Наша Раша

Почему иностранные студенты не хотят учиться в России?

18 сентября 2007 в 14:55, просмотров: 1490

Статистика неумолима: с каждым годом в нашу страну приезжает все меньше иностранных студентов. Романтика бескрайних заснеженных просторов и загадочная русская душа все меньше привлекают зарубежную молодежь. Образование в России теперь стоит недешево, а его получение зачастую опасно не только для здоровья, но и для жизни. Корреспондент “МК” решил выяснить, почему иностранцы не хотят ехать за образованием в Россию.

“Нас здесь не ждали!”

Африканка Патриция да Сильва живет в Москве четвертый год, учится на экономическом факультете известного столичного вуза. Закаленная суровыми российскими реалиями, уверенная в себе, Патриция подбадривает только что прибывших земляков из Экваториальной Гвинеи. Новобранцы скромно стоят в углу тесной комнатки и жадно внимают каждому слову. “Им многое предстоит, чтобы выжить в вашей стране. Некоторые уедут обратно, так и недоучившись, остальные, если хватит сил, освоятся. А сил надо много: как физических, так и моральных. В ближайший год им придется помучиться над изучением русского языка на подготовительном факультете, обустроить быт в общаге и привыкнуть к неадекватной реакции окружающих на цвет кожи”, — со знанием дела объясняет Патриция.

Неадекватная реакция — это в лучшем случае усмешки и оскорбления в адрес шоколадных гостей, а в худшем…

Жестокие избиения и убийства студентов только за цвет кожи в Воронеже, Санкт-Петербурге и Москве — в последнее время таких преступлений становится все больше. “Не могу до сих пор поверить, что в России, стране с многовековой историей и великой культурой, не просто существует расизм — он процветает, — недоумевает Патриция. — Недавно мой друг, студент из Вьетнама, возвращаясь вечером домой, был избит в метро группой скинхедов. Самое страшное то, что никто даже и не подумал заступиться за него, а милиционер отвернулся и сделал вид, что ничего не замечает”.

“Здесь общество не просто не замечает — оно является молчаливым соучастником преступлений на национальной почве, — вторит ей доминиканец Матео, студент юрфака, — иностранцу невозможно отстоять свои права! Никогда не забуду, как милиционер одним ударом кулака разломил пополам висевший на груди крест за то, что я отказался заплатить штраф за какой-то недостающий документ. Если такое беззаконие проявляется среди тех, кто должен нас охранять, страшно подумать, на что способны простые обыватели! Мы платим налоги с зарплаты и деньги за учебу, но с нами вообще не считаются. Видимо, нас здесь не ждали…”

Особенности интернациональной учебы

Каждый иностранный студент ежегодно оплачивает медицинскую страховку в размере $200, комнату в общежитии, средняя цена которой $1000 в год, и, естественно, платит немалые деньги за учебу (за исключением приехавших по государственным программам). Несмотря на растущие цены, российское образование все еще считается относительно недорогим. Поступить в престижный университет в странах третьего мира гораздо сложнее и дороже, нежели поступать в российский вуз на правах иностранного абитуриента.

“В нашей стране очень строго со взятками, — рассказывает Кон, китайский студент факультета международных отношений, — в России же можно купить зачет или даже экзамен, причем почти легально. Некоторые преподаватели сами на это намекают. По правде говоря, мне и многим моим друзьям эта система нравится.

Проще один раз заплатить, чем три раза пересдавать, тем более что невозможно самостоятельно осваивать многие профильные дисциплины на русском языке”.

Доминик, ямайский студент 3-го курса факультета ракетостроения, пересдавал сопромат четыре раза, каждый раз платив за пересдачу. “Преподаватель заставлял меня изъясняться научным языком и без акцента и каждый раз искренне недоумевал, как это можно не знать русский язык в совершенстве. Но, когда я принес ему ром, дело пошло на лад. С одногруппниками ситуация не лучше: помогать соглашаются чаще всего за деньги, а зачастую попросту игнорируют”, — вздыхает Доминик.

“Большинство русскоговорящих сокурсников к нам относится плохо, мало кто помогает, об уважении тоже не приходится особо говорить, — сетует корейская студентка филологического факультета Хуань, — мои родители, учившиеся в Москве почти 30 лет назад, описывали совсем другую картину…” Как ни странно, но слова ребят подтверждают и сами преподаватели.

“Раньше иностранные студенты попадали в сплоченную команду под шефство русскоговорящего сокурсника, — говорит доктор исторических наук профессор РУДН Александр Грабельников. — Мы, советские студенты, всячески поддерживали и помогали иностранцам в учебе, на производственно-творческой практике и в быту...”

