Лето — это маленькая жесть

Репортер “МК” изучил досуг столичных подростков с инспекцией по делам несовершеннолетних

1 августа 2007 в 16:08, просмотров: 477

Многие москвичи не хотят отдавать детей в летние лагеря, наивно полагая, что, если отпрыск в городе, его легче контролировать. А получается с точностью до наоборот: скучающие 15—16-летки коротают вечера с алкогольными коктейлями, а недовольные граждане вызывают милицию. И вот уже родитель, словно провинившийся школьник, стоит и отчитывается за свое чадо перед комиссией по делам несовершеннолетних.

В столице прошла операция “Подросток — лето”, смысл которой — не только отловить беспризорников, но и выяснить, чем занимается на каникулах обычная городская детвора. Корреспондент “МК” изучала досуг тинейджеров вместе с инспекторами ОВД “Северное Чертаново”.

В лагерь никто не хочет

— Понимаете, нынешним подросткам летом нечем заняться. В советские времена существовали бесплатные кружки, а теперь… — сокрушается начальник отдела ПДН ОВД Виктория Васенкова. — Разве плохо, если подросток будет летом в лагере? По крайней мере там есть человек, который за него несет ответственность.

Но мы постоянно предлагаем путевки в Московскую и Тверскую области, в трудовой лагерь на Азовском море, а желающих-то немного.

Мы заходим в многоэтажку и звоним в одну из “неблагополучных квартир” — к супругам Ермаковым. Их 16-летняя девочка — одна из неприкаянных подростков. Вот и сейчас она со старшей сестрой “где-то гуляет”.

Родители пьют. Стражам порядка не раз приходилось видеть их в “нетранспортабельном” состоянии, но на этот раз мы застали обоих трезвыми. Милиционеры заглядывают в холодильник и обнаруживают кастрюлю и две открытые консервные банки:

— О, сегодня холодильник у вас не пустой — это уже неплохо.

Мама девочки хвастается, что устроилась на работу и за первый месяц получила около 3 тысяч рублей. Муж ее работу еще не нашел. Оба уверяют, что не пьют, но женщина постоянно прячет глаза, а мужчину колотит, как под током.

— Это оттого, что у меня позвоночник больной, — заявляет находчивый хозяин и прибавляет: — Да и разволновался из-за вашего прихода.

Кстати, в квартире Ермаковых обитают еще двое их маленьких внуков — дети старшей дочери. Всюду — страшная грязь. Как тут живут малыши — загадка.

— Знаете, это на нашей территории еще отнюдь не худшая из семей, — говорят инспекторы, когда мы покидаем жилище.

Толька и не только

На улице полуденная жара, и, проходя по пустынным дворам, начинаешь искренне жалеть московских подростков, оставшихся летом в городе. Но тут на горизонте появляется заполненная детворой футбольная площадка.

— Сейчас футбол у наших ребят стал очень популярен, — комментируют стражи порядка.

Есть у местных подростков еще одно пристрастие — паркур. Это когда тинейджеры в городе совершают всякие трюки — прыжки, сальто и т.д. Например, прыгают с крыши гаража на землю или с одной крыши дома на другую.

Один из паркуристов, или “трейсеров”, как он себя называет, — 18-летний Толик Сугробов. Отец его работает на заводе, мать — домохозяйка. Оба беспокоятся: “Смотри, не сверни себе шею!” — но все-таки довольны хобби сына: это лучше, чем пить или наркоманить. Как объяснил мне Толя, о паркуре он узнал из фильмов и от друзей два года назад. Всем трюкам учился сам. Он теперь один из лучших в районе “каскадеров”.

— Для меня это уже как наркотик, — говорит парень, — бывает, спешу куда-то, но просто так идти не могу — по дороге делаю сальто.

Толик приводит нас к одной из школ возле метро “Пражская” — традиционное место сбора его компании. Здесь уже сидят его друг по имени Миша и маленький мальчик в очках. По нашей просьбе ребята забираются на трехметровое строение типа трансформаторной будки и начинают вытворять такое, что мурашки пробегают по телу. Например, “взлетают” по вертикальной стене вверх.

— Эх, была бы в городе какая-нибудь секция по паркуру, — вздыхают инспекторы, — но увы, о такой никто не слыхал. Мы хотим попытаться устроить Толю в школу каскадеров.

А когда-то ведь, говорят в милиции, парень был в очень плохой компании. Да вовремя увлекся паркуром.

Теперь с пьющими сверстниками в районе общаются только на уровне “привет-пока”.

— В нашем деле нужно обязательно предварительно тренироваться, и если нет специальной подготовки, лучше вообще не пробовать, иначе все может закончиться очень плохо, — говорит Толик.

