Уходит музыка эпохи

Не стало композитора Тихона Хренникова

14 августа 2007 в 16:13, просмотров: 435

…Еще два года назад заходил к Тихону Николаевичу на его квартиру в арбатских переулочках; такой бодрый вышел ко мне, уселся в любимое кресло-качалку, в глазах огонек:

— Песню про артиллеристов знаешь?

— Знаю, но в вокале не силен, товарищ Хренников.

— Тогда давай вместе. — И начал вполголоса речитативом: “Из многих тысяч батарей за слезы наших матерей, за нашу Родину — огонь! Огонь!”

И — сразу слезы. Досада жуткая:

— Я бы просто мордой об стену всю эту сволочь, которая льет грязь на советские войска! До чего дошли! Вон американцы пишут, что русские вообще не участвовали в войне…

А я утешал его как мог. А сегодня… утешать уже некого. Звоню на эту же квартиру домработнице, она плачет, еле-еле подбирая слова:

А Тихона Николаевича уже увезли…

Все случилось в три часа ночи. Говорит его дочь, Наталия Тихоновна:

— Последние несколько месяцев он уже угасал. Внезапно случился инфаркт, потом почечная недостаточность, да много всего… Вчера врачи приехали к нам в шесть вечера. И восемь часов над ним колдовали…

Домработница все же припоминает подробности:
— До этого вечера он оставался с ясным рассудком. Сначала приехала первая “скорая”, обычная. Сделали капельницу. Лучше не стало. Потом — вторая, уже из интенсивной терапии. В больницу не забирали, его и забирать-то было нельзя. Он уже ничего не говорил. И в три часа ночи прямо при врачах скончался…

Наталия Тихоновна:
— Первым позвонил Валера Гергиев. Он ему еще вечером звонил, договаривался на счет концерта 22 сентября. Но отцу уже плохо стало, и Гергиев сказал: “Я утром еще перезвоню”. А утром звонит, и… оказалось, что 22-е — это будет сороковой день со дня смерти отца. Многие еще не знают, все в отпусках. Но уже с нами связался и Казенин (Союз композиторов) и Саша Чайковский (ректор питерской консерватории, ученик Хренникова).

— Наталия Тихоновна, где похоронят маэстро? На Новодевичьем?

— Об этом не может быть и речи! Новодевичье пусть остается Ростроповичу. Мы похороним в Ельце — в родном городе папы. Там все уже в курсе. Там и памятник ему стоит, и школа названа его именем, и музей его есть…

— Это его воля?

— Не то чтобы прямо так его воля. Но он не терпел всякой пышности, любил, чтобы все было тихо, скромно. Хотя в последние месяцы и скажет раз-другой: “Вот умру, похороните на родине…” И сейчас нам показалось это интересной, здравой мыслью…

…Похоронят, вероятно, в пятницу. Но и в Москве пройдет церемония прощания. Пока лишь непонятно где. Зал Союза композиторов на ремонте, консерватория пуста, возможно, в музее им. Глинки…

Он прожил почти 95 лет. Остались дочь, внук Андрей, трое правнуков. Потрясающие песни, музыка к кинофильмам. Многое припоминали Тихону Николаевичу за его дела в бытность первым секретарем Союза композиторов. А кто был тогда прав? И почему забывают, как он вставал на защиту людей? Какими масштабами жили эти люди…

— Утром 2 мая мы все поехали в центр Берлина, — вспоминал Тихон Николаевич. — Первым делом зашли в имперскую канцелярию. Я зашел в кабинет Гитлера и стал копаться в его письменном столе. Нашел кучу поздравлений… Гитлер всегда поздравлял каждую немецкую семью, когда муж с женой прожили вместе 50 лет.

Святое дело! Я вышел из канцелярии и выбросил эти открытки к чертовой матери…



Партнеры