Сегодня иностранцы сплоченными кучками восседают на последних рядах отдельно от российских студентов.

СПРАВКА "МК"

По данным ЮНЕСКО, сегодня иностранных студентов учат в 129 странах мира. Российская Федерация занимает 8-е место по их количеству (90 тыс. чел.) — после США (586 тыс. чел.), Великобритании (233 тыс. чел.), Германии (200 тыс. чел.), Франции (160 тыс. чел.), Австралии (157 тыс. чел.), Испании (124 тыс. чел.), Канады (100 тыс. чел.). Около 70 тыс. иностранцев учатся в российских вузах на контрактной основе, свыше 30 тыс. — за счет федерального бюджета. Наибольшее число студентов — из государств Азии, Африки и Латинской Америки (55%), а также из стран СНГ (33%).

До свиданья, друг мой, до свиданья

На мобильнике высвечивается знакомый номер — это звонит из Америки мой афганский друг Мансур. Бывший студент 3-го курса факультета политологии радостно приветствует меня из Нью-Йорка. “У меня все отлично: по будням бесплатно изучаю английский язык на курсах. Пока живу на государственное пособие, но скоро пойду работать. Здесь, как ни странно, нужны люди со знанием русского языка. Если честно, мне тут спокойно, я чувствую себя полноценным человеком — никто не ищет повода унизить меня, аж заскучал по ворчливому “понаехали тут”, — шутит Мансур. Напоследок он просит крепко обнять своего друга — сирийца Камрана. Обнять Камрана я вряд ли теперь смогу — он уехал на родину, в Дамаск, где ему предстоит сделать уже третью операцию на частично онемевшей правой руке: она неправильно срослась после того, как ее в нескольких местах сломали бритоголовые недоумки. Перед отъездом в Сирию Камран был настроен оптимистично: “Я не унываю, я же левша, значит,  в перерывах между операциями могу записывать лекции!”

Однако на родине он поменял решение: “На днях в новостях передавали, что в Санкт-Петербурге был убит сириец — студент физмата. Мама заплакала и сказала, что больше никуда меня не отпустит. Да я и сам теперь не очень–то хочу, не до экстрима, руку восстанавливать надо!”  

ОТКУДА ИНОСТРАННЫЕ СТУДЕНТЫ ПРИЕЗЖАЛИ В СССР (%)?

Азия    46

Африка    24

Европа    17

Южная Америка    10

Северная Америка    3

Искалеченное существование

Уроженцу Коморских островов Рикардо теперь тоже не до экстрима, о любимом серфинге можно забыть раз и навсегда. Он прилетел в Россию получить образование, а стал инвалидом. “Я целый год провел в инвалидном кресле без надежд, думал, что никогда не смогу ходить. Ценою адской боли и невероятной выдержки я поднялся с кресла на костыли. Передвигаюсь как могу. Сложнее всего ходить зимой, теперь лед и снег — мои лютые враги”, — с содроганием говорит красивый молодой мулат, опираясь на два костыля.

Рикардо — одна из многочисленных жертв трагического пожара, произошедшего в Москве в студенческом общежитии четыре года назад. “Мне чудом удалось выжить. Когда я проснулся, все вокруг полыхало, стоял страшный гул — звон разбивающихся окон, рыданий, диких криков, стонов и треск горящей мебели, — вспоминает он. — Я успел положить в карман паспорт и деньги, привезенные на учебу и проживание, и прыгнул с пятого этажа…”

После рокового прыжка Рикардо пришел в сознание лишь через несколько суток. У него был поврежден позвоночник, защемлены нервы, сломана челюсть и искалечены ноги. “Я питался через трубку в горле и не мог даже перевернуться на бок. Я перенес множество различных операций, болезненных процедур и несчетное количество переездов из больницы в больницу, из реабилитационных центров в оздоровительные санатории”.

Врачи не перестают недоумевать, как же Рикардо остался жив.

Государство не оформляет Рикардо инвалидность и не дает возможности бесплатно еще раз посетить реабилитационный центр. “Мое потерянное здоровье оценили в 1000 долларов. Я покупаю за свой счет дорогостоящие лекарства, оплачиваю такси и бесконечные консультации. Ни о какой компенсации за сгоревшие вещи я уже не говорю. Я устал просить и кланяться”. Паспорт Рикардо, кстати, вернули. Разумеется, без денег.

Рикардо — круглый отличник, увлекается фотографией, четыре раза в неделю ходит на костылях в тренажерный зал, жаждет увидеть весь мир и искупаться в Байкале. Пока он не собирается домой: “Никто не должен видеть меня на костылях, все с гордостью провожали меня на учебу, и я должен вернуться с гордостью обратно!”



Партнеры