Как любой экстремальный вид спорта, паркур дается непросто даже нашим тренированным знакомым. Миша, например, однажды, будучи еще неопытным, сломал ногу — понесло его зачем-то на стройку, решил прыгнуть с одного этажа дома на другой да неудачно приземлился. А Толя в свое время ломал руку и пальцы.

Какая у ребят цель? Просто совершенствоваться. А еще они снимают свои трюки на видео и выкладывают в Интернете для знакомых. Увы, но соревнования по паркуру для таких, как чертановские ребята, не проводятся.

По крайней мере никто из них о подобном никогда не слышал.

В общем, ребята нашли себе занятие, не дожидаясь помощи от взрослых дядь и теть. Но не всем же идти в футболисты или каскадеры…

К счастью, наркоманов в районе мало, в основном головная боль — пристрастие к алкоголю в очень юном возрасте.

Как “судят” подростков

— А теперь нам пора на комиссию по делам несовершеннолетних, — говорит Васенкова, — там как раз будут рассматривать дела юных нарушителей.

Мы заходим в зал с круглым столом, вдоль которого сидят 11 человек. Тут и представитель от детской поликлиники, и врач-нарколог, и сотрудница комитета по опеке, и чиновник из управы. В центре — председатель.

Он, как судья, зачитывает дело 11-классника Никиты. Тот пытается объяснить, почему они с другом пили вечером у детсада алкогольный энергетический напиток:

— Мы всегда берем безалкогольный этой же марки, но в тот вечер его не было — вот и решили попробовать.

— И как часто вы употребляете алкоголь? — вопрошает председатель.

— Примерно раз в две недели.

— Это слишком часто для такого юного возраста, к тому же вы попадаетесь во второй раз. Думаю, вам уже пора в наркодиспансер. С вами проведут беседу, потом будете регулярно приходить и отмечаться.

Врач-нарколог кивает, а Никита бледнеет. Его мама — миниатюрная интеллигентная женщина — не может сдерживать слез. Посовещавшись, комиссия решает все-таки не отправлять Никиту к наркологу, а на маму накладывает штраф — 100 рублей.

Подростка сменяет его одноклассник Антон с солидного вида папой. Подросток тоже пытается как-то оправдаться. Родитель его уверяет, что сын — парень положительный, не пьет и не курит. К “алкогольному” проступку отпрыска он относится не столь трагично — мол, с кем не бывает?

— Меня другое волнует, — говорит он комиссии, — у Антона компьютерная зависимость — сделал из своей машины сервак, куда приходят пользователи из разных стран, и теперь не спит ночами.

— Вы не пробовали куда-то отправить сына на лето? — спрашивают члены комиссии.

— Знаете, про лагерь как-то в голову не приходило, — признается родитель. — А на дачу он не хочет, потому что там нет Интернета…

На папу тоже накладывают штраф. Уходя, он признается, что на таком мероприятии впервые и никогда не думал, что доживет до такого позора.

Очередная провинившаяся — 17-летняя Таня. Тоже девочка из приличной семьи, причем студентка второго курса пединститута по специальности “социальная педагогика”. И тоже попала в поле зрения милиции за то, что выпивала в компании. На этот раз — спиртсодержащий коктейль на территории поликлиники. Так совпало, что примерно в это же время с пивом на детской площадке застукали ее младшего брата, которому еще нет 16 лет.

Впрочем, мама подростков к проступку детей отнеслась не особо строго: перед членами комиссии улыбалась и говорила, что в этой жизни надо попробовать все. Правда, заметила, что детям случившееся будет уроком.

Родительницу оштрафовали на 400 рублей (300 за одного ребенка и 100 — за другого).

Любопытный факт: все побывавшие на комиссии  — дети из обеспеченных, полных семей. Родители их не злоупотребляют спиртным, большинство даже не курит. Почему тогда школьники попадают в милицию?

Объяснение напрашивается само — им просто нечем заняться летом.

После заседания комиссии я поделилась с инспекторами своими впечатлениями: уж слишком мягко ее члены разговаривали с детьми и родителями и слишком маленький законом установлен для них штраф. Будь обстановка на комиссии более “грозной”, а штрафы — покруче, может, и школьники лишний раз подумали бы, покупать алкоголь или нет.

— Увы, на таких комиссиях с подростками всегда строга одна лишь милиция, — вздыхают инспекторы, — на то она и называется: “Комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав”.

СПРАВКА "МК"

Во время операции “Подросток — лето” в московские отделения милиции были доставлены около 4 тыс. несовершеннолетних. 31 подростка уличили в кражах, грабежах и вандализме. Впрочем, взрослых, которые совершали преступления в отношении детей, задержано почти столько же — 29 (16 из них выявили сами родители). 1755 граждан были привлечены к административной ответственности за всяческие нарушения в отношении несовершеннолетних. Причем подавляющее большинство провинившихся — родители тех самых детей.



Партнеры