Умер начальник Чукотки

“Он был очень настоящий, без грамма фальши”

17 июля 2007 в 16:36, просмотров: 1565

Начальник Чукотки. Нестор Петрович. Крыс. Он был — великим. Теперь — еще масштабней. Но люди — кинематографисты, власти, зрители — со своим признанием опять опоздали. Гениальный актер умирал мучительно. Умирал в одиночестве от тяжелой болезни. Его не стало 16 июля 2007 года. Ему было 67 лет.

Теперь он больше ничего не скажет об ужасном состоянии старого театра и современного кинематографа. За Михаила Ивановича теперь говорят только его роли — дорогие, близкие, любимые. А сейчас слово тем, кто знал, любил, ценил Михаила Кононова.

— Он был своеобразным, не таким, как все. — сказал “МК” режиссер Глеб Панфилов. —Это как божий дар, который у Миши был. Он действительно большой мастер. Еще он был от природы одарен отличным чувством юмора. Это делало его актерский диапазон необыкновенно широким, что он и продемонстрировал в последней нашей с ним работе — одной из центральных и чрезвычайно сложных ролей Спиридона в сериале “В круге первом”.

Он жил не в Москве, в деревне, и, к сожалению, мы редко с ним виделись. Последняя встреча состоялась в феврале 2005 года. Выглядел тогда он так же, как и на экране: старше своего возраста. На себя он не очень обращал внимание. Интересовался искусством, а не здоровьем. Перед съемками “В круге первом” нам удалось уговорить его лечь на месяц в больницу, что помогло ему справиться с ролью. Но я все равно в двух случаях прибегал к помощи дублеров. Во всех же остальных сценах Кононов показал себя великим актером.

А вот что рассказал актер и режиссер Николай Бурляев:

— Надеюсь, что когда-нибудь в российских учебниках по кинематографии появится такая формулировка, как кинематограф Кононова.

Он действительно один такой, не вписывающийся ни в какие законы кино. Яркий и самобытный актер. Вторым Кононовым пытаться стать бесполезно. Кононов — это маска, которая не по размеру больше никому. Амплуа, которое не по плечу больше ни одному актеру.

Мы с Мишей впервые пересеклись на съемочной площадке “Андрея Рублева” у Андрея Тарковского. Изначально роль Фомы писалась специально под меня. Но, прочитав сценарий, я упросил режиссера дать мне возможность сыграть Бориску. А Фому Андрей Арсеньевич отдал Кононову. И признаюсь, что так ярко, как Миша, я бы Фому не сыграл.

 Уже позже, когда я снимал во ВГИКе свою первую курсовую работу, 20-минутный фильм “Егерь” по Чехову, планировал главную роль сыграть сам. Но мой мастер Лев Кулиджанов отговорил. Тогда я вспомнил о Кононове, и он в этой работе блестяще стал партнером Натальи Бондарчук. Тогда же и началась наша крепкая мужская дружба.

К моему огромному сожалению, в последние годы мы общались редко. Я приглашал его на различные мероприятия, но он отказывался. Даже на торжества, посвященные очередной годовщине “Андрея Рублева”, не пришел, хотя считал роль Фомы главной в своей актерской биографии. Видимо, был уже серьезно болен, а нам, его коллегам, в суете дел не всегда было время поинтересоваться, как у него дела…

— Михаила Ивановича мы приглашали в мае этого года на вечер “Два Тарковских”, который проходил в Рузе в рамках фестиваля “Премьера Подмосковья”, — говорит Вячеслав Шмыров, киновед, генеральный продюсер кинофестивалей “Премьера Подмосковья” и “Московская премьера”.

 — Сначала мы немного побаивались ему звонить: знали, что уже долгое время актер не выходит на публику. Но, к удивлению, он согласился. Было видно, что Михаил Иванович физически очень недомогает. Как будто он только что перенес тяжелую болезнь. Тем не менее при внешней слабости в нем чувствовалась какая-то внутренняя твердость. Это проявлялось в том, как он говорил о нашем времени, о прошлом, об известных деятелях кино.

Например, когда он рассказывал о Тарковском, в его словах отчетливо слышалось неприятие того, что режиссер уехал за границу. Сестра режиссера, Марина Тарковская, даже вскочила на сцену, завязался ожесточенный спор.

Завершилось выступление воспоминаниями Михаила Кононова о его близком друге, любимом актере Тарковского — Анатолии Солоницыне. С комком в горле рассказывал, как тот умирал от рака. Нам буквально пришлось проводить его со сцены — он просто разрыдался от переполнявших его чувств. Зал сидел в оцепенении. Мне как ведущему пришлось сказать зрителям: “Сколько еще осталось недовыясненного, недосказанного, которое выворачивается прямо на ваших глазах. Вы все присутствуете на историческом моменте”.

Так и оказалось: ведь то выступление на публике в Рузе стало для Михаила Кононова последним. Актер очень привязался к нашей команде. Мы часто перезванивались. Я даже обращался к Наталье Фатеевой на предмет прикрепления Кононова к одному из благотворительных фондов. И вопрос, по сути, уже был решенным. Но было уже слишком поздно...

Валентина Талызина, актриса театра и кино, партнерша Кононова по фильму “Большая перемена”:

— Что с первой встречи и навсегда подкупало в Михаиле Ивановиче, так это его актерская и человеческая глубина. В профессии на съемочной площадке он не стремился никого ничем удивить, ничего выдать. Подходил к работе без легковесности и показушничества. А еще он был очень настоящий, без грамма фальши. И в жизни, и в работе. Проникал в самую суть вещей и людей. Уважения достоин и последний его по-настоящему мужской поступок, когда, не гонясь за сиюминутным успехом, он прожил жизнь так, как хотел, так, как считал нужным. Во всяком случае, это честно. Его мужеству можно лишь завидовать. Пережив спад в кино, он не отчаялся, а предпочел иное миросуществование. Не каждому такое дано. Особенно в актерской профессии.

Михаил Ножкин, актер, поэт, композитор и певец:

— Когда мы снимали киносказку “Финист Ясный Сокол”, для которой я писал музыку и тексты песен, возникла идея, чтобы герой моего полного тезки Михаила Ивановича — писарь Яшка — запел. До этого Кононов никогда профессионально вокалом не занимался. Но у него оказался приятный, симпатичный голос. В тон-студии становилось светлее, когда записываться приходил Кононов. Он и в жизни был таким — светлым и незлобивым.

А еще очень независимым и принципиальным. Много ли найдется наших коллег, которые уйдут из профессии, не желая зарабатывать любыми способами и торговать собой. Он смог. Понимал и не раз говорил, что популярность — это ответственность. Он был ответственным. Актерской братии не стыдно за своего собрата по цеху. Мы им гордимся.

Церемония прощания с Михаилом Ивановичем Кононовым состоится в четверг, 19 июля, в 13.00 в ритуальном зале ЦКБ.

 



Партнеры