметил: “Сегодня. А еще лучше вчера”.
     — Людей, которые нас окружают, — говорит тренер двух олимпийских чемпионов — Урманова и Плющенко, — можно поделить на две группы. Одни после чемпионата мира радостно потирают руки: “Ой-ой-ой, как хорошо, ни одной медали. Вот это здорово!” Я таких не люблю, они мне не нравятся. И они не правы. В конце концов, лучше сорок лет получать медали, а потом один раз не получить и начать отсчет сначала, чем никогда ничего не иметь. А есть люди, которые конструктивно смотрят на этот вопрос: чудес не бывает, чего хотеть? Команда сразу потеряла трех лидеров. Это же удар! Один из них, Женя Плющенко, хочет выступать. Знаете, олимпийская чемпионка по синхронному плаванию — Киселева — сказала, что “пройти этот путь еще раз — это подвиг”. Вот президент федерации говорит, что члены сборной команды получают три—пять тысяч рублей, это не стимул. А ведь и подвиги тоже должны как-то стимулироваться. Женя хочет выступать, помогите ему продолжить карьеру. Ведь чемпион — это кристаллик, это образец, на нем учатся.

ХОЧЕШЬ РАБОТАТЬ — ИДИ ЗАРАБОТАЙ

     Президент федерации Валентин Писеев признался, что ему впервые за долгие годы неуютно на пресс-конференции. Как неуютна и сама сложившаяся ситуация. Но при этом, перечислив все, с его точки зрения, объективные и субъективные причины провала, заявил, что в Ванкувере мы будем рассчитывать на две золотые медали.
     — Мы действительно не могли надеяться на удачное выступление в Токио. Наши соперники продолжают выступать на высоком уровне с титулованными спортсменами, а мы выступаем вторым–третьим составом. Помешало нам в этом году многое: мало времени, например, на восстановление после травмы было у Кавагучи и Мухортовой. Конечно, мы рассчитывали, что Петрова—Тихонов будут бороться за третье место — это вполне им было по силам, но травма Алексея, да и занятость в шоу не позволили им это сделать. Елена Соколова готовилась совсем не так, как она должна была бы с ее опытом это делать. Рассчитывали мы и на призовое место Домниной—Шабалина. У мужчин надеялись на стабильное выступление наших спортсменов. Если бы они сделали все, что в состоянии, и результат был бы достойный.
     Почему у нас нет резерва? Наши тренеры работают сейчас с ребятами перестроечного периода. Когда не федерация или Писеев закрывали детские школы, а само государство. Сколько писем было по этому поводу написано, сколько слов сказано! Подумайте — 186 советских, российских тренеров по фигурному катанию в настоящее время работают за рубежом. Но ведь специалистов надо чем-то удерживать помимо энтузиазма, которого у нас, конечно, в стране много, но решить все он тоже не может…
     Эту же мысль в дальнейшем развил Алексей Мишин.
     — Говорят, что наши уехали... А что им еще оставалось делать? Скажите, а мог Ростропович не уехать? Или Фетисов не играть? Или Барышников не танцевать? Или Сафин: разве он мог не уехать бить по мячику в Испанию? Когда страна упала вниз, фигурное катание резко подорожало. И люди, которые уехали и преподавали, чтобы выжить, поставили выученное нами на очень высокий финансово-организационный уровень. Сейчас все перспективы могут быть реализованы только в том случае, если мы создадим федеральную целевую программу поднятия фигурного катания. Потому что без денег ничего мы не сделаем. Ведь, например, поставить произвольную программу стоит сейчас 10 тысяч долларов — я помогал это делать Каролине Костнер. Если нет таких денег — значит, будем приглашать какого-нибудь репетитора из школы, который возьмет за это 3 тысячи рублей. Ну, на три тысячи программа и будет.
     Короче говоря, нас сажают в “Запорожец” и говорят: “Давай “Формулу-1”! Ведь ты же умный, придумай как-нибудь и что-нибудь!” И вот мы сидим в этом “Запорожце” и тормозим ногами, потому что днище уже давно прогнило. И ускоряемся тоже ногами.
     Один тренер пригласил водопроводчика из дворца спорта “Юбилейный”, чтобы он дома установил одно устройство. Водопроводчик по ходу дела сказал, что получает 15 тысяч рублей. А этот заслуженный весь из себя тренер — сидит сейчас перед вами — получает 14 тысяч 100 рублей. Я закончил.
     
     ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ЛЮДМИЛЫ БЕЛОУСОВОЙ И ОЛЕГА ПРОТОПОПОВА В.Н.ПИСЕЕВУ
     Уважаемый Валентин Николаевич!
     С возвращением Вас с ЧМ-2007. Все не так плохо, как всем кажется.
     Жизнь — как фигурное катание. В ней так же необходимо равновесие, как и на коньках. В сумме на земле полгода ночь и ровно полгода день. Рядом с людьми порядочными всегда соседствуют бандиты (как в ИСУ). Есть молодость и старость. Есть жизнь и смерть. Есть угасание и есть возрождение. В жизни все двойственно. Есть мужчина и женщина, которые друг без друга существовать на свете не могут — они единое целое. В организме соседствуют полезные бактерии и болезнетворные микробы.
     Всякие завалы и провалы так же естественны, как и взлеты. Люди тяготеют к постоянству, которого в принципе не существует. И если бы всегда и все было бы очень хорошо, то человек со своей ленивой натурой никогда бы не познал, что такое плохо. Вот почему русский полководец Кутузов всегда говорил: “Время и терпение, терпение и время — вот мои лучшие друзья”. Он, наверное, понимал еще тогда, без компьютеров и ракет, что жизнь — это колебательная система UP AND DOWN.
     Фигурное катание в России не умрет, если не умерло в 1896 году! Да! На международной арене “завал”, а дома “бум”. Но “инкубационный период” совсем не помешает — от него и качества его реализации будет зависеть будущее российского фигурного катания. Перерыв в доминировании положительно скажется на психологической базе как фигуристов, так и тренерского состава. Интерес к России будет только повышаться.
     Но, как говорится: “Торопись, но не спеши”. Парадокс в том, что придется учиться кататься заново, а не натаскивать только на прыжки, которые сегодня (тройные) по зубам даже 45-й участнице ЧМ-07. Старыми методами уже не научишься ничему новому, хотя и в старых методах есть полезные вещи. Сегодня не следует учить тому, как надо падать: на руки, коленки или задницу. Надо изначально учить мастерству, “как не падать”, тогда и прыжки не будут казаться гильотиной. Нужны новые эстетические знания и образование. Россия, как никакая другая страна, богата культурными ценностями и традициями. Мы каждый день учимся кататься по-новому, даже в своем “юношеском” возрасте, а молодым — и карты в руки.
     Желаем всяческих успехов и здоровья, Олег и Людмила.


Партнеры